Ким Сонён – Башня воспоминаний (страница 6)
Записки на разноцветных стикерах слабо трепетали от каждого дуновения ветра.
Продавец времени
После обеда Онджо и Нанджу вызвали в лабораторию Медведя. Научная лаборатория находилась на заднем дворе школы, скрытая за густыми зарослями кустов. Войдя внутрь, девочки увидели Ихёна, который уже сидел на стуле. Судя по всему, от того, что они так усердно закрывали лица масками и плакатами, толку не было. Значит, список с именами нарушителей уже ходит по учительской. К удивлению Онджо, кроме Ихёна и Медведя в лаборатории еще находился Руки-ножницы. Увидев вошедших девочек, он виновато опустил голову.
— Вы пообедали? Я вас позвал, потому что с вами хотят поговорить, — сказал Медведь, обращаясь к ребятам.
— Спасибо вам. И простите, — тихо произнес охранник. Уголки его глаз покраснели. — Уже ничего нельзя поделать. И вам лучше прекратить это все. Как я могу остаться в этой школе, если ученики навредят себе из-за меня?
Неужели это такая попытка школы отговорить их? Онджо посмотрела прямо в глаза Медведю и с вызовом спросила:
— Вы же позвали нас не для того, чтобы защищать школу?
Медведь, который сидел с опущенной вниз головой, резко вскинул ее:
— Не знаю я насчет школы, Онджо. Ты что, настолько меня не знаешь? Господин просто попросил меня организовать встречу с вами, вот я и помог ему.
— Я знаю, что список с нашими именами уже составили. Мы были готовы к этому, иначе бы и не начинали, — решительно заявила Онджо.
Ихён схватил охранника за руку и сказал:
— Не склоняйте голову. Вы же ни в чем не виноваты. И мы тоже. Нет ведь ничего плохого в разговорах о том, что неправильно.
— Ох, я просто беспокоюсь, что вы пострадаете. Из-за меня, — дрожащим голосом прошептал охранник. По его лицу было видно, как сильно он волнуется.
— Администрация школы не такая уж и жестокая. Они просто очень удивились, увидев ребят сегодня. Они такого не ожидали, вот и все. Так что не беспокойтесь слишком сильно, — успокаивающе сказал Медведь, глядя на охранника.
— Если хоть кто-то из учеников пострадает из-за меня, как же я осмелюсь появиться здесь снова? Учитель, хотя бы вы их остановите, — умоляюще обратился Руки-ножницы к Медведю, хватая его за руку. Его глаза покраснели, в них стояли слезы.
Онджо подошла к охраннику поближе:
— Не беспокойтесь о нас. Я уверена, в администрации тоже знают, что мы делаем это не для того, чтобы кто-то пострадал.
— Вот видите, вы ведь тоже переживаете за нас в первую очередь, как же мы можем оставаться в стороне? — добавил Ихён.
Слезы охранника отзывались болью в сердце парня.
— Вы идите, а мне нужно кое о чем поговорить с ребятами. Я тоже сделаю все возможное. Думаю, школа скоро примет меры. Они свяжутся с вами, — сказал Медведь, открывая дверь.
— Ох, спасибо вам, учитель. Мне так стыдно перед вами, — пробормотал охранник.
Прежде чем выйти из лаборатории, Руки-ножницы еще раз посмотрел на ребят. В его глазах читались одновременно благодарность, стыд и боль, которую он не мог выразить словами.
— Неужели заранее сказать нельзя было? — обиженно спросил Медведь, глядя на Онджо.
— А если бы сказала, вы бы нас поддержали? — ответила Онджо, исподлобья глядя на учителя.
— И все же, ребенок, я очень волновался.
— Простите, что поставили вас в затруднительное положение, — сказал Медведю Ихён, понимающе глядя на Онджо.
Разумеется, Онджо думала о Медведе. Она вспомнила о нем в первую очередь, когда ребята ввязались в это дело. Но ведь ежу понятно: если бы в школе узнали, что учитель давал им советы или помогал планировать акцию, ему бы не поздоровилось. А этого уж Онджо точно не хотела.
Медведь по очереди посмотрел на троих ребят и устало произнес:
— Если что-то пойдет не так, в школе могут узнать о вашем «Магазинчике» и приказать закрыть его.
— А разве у школы есть такое право? — выступил вперед Ихён.
— Там нет ничего, что школа может запретить! Вы же сами видели, что мы изменили правила работы, — возмутилась Онджо.
Судя по тому, что Нанджу и Ихёна тоже вызвали в лабораторию, Медведю было прекрасно известно, что они теперь работают вместе, а значит, он читал и о реформах в «Магазинчике». По содержанию этих изменений было понятно, что Онджо не забыла предупреждение Медведя с прошлого раза. А зная учителя, он очень внимательно изучил все их новые правила.
