Ким Сонён – Башня воспоминаний (страница 13)
Остается только двигаться вперед… Онджо повторяла себе эти слова как мантру, отправляясь на митинг, но сейчас они почему-то напрочь вылетели из головы. Слова Нанджу звучали пугающе, как будто им больше некуда отступать.
— Да? Нам остается только двигаться вперед, правда?
— Может, это, наоборот, значит, что за нами теперь сила. У нас есть сила общественного мнения, — уверенно заявила Нанджу.
Сила общественного мнения… Они ведь и затеяли этот митинг, чтобы привлечь общественное внимание в школе к проблеме.
— Эй, ты разве не сегодня с Канто встречаешься? — внезапно вспомнила Нанджу.
— Что? А, да.
— Эй, Пэк Онджо, а ну возьми себя в руки. А то так про все забудешь с этими делами. Ты же не собираешься отменить встречу с ним?
Да уж, и почему именно сейчас возникла такая экстренная ситуация?
Сегодня день встречи с Канто. Он сам написал Онджо и сказал, что надо поговорить. Это было его первое сообщение с того самого дня, когда они должны были пообедать вместе с его дедушкой. С тех пор все общение между ними прекратилось, и Онджо частенько жалела, что отказалась от той встречи. А еще она тревожилась о чувствах Нанджу. Подругу явно беспокоили отношения Онджо и Ихёна. Когда Онджо сказала ей, что собирается встретиться с Канто, та очень удивилась, но не смогла скрыть своей радости. Кажется, даже вздохнула с облегчением. Нанджу знала, что Онджо нравится Канто, но все равно не теряла бдительности.
Мысли спутались. У Онджо было такое ощущение, будто все сложные и тяжелые дела навалились на нее разом.
Она со стоном упала на кровать. В груди собрался комок напряжения, который следом захлестнуло еще и мощной волной тревоги. Дыхание перехватило, и веки резко раскрылись сами собой. Перед глазами заплясали мошки, голову сдавило тисками так, что заболели глазные яблоки. А потом Онджо зажмурилась и провалилась в сон. Была у нее привычка засыпать, чтобы сбежать от проблем.
Онджо спала без задних ног. В приоткрытое окно мягко светили лучи утреннего солнца, лицо щекотал теплый ветерок. Девушка нежилась в объятиях сна.
Когда она вдруг резко проснулась от жары, горячее полуденное солнце уже полностью заливало ее комнату.
— О нет… Мам! Ну ты что? Почему ты меня не разбудила? — отчаянно завопила Онджо, но из гостиной не донеслось ни звука.
Девушка встряхнула головой, чтобы взбодриться, и только теперь вспомнила. Сегодня же суббота. Мама с самого утра отправилась на акцию по защите болота. В последнее время мама была очень занята тем, что пыталась помешать застройке места, в котором обитали жабы. Она даже попросила Онджо помочь ей утром в субботу, но, когда дочь ответила, что занята, ушла, не разбудив ее. Это что, месть такая? Мама даже пыталась завлечь Онджо обещанием оформить эту помощь в виде официального волонтерства для портфолио, но девушка все равно решительно отказалась: ведь на сегодня у нее была назначена самая важная в жизни встреча.
Как она могла не услышать будильник, который звенел несколько раз? Онджо хотелось биться головой об стену от досады.
Ох, она жутко опаздывает! Со скоростью света Онджо помыла голову и натянула одежду. Назначенное время уже прошло. А ведь она хотела немного подкраситься и выбрать красивый наряд. Ну почему именно сегодня? Онджо выскочила из дома и как сумасшедшая помчалась вниз по холму.
Онджо не знала, как выглядит Канто. Зато Канто знал. Когда она появится, он ее узнает. На подходе к кафе у девушки вдруг пересохло в горле. От волнения язык присох к небу. Она впервые в жизни волновалась так сильно. «Радостное волнение», как-то так это называется? Нервы были на пределе.
Он мог уже уйти. Назначенное время прошло сорок минут назад. Онджо бежала так быстро, что вся взмокла от пота. Ей уже было не до встречи, хотелось просто развернуться и уйти домой. Она не хотела показываться перед Канто в таком виде — вымокшей насквозь, и не от дождя, а от пота. Лето уже почти заканчивалось, но палящий зной упорно отказывался уходить. Все вокруг будто застыло из-за жары, не ощущалось даже малейшего дуновения ветерка.
Рядом с кафе было безлюдно. И музыки слышно не было. Внутри не горел свет.
— О, это странно, — пробормотала девушка, подходя ближе. На двери висело объявление о том, что кафе закрыто на летний отпуск.
— Ох, ну почему именно сейчас…
Онджо торопливо достала телефон. Он оказался выключен и отказывался включаться. Батарея полностью села. Она не поставила его на зарядку вечером. Из-за всех этих событий с митингом и мыслей о «Магазинчике» Онджо совсем забыла зарядить телефон. Именно поэтому будильник и не прозвенел. А пауэрбанк остался в другой сумке. Ну почему именно сегодня? Как будто все обстоятельства специально сложились так, чтобы помешать этой встрече. Все шло наперекосяк, как назло. Онджо не могла заставить себя уйти и продолжала неловко топтаться перед входом в кафе.
