King701 – The Abnegation. The hero whofinds histaue path (страница 10)

Визард… молодой, энергичный, наивный. В нем есть искра, сила, которую он еще не осознает. Но его преданность и непоколебимая вера в идеалы могут стать препятствием. Он слишком прямолинеен, слишком честен. Такие люди опасны, особенно когда у власти оказываются те, кто готов поступиться моралью ради достижения цели.

Я вызываю Арно. Этот юноша – моя правая рука, исполнитель, который не задает лишних вопросов. Его зависть к Визарду – отличный рычаг. Я расскажу ему о своих подозрениях, посею сомнения, дам ему возможность доказать свою преданность. А уж он позаботится о том, чтобы Визард случайно оказался в нужном месте в нужное время.

Мы должны действовать быстро и решительно. Рубон – опасный противник, и любая ошибка может стоить нам победы. Но мне нечего бояться. Я готов рискнуть всем, чтобы увидеть Марфу во главе нового мира.

Осталось лишь несколько штрихов, несколько небольших изменений в диспозиции войск. И тогда начнется игра, в которой выживет сильнейший. А те, кто не готов к этой игре, будут устранены. Без лишних сожалений.

Генерал отрывается от карты и окидывает взглядом свой кабинет. В углах мерцают свечи, отбрасывая длинные тени на стены, увешанные оружием и доспехами. Он доволен. План почти готов, осталось лишь предусмотреть несколько мелочей.

"Стража!" – рявкает он, и в ту же секунду в кабинет входит молодой рыцарь.

"Пришлите ко мне Арно". Рыцарь кивает и исчезает за дверью.

Генерал снова садится за стол и берет в руки перо. Нужно продумать все возможные сценарии. Визард может выжить. Несмотря на все предосторожности, у этого юнца удивительная живучесть. И если он выживет, он вернется. Вопрос в том, что он будет делать, когда вернется. Он может рассказать правду о том, что видел. А правда, как известно, оружие пострашнее меча.

Нет, этого нельзя допустить. Если Визард вернется, он должен быть дискредитирован, уничтожен морально и физически. Арно должен знать, что делать. Он достаточно амбициозен и завистлив, чтобы выполнить любой приказ, лишь бы возвыситься. Дверь открывается, и в кабинет входит Арно.

Генерал откладывает перо и смотрит на него с прищуром. "Арно, у меня есть для тебя еще одно поручение, касающееся Визарда…"

Он откинулся на спинку кресла, скрестив пальцы в замок на груди. Арно стоял перед ним, вытянувшись в струнку, словно на параде. Но генерал видел сквозь эту показную собранность – видел жажду власти, тщеславие и, самое главное, зависть, снедающую этого юнца. Именно эти качества и делали Арно идеальным инструментом для достижения его целей.

Визард, – произнес генерал, смакуя каждое слово, словно дорогое вино.

Он мертв. По крайней мере, так должно быть. Но ты же знаешь этих мальчишек, полных идеалов и глупой отваги. Удивительно живучие создания.

Арно молчал, внимательно вслушиваясь в каждое слово генерала. Он знал, что сейчас решается его судьба, его будущее.

Если Визард вдруг… каким-то чудом… вернется, – продолжил генерал, глядя Арно прямо в глаза,

он станет проблемой. Он видел то, что не должен был видеть. Он знает правду, которую нельзя разглашать.

Генерал сделал паузу, давая Арно возможность осознать всю серьезность ситуации.

Если он вернется, его слова не должны иметь значения. Он должен быть дискредитирован. Его репутация должна быть растоптана. Он должен стать изгоем, безумцем, лжецом. Никто не должен ему верить.

Я понял, генерал, – тихо ответил Арно, в его голосе слышалось предвкушение.

Но как это сделать?

Генерал усмехнулся.

Это твоя задача, Арно. Прояви смекалку. Используй свои связи. Найди его слабые места. А если все остальное не сработает… – генерал достал из ящика стола короткий, но смертоносный кинжал и положил его на стол.

…тогда позаботься о том, чтобы он больше не смог говорить.

Арно посмотрел на кинжал, его глаза загорелись. Он понимал, что генерал предлагает ему шанс. Шанс избавиться от этой назойливой мухи Визарда, шанс доказать свою преданность, шанс подняться выше.

Я вас не подведу, генерал, – твердо произнес Арно, поднимая кинжал.

Визард не станет для вас проблемой. Обещаю.

Генерал кивнул, довольный ответом.

Отлично. Можешь идти. И помни, Арно, – добавил он, когда тот уже собирался уходить,

в этой игре нет места жалости. Есть только победители и проигравшие. И я намерен победить.

Арно вышел из палатки, неся в себе смертоносное обещание. Генерал откинулся на спинку кресла, наблюдая, как полог палатки опускается за его спиной. Молодой, амбициозный, легко управляемый. Именно такие и нужны для грязной работы.

Визард… Этот юнец доставит нам немало хлопот. Удивительно, как много может увидеть один человек, оказавшийся не в том месте и не в то время. Но теперь это уже не имеет значения. Арно позаботится о том, чтобы его слова не достигли нужных ушей.

