King701 – The Abnegation. The hero whofinds histaue path (страница 6)

Мы покидаем городские стены и вступаем на дорогу, ведущую к границе Рубона. Земля под ногами твердая, пыль поднимается в воздух, оседая на доспехах. Вокруг – поля и леса, погружающиеся в вечернюю тьму. Лишь изредка вдалеке виднеются огоньки деревень, напоминая о мирной жизни, которую мы поклялись защищать.

Поход проходит в тишине. Слышен лишь мерный стук копыт лошадей и шаги рыцарей. Каждый погружен в свои мысли, готовясь к тому, что ждет нас впереди. Я стараюсь сосредоточиться на своем долге, отгоняя дурные предчувствия. Но слова Лизы о тайном плане и предстоящей опасности не дают мне покоя. Что скрывает генерал? И почему мы так спешно направляемся к границе Рубона?

Ночь опускается на нас, словно тяжелое покрывало. Звезды робко выглядывают из-за облаков, освещая наш путь бледным светом. Тишина становится почти осязаемой, прерываемая лишь шорохом ветра в деревьях и мерным топотом копыт. В этой тишине каждый звук кажется усиленным, каждый шорох – подозрительным.

Я еду в строю, стараясь не отставать от остальных. Мой конь, чутко реагирует на малейшее движение поводьев, повинуясь моим командам. Я чувствую его тепло под собой, и это немного успокаивает.

Внезапно, я замечаю движение впереди. Генерал поднимает руку, приказывая остановиться. Весь корпус замирает, словно по команде. Тишина становится еще более напряженной.

Генерал подъезжает к группе разведчиков, которые, оказывается, уже давно ждали нас. Я вижу, как он что-то спрашивает у них, внимательно слушая ответ. Лица разведчиков серьезные, даже мрачные. Что-то явно не так.

После короткого совещания генерал возвращается к нам. Его лицо непроницаемо, но я чувствую, что он чем-то обеспокоен.

Рыцари, – говорит он громким, командным голосом, – мы получили сообщение о нападении бандитов на близлежащую деревню. Они грабят и убивают мирных жителей. Наш долг – защитить их. Мы разделимся на две группы. Первая, под моим командованием, продолжит движение к границе Рубона. Вторая, под командованием Сержанта, немедленно направится в деревню и окажет помощь.

Он делает паузу, обводя нас взглядом.

Визард, – его взгляд останавливается на мне, – ты пойдешь с группой Сержанта.

Я киваю, принимая приказ. Меня охватывает странное чувство. С одной стороны, я рад возможности помочь нуждающимся. С другой – я чувствую, что что-то упускаю. Зачем генерал так спешит к границе Рубона? И что за тайный план скрывает он?

Что-то здесь не так, и я не могу понять, что именно.

Сержант отдает короткие, отрывистые приказы, и группа рыцарей начинает перестраиваться. Арно ухмыляется мне, его взгляд полон превосходства. Он остается с генералом, направляясь к границе Рубона, а я вместе с сержантом и небольшой группой поворачиваю в сторону деревни.

Ночь становится все темнее, звезды словно прячутся за плотной пеленой облаков. Мы движемся быстро, кони рвутся вперед, словно чувствуют надвигающуюся беду. Сержант молчалив и сосредоточен, от него исходит аура суровой решимости. Я еду рядом с ним, стараясь не отставать, но мои мысли заняты другим.

Я смотрю на своих товарищей. В их глазах я вижу лишь готовность к бою, желание помочь. Они не подозревают о том, что происходит на самом деле. И я не знаю, стоит ли им говорить. Вдруг я ошибаюсь? Вдруг мои подозрения беспочвенны?

Но что-то внутри меня подсказывает, что это не так. Что-то темное и зловещее зреет в тени, и я должен это остановить. Даже если мне придется пойти против приказа. Даже если это будет стоить мне жизни.

Мы приближаемся к деревне. Впереди виднеются отблески пожара, слышны крики и стоны. Сердце мое сжимается от боли и сострадания.

Бандиты уже здесь. И мы должны остановить их.

Чем ближе мы подъезжаем, тем отчетливее становится картина разрушения. Пламя охватило соломенные крыши домов, превращая их в пылающие факелы. Крики людей, перемешанные со звоном стали и хриплыми выкриками бандитов, режут слух. Сержант поднимает руку, приказывая остановиться. Мы спешиваемся, готовые к бою. Он бросает на меня короткий взгляд, в котором читается лишь одно: "Вперед!"

Мы врываемся в деревню, словно вихрь. Бандиты, застигнутые врасплох, не успевают оказать организованного сопротивления. Мой меч взлетает и опускается, отбивая удары и нанося собственные. Ярость и сострадание ведут мою руку. Я сражаюсь за тех, кто не может защитить себя сам.

В одном из переулков я вижу такую картину: двое крестьян отчаянно отбиваются от троих бандитов. Один из крестьян уже лежит на земле, истекая кровью. Я бросаюсь на помощь, и вскоре бандиты обращены в бегство. Осмотрев раненого, я понимаю, что ему нужна помощь.