Онджо вспомнила, как долго они совещались с Ихёном, Нанджу и Хеджи о переменах в «Магазинчике времени». После нескольких долгих разговоров в чате ребята решили встретиться лично и обсудить все за десертом бинсу[1].
— «Магазинчик времени» теперь принадлежит не мне одной. Так что я считаю, что мы должны руководить им по очереди. Например, по шесть месяцев или по году, — заявила Онджо, посмотрев на каждого из собравшихся.
Каникулы уже подходили к концу, но жара все еще не желала спадать. Времена года как будто внезапно передумали уступать друг другу место, и в городе снова воцарилась духота. Температура на термометре подбиралась к сорока градусам. Ребята впервые собрались лично, чтобы обсудить реформы в «Магазинчике». Не успели подать десерт, как Нанджу и Хеджи тут же сцепились по поводу того, смешивать ли пасту из красных бобов с ледяной стружкой.
— Я люблю класть бобы сверху на лед, а не мешать, — заявила Хеджи, когда Нанджу потянулась к тарелке, чтобы смешать лед с начинкой. Раздраженная Нанджу с громким стуком опустила ложку на стол. Эти двое начали спорить еще с того момента, когда только принесли меню. Поводом послужило то, что одна из них хотела заказать бинсу с манго, а вторая — с красными бобами. Спасло ситуацию то, что Ихён, как оказалось, забыл кошелек дома, и все начали усиленно вытряхивать карманы. В итоге денег насобиралось только на одну большую порцию бинсу с бобами.
— И зачем нам очередность? — спокойно спросил Ихён у Онджо, не обращая внимания на препирания за столом.
Нанджу радостно поспешила поддержать парня, не отводя при этом глаз от десерта:
— Вот-вот, и мне интересно. Что за решение такое?
— Ну, во-первых, это своего рода ответственность, во-вторых, чтобы избежать предвзятости. Если всем будет заправлять только один человек, она неизбежна. И если учесть, что мы работаем на безвозмездной основе, можно сказать, что лидерство — это плата. А самое главное — потому что теперь «Магазинчик времени» не только мой. Вы ведь тоже теперь его хозяева.
— Мне кажется, это больше не о лидерстве, а об ответственности. Не сказать, что это такая уж приятная плата за услуги, разве нет? — заметила Хеджи, тоже не отводя взгляда от бинсу.
— Если говорить точнее, это не так уж и безвозмездно. Онджо, ты же сама говорила. Каждый раз после выполнения миссии ты чувствуешь, будто в тебе что-то изменилось, — мягко сказал Ихён, занимая сторону Онджо. Нанджу и Хеджи пронзили его недовольными взглядами.
— Ха-ха-ха, сразу видно, что вы настроены серьезно, ребят. Не зря я вас взяла в долю, — через силу улыбнулась Онджо. Судя по бесконечным спорам и разногласиям, теперь легко не будет, подумалось ей. В первую очередь нужно, чтобы все ребята пришли к единому мнению. Таких сложностей бы не возникло, если бы она продолжала делать все одна, но в участии ребят все же было и много плюсов. Во-первых, теперь Онджо чувствовала себя увереннее, потому что они с друзьями делали все вместе. У нее меньше колотилось сердце при чтении письма от клиента или выполнении задания. Вместе было проще принимать решения и продумывать план, и это помогало успокоиться перед началом очередного дела.
— Да, нельзя сказать, что мы совсем не принимаем плату. Я просто предлагаю по-другому взглянуть на саму концепцию оплаты. Я имею в виду, давайте не будем думать о вознаграждении только в денежном эквиваленте. Ихён верно сказал: выполняя задание, человек получает опыт. И мы можем попробовать понять, как влияет на нас время, проведенное за выполнением миссий, «победа опыта», так сказать. Вот и проверим это на деле.
Идея управлять «Магазинчиком времени» без оплаты принадлежала Медведю. Учитель беспокоился о том, что оказывать услуги за деньги — опасная затея для школьников, и, если об этом узнают в школе, обязательно найдут к чему придраться. Он много говорил о том, что нельзя относиться к деньгам слишком легко. А в конце добавил, что, кроме этого момента, не видит в «Магазинчике» никаких проблем. Так и появилось условие для сохранения занятия Онджо в тайне от мамы. В этих уговорах была и некая доля шантажа, но Онджо все же решила послушаться Медведя. Потому что чувствовала, что он искренне заботится о ней и маме. А самое важное — Медведь высоко оценил экспериментаторский дух Онджо. Он одобрительно похлопал ее по плечу, сказав, что в будущем ей еще пригодится такая гибкость мысли. И добавил, что в наше время, когда все так быстро меняется, человеку с шаблонным мышлением сложно приноровиться к новому. Так что теперь у Онджо появился еще один человек, который переоценивал ее способности. И хотя это было немного чересчур, присутствие рядом взрослого, который в нее так верил, побуждало девушку стараться изо всех сил.