Ким Тёрн – Третье Дыхание (страница 4)
Она напряжённо прислушивается, задерживает дыхание. Несколько секунд тянутся мучительно долго, но из спальни не доносится ни звука.
Телефон в кармане спортивных штанов вибрирует, отдаваясь короткой дрожью в бедре. Мия вздрагивает, быстро достаёт его и открывает входящее сообщение, стараясь действовать как можно тише.
Рейн отправляет в ответ смайлик с улыбкой, и на этом диалог заканчивается.
Мия выходит из гардеробной с тоскливым тяжёлым чувством в груди, словно покидает свой маленький островок спокойствия. Плотно закрывает за собой дверь, будто пытаясь сохранить это ощущение внутри, и ложится на кровать, вытянув ноги.
Через тонкие прутья манежа она наблюдает, как сладко спит сын. Дыхание ровное, почти неслышное. Мия разглядывает его розовые пухлые щёчки, губки бантиком, мягкие складочки на шее. Волосы у него на несколько тонов светлее её — то, что Тео унаследовал от отца.
А вот внешне он удивительно сильно похож на Рейна. Курносый нос — единственное, что явно от Мии. Всё остальное: разрез глаз, форма губ и бровей, даже взгляд, который иногда мелькает на долю секунды, — точная копия брата в детстве. И от этого становится одновременно спокойно и немного больно.
Иногда Мия в шутку обижается. Девять месяцев мучилась она, через роды тоже прошла она, а похож он, видите ли, на дядю. Эта мысль всегда вызывает у неё кривую улыбку и тихое фырканье себе под нос.
Но каждый раз, когда она видит, как Рейн смотрит на малыша долгим, внимательным взглядом, наполненным безграничной любовью, в её душе разливается тепло. Спокойное, уверенное. Страх, что сын вырастет без мужской опоры, отступает, словно ему больше нет места в её мыслях.
В голове всплывает воспоминание их разговора, когда она ещё была в роддоме. Рейн всё выпытывал у неё, каким боком рядом с ней в момент схваток оказался Лиам. Вопросы сыпались один за другим, будто между строк скрывается что-то важное.
Сестра не утаивала ни одной детали. Несколько раз повторяла одну и ту же историю, слово в слово, терпеливо, почти устало. Но брату это не давало покоя. Он снова и снова возвращался к одному и тому же, цеплялся за мелочи.
Видимо, это событие всколыхнуло в нём давнее чувство вины. И, наверное, он хватался за любое слово в попытке найти хотя бы намёк на то, что всё ещё может получить прощение со стороны бывшего друга.
А позже, уже от Бри, они узнали, почему Лиам тогда предложил именно это имя. Так звали их погибшего отца. Эта деталь легла на всё произошедшее совсем другим, тяжёлым смыслом.
Рейн не знал об этом факте до того момента. Тогда он сильно растерялся, разнервничался, даже предложил Мие выбрать другое имя из-за волнения, что это может ранить Бри или Лиама. Слова сыпались поспешно, будто он пытался срочно всё исправить, не до конца понимая, что именно.
Бриэль долго убеждала его, что всё в порядке, что в этом нет ничего неправильного. Говорила спокойно, терпеливо, раз за разом возвращая разговор в разумное русло.
Но в итоге всё взяла в свои руки Хлоя. Холодным, жёстким тоном она отрезала, что парень накручивает себя на пустом месте. Без сантиментов, без обсуждений. А Рейн, до сих пор так сильно окрылённый их отношениями, просто послушно согласился. Даже не стал спорить.
Мия переворачивается на другой бок, полностью погружаясь в воспоминания и собственные мысли, которые скачут от одной к другой, не давая сосредоточиться на чём-то одном. Комната тонет в полумраке из-за задёрнутых штор.
Не считая родных, она никогда никого не любила. Сын подарил ей новое чувство — сильное, всеобъемлющее, — но это совсем не то же самое, что у Эша с Бри или у Рейна с Хлоей. У Тео есть мужская опора, и это даёт ей спокойствие. А вот ей самой сейчас её очень не хватает. Не братьев, не папы — именно родственной души.
Она умеет любить. Искренне, безгранично, так, что свернёт мир ради того, кто ей дорог. Это она знает о себе точно. Но пока ей просто не для кого совершать такие поступки.
Даже отношений у девушки никогда не было. За ней ухаживали, оказывали знаки внимания, говорили правильные слова. Но одни быстро сдавались, не справляясь с её внутренним ураганом эмоций и слишком ярким характером. Другие же пытались её погасить: надавить, прижать своей властью и контролем. И ни один из вариантов ей не подходил.
Правильно Рейн всегда шутит: ей нужен одновременно сильный, уверенный, властный, но в то же время мягкий и заботливый рядом с ней. Сочетание почти невозможное, и, увы, такие встречаются только в детских мультиках или на страницах книг.
