Кир Булычев – Девятнадцать стражей (страница 78)

– Скольких? – спросил Генерал Закрацу.

– Семьдесят двух, – ответил майор, глядя через окно конторы на пару маготехников, которые в последний раз сканировали приготовленный к полету челнок.

– Мы управились двумя, «Синим» и «Черно-красным», – сказал Туул, гормистр Баурабисса. – По пятнадцать. Сейчас – последний.

– Гоульд?

– Уже на Шестерне.

– Капитан Валун рапортует о готовности, – сообщил демон оперативного кристалла, лежавшего на углу письменного стола Туула.

Генерал посмотрел на часы.

– Полклепсидры, – пробормотал. – Нужно собираться. Есть подтверждение от Кузо?

– Да.

– Бирзинни прислал бумаги?

– Еще ночью.

Генерал поднялся, потянулся, задержал взгляд на потолке и скривился.

– Закраца, – обронил, – летишь со мной.

Майор оглянулся на него с удивлением.

– Генерал, я здесь…

– Летишь со мной, – повторил Жарный, и Закраца пожал плечами, поскольку знал этот тон – и знал, что предназначение уже загустело.

– Место есть, – вздохнул Туул, визуализируя кристаллом на стене напротив большого окна схему «Черно-красного». – В последнем летит только тринадцать. И остальное оборудование.

Генерал подошел к кристаллу, приложил к нему ладонь, на миг заневиделся.

– Ладно, – пробормотал, убирая руку.

Гормистр с неудовольствием покачал головой.

– Не могли бы вы, господин Генерал, делать это как-то деликатней, демоны от таких вивисекций глупеют.

– Прошу прощения. Нет времени. – Он перегнулся над заваленным бумагами столом Туула и пожал руку гормистра. – Бог в помощь.

– Бог в помощь, – попрощался Туул и сразу начал разговаривать с чьим-то дальним отражением в одном из поставленных на столе зеркал.

Майор и Генерал спустились по железным ступенькам на уровень ангарного пола; дверь конторы автоматически захлопнул за ними джинн дома.

Закраца поискал сигарету, прикурил, затянулся.

– Почему? – спросил, рефлекторно прикрыв их быстрой антиподслушкой.

– Потому что это – значительнее, чем тебе кажется.

– Что именно?

– Полетишь.

– Полечу. Слушаюсь. Конечно, полечу. Но демон интуиции советует мне быть осторожным.

– Хорошие у тебя демоны, – улыбнулся Генерал. – Будь осторожным; будь всегда.

– Вы не скажете?

– Скажу.

– Да-а, – вздохнул Закраца и снял чары.

Они двинулись к «Черно-красному». Челнок возвышался над полом на двадцать локтей. Имел форму пузатой сигары, изготовленной из дубового дерева, гладко отполированного и пропитанного олифой; с обеих концов челнок заканчивался симметричными розетками больших хрустальных окон. Генерал сморгнул себе взглядом дымник, четко визуализируя оплетавшее машину четвертное герметизирующее заклинание Лобонского-Крафта; не увидел в нем никаких пробелов – и не ожидал увидеть, зная тщательность магтехов Туула, – да и все равно пришлось бы им довериться, невозможно за всем проследить самому, конструкты чар космических кораблей принадлежали к самым многоуровневым и усложненным. Но у него имелся негативный опыт заатмосферных полетов. Однажды он уже пережил внезапную разгерметизацию корабля на орбите; только мгновенная, бездумная, артефактная реакция руки уберегла его от смерти от холода и удушья. С того времени – а случилось это одиннадцать лет назад – он не покидал планету без многократной страховки, причем из собственных чар. Он их не скрывал, и сопровождавшие его урвиты имели случай насладиться этим шедевром магического искусства, редуцирувавшего Лобонского-Крафта до одной тысячной энергоемкости и токсичности первоначального заклинания. Все равно никто не сумел бы его скопировать. Такие случаи прекрасно демонстрировали точность используемой номенклатуры: не наука – искусство. А Железный Генерал был его бесспорным архимастером.

Возле обозначенной столбом зеленого газа левитационной вертикали «Черно-красного», которой один из джиннов корабля втягивал пассажиров внутрь, они встретили пилота.

– Это честь, Генерал, – сказал кинетик, проглотив последний кусок поспешно доедаемого бутерброда.

– Личный? – спросил Генерал, указывая глазами на кобуру, пристегнутую к поясу пилота: из кобуры торчала рукоять пистолета, под дымником расцвеченного золотым и черным.

– Гм, да, – ответил кинетик, проходя сквозь зелень. – В Баурабиссе ходят разные слухи. Кратер в семи змеях от Монаха, а ведь идет война. Сами знаете, господин Генерал. Впрочем, что я с такой пукалкой смогу; это только для психологического спокойствия, – добавил он, взлетая к темному брюху челнока, которое, послушное воле джинна, уже распахивалось шестилепестковым отверстием.

