Ким Сонён – Башня воспоминаний (страница 2)

«Ну ладно».

— Сегодня очень пыльно. Видишь коробочку в прихожей? Возьми себе маску оттуда.

Чтобы устроить внезапную протестную акцию, придется долго стоять на стадионе, потому что нужно привлечь внимание всей школы. Онджо спросила у мамы, можно ли взять с собой всю коробку.

— Конечно, поделишься с ребятами.

Зажав коробку с масками под мышкой, Онджо вышла из дома. От волнения у нее подгибались колени.

Участники «Магазинчика времени» решили, что в первую очередь необходимо через соцсети собрать как можно больше людей и привлечь внимание общественности. Для начала они собирались загрузить пост на страницу «Магазинчика» в надежде, что кто-нибудь прочитает его и тоже захочет поучаствовать в акции. Объявление гласило, что за участие в митинге каждый получит по одному часу в «кошелек времени». После того как Чон Ихён, Хон Нанджу и О Хеджи официально стали участниками «Магазинчика времени», его структура значительно изменилась. Теперь «Магазинчик» стал платформой, на которой все сделки осуществлялись с помощью только одной валюты — времени.

Ребята сошлись во мнении, что, после того как они привлекут внимание к проблеме первым митингом на стадионе, следующим шагом станет сбор подписей и составление пресс-релиза, а затем и настоящая пресс-конференция.

Митинг было решено провести за полчаса до начала уроков. Ребята заранее создали в соцсетях сообщество под названием «Каменная башня». Лайки под постом о проведении акции росли в геометрической прогрессии. Каменная башня_1, Каменная башня_2, Каменная башня_5, Каменная башня_10, Каменная башня_17, Каменная башня_19… Появилось бесчисленное количество похожих аккаунтов, многие нажимали «Поделиться записью». Однако сколько людей придет на самом деле, было непонятно. Ведь одно дело — просто нажать «лайк», и совсем другое — прийти.

Онджо вышла из дома сразу в маске, так как мама натянула ее на лицо девочке, догнав ту в прихожей. Крепко прижимая коробку к груди, Онджо брела в сторону школы и пыталась хоть немного усмирить колотящееся сердце. Но чем ближе она подходила, тем спокойнее ей становилось — ведь лицо скрыто под маской. Онджо вдруг поняла, что чем меньше видно ее лицо, тем храбрее она себя чувствует. Девушка подняла маску повыше — так, чтобы на виду остались только глаза. Дыхание сбивалось. Под маской стало жарко, и над губой выступили капельки пота. Вскоре все лицо стало таким мокрым, будто она сидела в сауне.

Чем дальше Онджо отходила от дома, тем сильнее колотилось ее сердце. Интересно, хоть кто-нибудь появится сегодня? Из тех, кто точно должен прийти, она была уверена только в Ихёне и Нанджу. Хеджи сказала, что пока не готова раскрыть свою личность даже на странице «Магазинчика». И заявила, что в этом деле точно участвовать не намерена. Услышав эти слова, Нанджу вскипела:

— А может, ты вообще тогда не будешь участвовать в делах «Магазинчика»?

Тон подруги звучал обвиняюще. Хеджи пронзила ее ледяным взглядом. Однако Нанджу продолжила, не обращая внимания:

— А что? То твое имя не разглашай, то в деле участвовать не хочешь… Может, тогда тебе лучше вообще не лезть? Сама подумай. Это же значит, что ты хочешь заниматься только интересными делами, а если что-то для тебя накладно — так ты сразу умываешь руки!

Слова Нанджу кололи, как шипы.

— Нанджу, хватит, — попыталась урезонить подругу Онджо, хватая ее за руку, но та резко выдернула ладонь.

— Если вы все хотите, чтобы я ушла, то ничего не поделать, — холодно ответила Хеджи.

— Эй! Будешь эгоисткой до самого конца? Вместо того чтобы уйти самой, хочешь, чтобы мы тебя попросили? Ты думаешь, мы не беспокоимся об оценках и портфолио?

Голос Нанджу стал еще более обвиняющим.

— Нанджу, ну хватит, успокойся. Хеджи сразу мне сказала, что не хочет, чтобы ее имя разглашалось в «Магазинчике».

Однако слова Онджо только еще больше разозлили Нанджу.

— А ты еще хуже, чем она! Сама сделала правила для участников «Магазинчика» такими непонятными, и вот результат! Она же хочет заниматься только тем, что не навредит ей!

Нанджу возмущенно уставилась на Онджо. Она тоже поначалу не раз говорила, что боится идти против школы, чтобы защитить охранника. Поначалу подруга даже отчаянно возражала против этого дела, потому что ее оценки и так оставляли желать лучшего, а участие в митинге могло стать еще одним минусом при поступлении в университет.

— Ты же вся из себя такая отличница! Хочешь, чтобы ни одного темного пятна не было на твоей репутации, да? Я права? — продолжала нападать Нанджу.

Потеряв терпение, Хеджи резко подскочила с места.