Но упрямый характер продолжает шептать на подкорке сознания: она найдёт своего человека. Когда-нибудь. Он примет её такой, какая она есть, а девушка в ответ подарит ему свою чистую, безусловную любовь. И эта мысль, тихая и упорная, согревает её больше, чем всё остальное вокруг.
Глава 3
— С днём рождения! — раздаётся в телефоне осипший от простуды голос Бри. — Жаль, что я не смогла приехать, но боюсь заразить вас с Тео.
— Спасибо за подарок! — визжит от восторга Мия, разглядывая новые сапожки синего цвета со свисающими со всех сторон цепочками. — Я уже придумала, какие брелки на них подвесить!
— Рада, что тебе понравилось.
— Когда ты выздоровеешь, устроим девичник. Я, ты и Хлоя. Вечер в уютных пижамах с кучей вредной еды. Но, возможно, я вырублюсь посреди вечеринки.
На том конце телефона раздаётся хриплый смешок.
Попрощавшись с Бри, Мия сбрасывает звонок и мчится в гардеробную, чтобы переодеться во что-то более праздничное, чем то, что привыкла носить последние недели. Пока Эш не отрывает взгляда от племянника, у синеволосой появляется несколько свободных минут.
Она перебирает вешалки, пальцы бегают по тканям, прислушиваясь к собственной интуиции. И вот взгляд цепляется за комбинезон ярко-фиолетового цвета с белым цветочным узором. В голове мелькает мысль — такой образ точно поможет ей настроиться на нужное настроение.
Быстро натянув наряд, девушка садится на пол у зеркала, подтягивая ноги чуть ближе, чтобы удобнее разместить косметичку перед собой. Она открывает её и аккуратно берёт кисточки и тюбики. На глаза ложатся лиловые тени, мягко растушёвываясь по векам; тонкий слой туши подчёркивает ресницы, не перегружая взгляд. Губы сияют прозрачным блеском, а на щёки Мия лёгкими движениями наносит мерцающие румяна, которые при свете лампы играют бликами и добавляют лицу живости.
Перед тем как выйти из комнаты, она ловко надевает ободок с кошачьими ушками, ловя отражение в зеркале, чтобы убедиться, что всё на месте.
Хлоя тем временем уже заботливо помогла Рите накрыть на стол, расставив аккуратно тарелки и приборы. А Рейн с Эшем всё никак не могут поделить племянника.
— Ты можешь проводить с ним круглые сутки, дай мне хоть немного подержать его, — возмущается старший брат.
— Вот именно, он к тебе ещё не привык, поэтому плачет. Дай я его успокою.
— Мия, забери у них Тео. А то подерутся, — кричит Хлоя из соседней комнаты.
— Пусть дерутся. Лишь бы меня не трогали. — С лукавой улыбкой Мия идёт на кухню, чтобы помочь маме.
Стоит только всем собравшимся сесть за стол, как Тео заливается громким плачем, ясно давая понять, что про него забывать не стоит и кормить его пора уже сейчас.
Мие приходится забрать ребёнка из рук Эша и скрыться в спальне родителей. Выбранный наряд оказывается не самым удачным для этого. Девушка возится с тканью, неловко тянет её вниз, кое-как спускает один рукав, затем оттягивает бюстгальтер, тихо выдыхая от раздражения. Лишь после этого ей удаётся устроиться поудобнее и наконец приложить сына к груди. Тео постепенно затихает, уткнувшись носом в кожу.
— Нужна помощь? — раздаётся голос подруги через дверь.
— Нет, но можешь войти.
Хлоя заходит в комнату и садится на край кровати.
— Ты как? — начинает она разговор. — В последнее время было мало возможности поговорить.
— Хорошо, что я вообще ещё говорить не разучилась. Иногда кажется, что вместе с ним, — она кивает на сына, — я родила ещё и мозг. И теперь живу без него.
— Сильно устала?
— Устала, — честно признаётся синеволосая. — А прошёл всего месяц. Но если в общем, то всё в порядке.
— Третье дыхание помогает? — подшучивает та и подмигивает.
— Не-а. Скорее трезвый взгляд на реальность.
— Куда сегодня собираешься, пока мы будем сидеть с малышом? — переводит тему блондинка.
— Понятия не имею. Просто пойду куда-нибудь. Решу по факту.
Пока девушки болтают, Тео успевает уснуть. Хлоя закатывает в спальню родителей коляску и приносит со второго этажа видеоняню. Оставив малыша в тишине, девушки возвращаются к столу.
— Ты уже такая взрослая, моя девочка, — начинает мама.
— Перестань, мои гормоны ещё не восстановились и я не хочу, чтобы по лицу растеклась тушь от слёз, — шутливо отмахивается дочь.
Они словно вернулись в прошлое: в то время, когда все просто сидят за одним столом, беседуют, смеются, перебивают друг друга и по-настоящему хорошо проводят время. Будто всех трудностей последнего года и не было вовсе. С прошлого дня рождения Мии многое изменилось. Настолько, что иногда происходящее кажется нереальным, почти выдуманным.