Майор и Генерал влетели вслед за пилотом. Внутри стены фосфоресцировали оранжевым, здесь было даже светлее, чем в ангаре. «Черно-красный», как и все челноки, на самом деле был лишь крепким ящиком для перевозки людей и грузов на орбиту и назад. Был он меньше, чем казался снаружи. Состоял из двух помещений: кабины пилота впереди и остальной части сигары, где к стенам были прикреплены кресла для пассажиров и крюки для грузов. Чтобы использовать пространство по максимуму, эту часть челнока оплели заклинанием, которое точечно деформировало гравитацию: «низ» всегда находился под ногами, если хотя бы часть стопы касалась фосфоресцирующего дерева машины. Диаметр сигары превышал двенадцать локтей, поэтому тут не цеплялись головами о головы сидевших на «потолке», если, конечно, не слишком приближались к смотровому окну-розетке, где стены «Черно-красного» сходились.

Тут уже спал, пристегнувшись к креслу, один из выделенных урвитов – в неполном боевом мундире, в коконе сильного защитного заклинания.

Пилот, влетев внутрь, сразу исчез в своей кабине. Закраца и Генерал уселись поближе к хрустальной розетке; сквозь ее окна они с высоты видели чуть искривленный ангар, чуть искривленное небо.

– Выхожу к Шестерне, – проинформировал Жарный майора и превратился в смолисто-черную статую.

Закраца только чуть приподнял брови. Вынул переносное зеркальце и погрузился в длинный разговор со штабными из Замка, которые как раз анализировали данные, доставленные уцелевшими шпионскими душами; блокада Птаха была плотнее, чем они предполагали, а информации – не так уж и много. Тем временем Птах шел на Плису. Главные силы перебрасывал по Тхатаракке, выпарив оба Жадеитовых озера, Большое и Малое. Паника среди населения Княжества достигла таких размеров, что никто уже не контролировал миграционные потоки. Богумил Варжад оказался перед дилеммой: впускать их или не впускать? Казалось, выхода у него нет; иммиграционные запреты, направленные против Лиги, мстили наплывом беженцев с другой стороны. На бирже Чурмы подскочила цена золота и бриллиантов, а еще – земли на Островах.

Вскоре прибыли оставшиеся одиннадцать урвитов. Закраца знал одного из них, сержанта Юргу, и вступил с ним в дискуссию о новых правилах рекрутирования в Академию, согласно которым к урвитскому обучению допускались первые женщины; Юрга был против, Закраца был против, они накручивали друг друга своим возмущением. Тем временем кинетик поднял челнок над городом; они начали подниматься сквозь облака к звездам. Днем видимые слабо, они по мере восхождения «Черно-красного» становились все ярче. Антиинерционные и очищающие заклинания делали вид этот зеркально-отчетливым.

Небосклон потемнел до глубокой тьмы холодного космоса, они вышли на орбиту Земли. Несколько незакрепленных предметов начали левитировать внутри челнока. Урвиты сразу же притянули их телекинезом к себе.

Выйдя на рассчитанный курс, «Черно-красный» полетел вдогонку за луной. Пассажиры не видели Шестерню, пока не начался посадочный маневр, а скорее – стыковочный, поскольку Шестерня, хоть и самый крупный из естественных спутников планеты, была всего лишь шарообразным куском скалы. Притяжение ее было почти незаметным, всем, кто пребывал на ее поверхности, следовало носить специальную обувь, с наложенным магами постоянным заклинанием, чтобы случайно не «улететь» в космос. Урвиты, понятное дело, свою обувь заклинали сами.

Едва челнок опустился в лунный ангар, Генерал вышел из безвременья. Капитан Кузо билокализировался в опускающийся корабль, над которым уже сомкнулась полусфера герметизирующего заклинания, и отрапортовал Генералу.

– Через клепсидру – встреча на полпути. Ре Кваз лично. Я согласился на передачу в Кратер, надеюсь, вы, Генерал, не против.

– Конечно, не против. Люди Птаха появились?

– Еще нет. Но пока что аж тесно от духов, лезут всюду, словно крысы, экзорцируем их пачками.

– Птаха?

– Чьи же еще? Разведка Лиги никогда не была особо осторожной.

– Где ты?

– Жду на месте, поэтому не мог лично… Вы, Генерал, летите сразу?

– Да. Бумаги у тебя?

– Согласно пожеланию майора Закрацы, как образец я использовал капитуляцию Шестьдесят Седьмой Аркадийской, демоны скопировали из архива.

– Фантомизируй мне это на минутку.

Кузо вытянул руку, и в ней появилась папка с документами. Генерал прикоснулся к ней левой рукой.

– Спасибо. Ознакомлюсь по дороге. Были какие-то приказы из Замка?

– Только подтверждение графика.

Капитан исчез.

Тем временем «Черно-красный» замер, и урвиты начали выскакивать из челнока. Генерал, Закраца и пилот покинули корабль последними.

Они спланировали прямиком к дверям ангара. Все пространство военной базы было охвачено герметизирующим заклинанием, тип «Крафт III», которое удерживало здесь земную атмосферу; температуру же стабилизировал конструкт на живых бриллиантах, разделенный в пятом измерении на два для абсорбирования тепла напрямую из Солнца.