— Знаешь что, Нанджу? Я с тобой спорить не собираюсь. Думай что хочешь. А я ухожу. Хотите — исключайте меня, хотите — нет. Это уже не мне выбирать.

Хеджи быстро бросила взгляд на часы и вылетела из кафе. Нанджу уже собиралась крикнуть что-то ей вдогонку, но вдруг резко захлопнула рот: в дверях появился Ихён. Надувшаяся от злости, как воздушный шарик, Нанджу в мгновение ока успокоилась, и выражение ее лица заметно смягчилось.

Усевшись за стол, Ихён сообщил:

— Возможно, на митинг придут ребята, которые уже окончили школу.

Парень, похоже, бежал всю дорогу, потому что все еще не мог отдышаться.

— Выпускники? Откуда инфа? — заинтересовалась Онджо.

— Один парень, который выпустился в прошлом году, и наш охранник подписаны друг на друга в соцсетях. Я точно не знаю, кто это, но, кажется, он был клиентом «Магазинчика». А еще он написал на странице «Каменной башни», что обязательно придет.

— Круто! Пять_часов_утра ведь тоже придет? — задумчиво поинтересовалась Онджо.

— Не знаю, может, он попросил нас, потому что сам не сможет участвовать, — спокойно ответил Ихён.

— А что, если Пять_часов_утра такой же, как Хеджи? Не хочет запятнать свое школьное портфолио?

В голосе Нанджу по-прежнему звучали тревога и сомнения. Если честно, Онджо была согласна с подругой. Хотя она ничего не говорила вслух, ей тоже было неспокойно. Но Онджо не подавала виду: если сказать, что волнуешься, начнешь волноваться еще сильнее.

— Судя по его письму с просьбой, он не такой. Для начала давайте постараемся сделать все, что в наших силах, — сказала Онджо, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно спокойнее. Она вспомнила о той решимости, с которой загружала объявление о митинге на страницу «Магазинчика» и создавала сообщество «Каменная башня». Девушка очень много думала перед тем, как разместить этот пост и создать сообщество. Смогут ли они? Получится ли? Мысль о том, что все может закончиться очень плохо, никак не покидала голову Онджо.

Впереди уже виднелся школьный забор. Сегодня он казался особенно высоким. Ворота тоже выглядели устрашающе, как будто проникнуть за них не под силу никому. Сердце Онджо пустилось вскачь, и она уже не могла унять его бешеный ритм. Дыхание так участилось, что девушке пришлось судорожно вдохнуть несколько раз, чтобы немного успокоиться. Щеки пылали огнем.

Онджо вошла в школьные ворота. На засыпанном белым песком стадионе было пусто, словно сюда никогда не ступала нога человека. Листья на березах, растущих по краю стадиона, шелестели как ни в чем не бывало. Ярко-зеленый куст можжевельника, который охранник обрезал в форме брахиозавра, казалось, застыл на месте, после того как всю ночь нарезал круги по пустым дорожкам. Маленький круглый самшит рядом с ним имел форму тираннозавра и весело поблескивал боками, будто спеша навстречу первому пришедшему в школу этим утром. Все вокруг выглядело точно так же, как и вчера, но ощущения были другие.

Охранник был мастером ухода за растениями. Он всегда держал при себе садовые ножницы, и ни один уголок школьного двора не оставался без его внимания — каждое деревце, каждая травинка были аккуратно подстрижены и имели определенную форму. За это ребята прозвали его Руки-ножницы.

Онджо поставила коробку с масками на бордюр в уголке школьного двора. Ей очень хотелось, чтобы скорее появились Ихён или Нанджу. Вдруг кто-то проскользнул в ворота. А? Не в школьной форме? Кто же это? Онджо никогда раньше не видела этого парня. Широким уверенным шагом он шел в ее сторону. Может, это и есть тот выпускник, о котором говорил Ихён? Парень радостно помахал ей рукой и представился, сообщив, что окончил школу в прошлом году и его зовут Ли Канджун. Онджо, у которой лицо все еще было закрыто маской, растерянно хлопнула глазами.

— А мы что, договаривались о конспирации? — поинтересовался Канджун, показывая на лицо Онджо.

— Что? А, нет-нет. Это просто из-за пыли в воздухе. Можешь тоже надеть, если хочешь.

Онджо вытащила из коробки одну маску и протянула ее Канджуну.

— Много людей сегодня будет? — спросил он, надевая ее.

— Не знаю.

Онджо подумала о распечатанных заранее плакатах, которые лежали в ее рюкзаке.

— Я слышал, что в «Магазинчике времени» реформы? — непринужденно заметил Канджун, глядя на школьные ворота.

— Что?

Онджо вспыхнула и резко покраснела. Некоторое время она сверлила глазами ворота, а потом медленно перевела взгляд на Канджуна. Его лицо было наполовину скрыто за маской. Она точно никогда не видела его раньше.

— А ты… уже пользовался нашими услугами?

— Что? А, нет, просто в сообществе была ссылка, вот я и зашел посмотреть. И даже зарегистрировался. За участие в сегодняшней акции мне же положен час времени, верно?