Взгляд генерала снова упал на карту, разложенную на столе. Граница Рубона манила, как запретный плод. За ней лежали земли, богатые ресурсами и стратегически важные для укрепления позиций Марфы. Но просто так войти туда не получится. Рубонцы – народ

подозрительный и воинственный. Любая провокация может привести к полномасштабной катастрофе, к которой Марфа пока не готова.

Нужен хитрый план, в которой Марфа будет выглядеть жертвой, а Рубон – агрессором. Необходимо спровоцировать конфликт на границе, обвинить рубонцев в нападении и получить законный повод для вторжения. Но как это сделать? Просто послать солдат на верную смерть? Нет, нужно что-то более изощренное.

Генерал задумался, перебирая в уме возможные варианты. Может быть, использовать местных жителей, живущих на границе, в качестве пешек? Подкупить их, спровоцировать на бунт, а потом обвинить во всем Рубон? Или же организовать диверсию, под видом рубонских диверсантов, и атаковать собственные склады с оружием?

Вариантов много, но какой из них окажется наиболее эффективным? Какой из них позволит Марфе достичь своих целей, не запятнав репутацию? Генерал нахмурился, чувствуя, как голова начинает болеть от напряжения. Нужно время, чтобы все обдумать, взвесить все «за» и «против».

Тяжело вздохнув, Генерал вышел из палатки. Ночь окутала лагерь плотным одеялом, лишь редкие огоньки костров слабо освещали пространство. Запах костра смешивался с прохладным ветром, дувшим с гор. Генерал направился к краю обрыва, откуда открывался вид на бескрайние просторы, уходящие в темноту. Тишина. Только ветер шептал что-то неразборчивое, словно предвещая бурю.

Он стоял, погруженный в свои мысли, когда почувствовал чье-то присутствие. Сердце на мгновение пропустило удар. Инстинкт, отточенный годами службы, заставил его резко обернуться.

В тени, у самой границы света от костра, стоял он. Визард.

Генерал выдал удивленное лицо.

Ночь сгущалась, когда Визард заговорил. Его голос, хриплый и полный горечи, разносился в ночной тишине, словно эхо давно ушедших дней.

Он начал рассказывать о той проклятой деревне, куда я отправил его со второй группой. О том, что он там увидел. О бойне, устроенной моими же солдатами. Он говорил о невинных жертвах, о пламени, пожиравшем дома и души.

Я слушал внимательно, стараясь не выдать ни единой эмоции. Внутри меня боролись противоречивые чувства. С одной стороны, я испытывал раздражение от того, что этот рыцарь все еще жив и осмелился предстать передо мной. С другой – любопытство. Мне было интересно, сколько еще он знает.

Когда наступил подходящий момент, Арно, словно тень, выскользнул из темноты. Он двигался бесшумно, подобно змее, подкрадывающейся к своей жертве. В его руке блеснул клинок – тот самый, который я ему вручил.

Арно нанес удар в спину Визарду. Рыцарь вздрогнул и попытался обернуться, но было уже поздно. Клинок вошел глубоко, лишая его сил.

Арно толкнул его к обрыву. Визард не успел даже вскрикнуть, как сорвался вниз, в черную бездну. Я смотрел, как его силуэт исчезает в темноте, и чувствовал, как груз ответственности ложится на мои плечи.

Арно обернулся ко мне, его глаза горели триумфом. Я одобрительно кивнул.

– Хорошая работа, – произнес я, стараясь придать своему голосу равнодушный тон. – Ты доказал свою преданность.

Пророчество

Прошло несколько дней с тех пор, как Лейла и Радан спасли меня. Мое состояние понемногу начало улучшаться. Раны затягивались, боль утихала, и я чувствовал, как ко мне возвращаются силы. Лейла постоянно ухаживала за мной, приносила еду и питье, меняла повязки. Ее тихая забота была для меня неожиданной, особенно учитывая, что я находился в самом сердце вражеской территории. Радан появлялся изредка, всегда молчаливый и сдержанный. Он лишь кивал в знак приветствия и исчезал так же внезапно, как и появлялся.

Каждый день я просыпаюсь с мыслями о предательстве, о той бойне в деревне, о генерале, отдавшем приказ. Картины прошлого преследуют меня во сне и наяву, не давая покоя. Я лежу в этой комнате, и пытаюсь понять, что мне делать дальше. Бежать? Куда? Я слаб, безоружен и окружен врагами. Остаться? Зачем? Чтобы стать марионеткой в их руках?

Я смотрю в окно, на серые рубонские улицы. Здесь все чужое, незнакомое. Люди одеты в темные одежды, их лица кажутся суровыми и неприветливыми. Я чувствую себя чужаком, незваным гостем в этом мире.

Я задаюсь вопросом, почему Лейла и Радан спасли меня. Что они во мне увидели? Какую роль они мне уготовили? Лейла говорила о каком-то "потенциале", о возможности "изменить мир". Но как я, преданный рыцарь, могу что-то изменить? Я потерял все: честь, родину, веру.