Вдруг я слышу крик.

"Стой! Не смей!" Оборачиваюсь и вижу: сержант стоит перед двумя крестьянами, направив на них меч. Один из них сжимает в руке окровавленный нож, а другой пытается его успокоить.

"Он один из них! Он убил мою жену!" – кричит крестьянин с ножом, его лицо искажено ненавистью.

"Это неправда! Я защищал ее от бандитов!" – отвечает второй, его голос дрожит от страха.

В глазах сержанта нет ни капли сомнения. Он готов убить любого, кто представляет угрозу. Но что делать мне? Как решить, кто прав, а кто виноват в этой неразберихе?

Смятение и хаос царят вокруг. Горящие дома, крики, звон клинков – все смешалось в единый кошмарный аккорд. Я стою перед сержантом и двумя крестьянами, и не знаю, что предпринять. Сержант выглядит непреклонным, готовым покарать любого, кто покажется ему виновным.

"Я видел, как он это сделал! Он убил ее! Мою жену!" – кричит крестьянин с ножом, его голос полон боли и ярости.

"Это ложь! Я пытался ее защитить! Бандиты напали, я вступился за нее!" – в отчаянии оправдывается второй крестьянин.

Ситуация накалена до предела. Любое мое действие может привести к трагедии. Я решаю действовать быстро.

"Сержант, прошу, дайте мне время разобраться. Здесь и так достаточно крови, не стоит добавлять еще!" – говорю я, стараясь сохранять спокойствие в голосе.

"Я выясню, что произошло на самом деле."

Сержант недовольно хмурится.

Он не слушает моих слов. Его глаза, обычно суровые, сейчас горят безумным огнем. С невероятной скоростью он обрушивает свой меч на крестьян. Один взмах – и оба падают на землю, бездыханные. Кровь, смешиваясь с грязью, растекается по мостовой.

Я застываю в оцепенении, не веря своим глазам. Как такое возможно? Только что я пытался предотвратить кровопролитие, а сержант, человек, олицетворяющий закон и порядок, совершил двойное убийство.

"Ты… что ты наделал?" – выдыхаю я, не в силах подобрать других слов.

Сержант поворачивается ко мне, и в его взгляде нет ни тени раскаяния. Напротив, он смотрит на меня с каким-то зловещим удовлетворением.

"Не время для вопросов, Визард," – его голос становится низким и хриплым, совсем не таким, каким я его помню. – "Ты должен знать правду. Правду о Рубоне. Правду о том, кому мы служим."

Он делает шаг ко мне, и я невольно отступаю. В его движениях чувствуется какая-то чужая, неестественная сила.

"Эти крестьяне… они были частью заговора. С Рубоном. Ты думаешь,

Рубон – это просто враг? Просто варвары, живущие за границей? Нет, Визард. Рубон – это болезнь. Они проникают в наши ряды, отравляют наши умы. Магия света, которую они так презирают, – это лишь инструмент. Инструмент для порабощения."

Сержант делает паузу, оглядываясь по сторонам, словно боясь, что нас кто-то услышит.

"Они предлагают власть, богатство, избавление от страданий. Но взамен они забирают душу. Они превращают людей в марионеток, готовых предать своих, лишь бы получить крохи с их стола. Эти крестьяне… они были заражены."

Предательство

Слова сержанта словно удар молнии пронзают меня. Заговор? Рубонская зараза? Я смотрю на тела крестьян, на кровь, на безумный огонь в глазах сержанта, и не понимаю, что происходит. Неужели все, во что я верил, – ложь?

Он делает еще один шаг ко мне, и я чувствую, как внутри меня нарастает страх. Это уже не тот сержант, которого я знал. В его глазах нет ни сострадания, ни справедливости – только фанатичная уверенность в своей правоте.

«Ты… ты ошибаешься, сержант, – говорю я, пытаясь собраться с духом. – Я не верю, что все так просто. Я видел их лица, я видел, как они сражались. Они были напуганы, но они защищали свой дом».

Сержант останавливается и смотрит на меня с презрением. «Ты наивен, Визард. Ты слишком молод и неопытен, чтобы понимать, что происходит на самом деле. Но я тебе открою глаза. Я покажу тебе, как Рубон разлагает наш мир изнутри».

Он поднимает свой меч, и я понимаю, что сейчас произойдет. Он собирается убить меня.

Меч сержанта рассекает воздух там, где секунду назад была моя голова. Я отскакиваю в сторону, чувствуя, как лезвие опаляет щеку. Сердце колотится как бешеное. Он действительно попытался меня убить. Я выхватываю свой меч, стараясь держать дистанцию. Сержант наступает, его движения быстры и точны, как у опытного бойца. Но в его глазах – лишь безумие.

"Ты должен понять, Визард! – кричит он, задыхаясь. – Мы должны очистить этот мир от скверны!"

Я отбиваю его удары, мои мышцы горят от напряжения. Я уступаю ему шаг за шагом, он теснит меня к горящей стене дома. Я понимаю, что долго не продержусь. Сержант сильнее, опытнее, и его безумие делает его еще более опасным.