Может, он поменял место встречи и ждет ее там? Или просто решил не тратить свое время? Наверное, он простоял перед входом в кафе и, не дождавшись ее, ушел. Неужели они опять разминулись? В прошлый раз Онджо сама отменила встречу, но она очень хотела увидеться с Канто, если он напишет снова. Хотела поинтересоваться, как поживает его дедушка и хорошо ли они теперь общаются с отцом. Хотя нет. На самом деле это все предлоги. Больше всего Онджо был любопытен сам Канто. Она хотела узнать, что он за человек. И ждала встречи с волнением и нетерпением: каким он окажется? Совпадет ли он настоящий с тем образом, что она рисовала себе в голове?
Онджо обессиленно поплелась обратно домой, ее шея стала липкой от пота. На дорогу падали листья платана. Еще даже не пришло время осеннего листопада, просто зеленые листья почему-то слетали вниз. Как будто понимали расстроенные чувства Онджо.
Она все испортила, потому что проспала. Надо скорее сесть в автобус, чтобы хоть немного остыть. Онджо не хотелось возвращаться домой, но нужно было зарядить телефон. Так она хотя бы сможет узнать, что произошло. На душе стало тоскливо и тревожно. А что, если все так и закончится?
Вернувшись домой, Онджо сразу нашла кабель и включила телефон. Посыпались сообщения от Канто.
Не один? А с кем? Кого он привел с собой? Может, хотя бы сейчас пойти туда? Хотя прошло уже слишком много времени. К тому же из-за того, что Канто пришел не один, желание Онджо куда-то идти сократилось примерно вполовину. Она вдруг подумала, что его отношение к ней может отличаться от того, что она чувствует к нему. Эта мысль посетила ее впервые. Радостное волнение, которое всегда посещало Онджо при одной мысли о Канто, мгновенно растворилось. Девушка вдруг перенеслась в абсолютно бесцветный мир, где больше не существовало ни очарования, ни любопытства.
Она долго сидела, безучастно уставившись в пустоту. Тело как будто расплавилось от жары, и Онджо бессильно распласталась на полу. В гостиной работал кондиционер, прохладный воздух сквозил по полу. Девушка принялась ждать, пока жар выйдет из ее тела. Мысли беспорядочно метались в голове. Она лежала на полу, но казалось, что парила над бездной, и сердце никак не желало успокаиваться. Оно стремилось в кафе рядом с площадью Юности, однако тело ощущалось таким тяжелым, что его было не сдвинуть с места. То ли из-за слов Канто, что он не один, то ли из-за внезапного озарения Онджо, что ее чувства могут быть безответны. Наверное, это и пугало ее больше всего. Во всем теле чувствовалась слабость, как бывает, когда нужно точно проверить что-то, но ты боишься и хочешь всеми силами избежать этого. Онджо слишком переволновалась, и теперь у нее не осталось сил шевелиться.
Нанджу. Подруга явно умирала от любопытства.
Вскоре открылась дверь, и Нанджу затараторила из прихожей, не успев еще даже снять обувь:
— Ну? Встретились? Да? Наконец-то? Да? Да?
Подбежав к Онджо, Нанджу принялась восторженно тыкать ее в бок:
— Ну? И как? Кстати, а не слишком ли быстро ты вернулась?
Интуиция Нанджу опять заработала на полную катушку. Онджо даже начала раздражать ее настойчивость.
— Что? Ну? Говори, как все прошло?
— Да дай хоть вздохнуть-то! — буркнула Онджо, отталкивая подругу.
Сделав вид, что пытается отдышаться, она судорожно думала, что сказать. Если наговорить лишнего, Нанджу может осыпать ее насмешками или, еще чего доброго, опозорить перед Ихёном. При мысли о Канто почему-то следом всегда автоматически приходил на ум и Ихён.
— Я схожу в душ. Жутко вспотела.
— Чем это ты занималась, что так вспотела? — ехидно расхохоталась Нанджу, подталкивая Онджо к ванной. — Пожалуйста, пожалуйста, ваше высочество. Извольте вымыться, мы никуда не торопимся, подождем. Хах!
«Конечно, очень смешно, Хон Нанджу, обхохочешься. Никуда не скроешься от твоего любопытства», — недовольно пробурчала себе под нос Онджо.
Услышав, что Онджо не встретилась с Канто, Нанджу вся поникла, словно сдувшийся воздушный шарик.
— Эй, Онджо, ты сама виновата. Опоздала же. А что кафе оказалось закрыто — дело уже третье.
— Да знаю я, знаю! Могла бы и не напоминать!
— Утю-тю, какие мы злые! А ты и злиться, оказывается, умеешь? Тебя не поймешь, то ты как взрослая, а то как дите малое! Фу!