Ким Сочжин – Обыкновенное зло (страница 27)

– Где ты был?

– Да так…

– Я звонила, ты не отвечал. Почему выключил телефон?

Хосон молчал.

– Один пил?

– Не-а.

– А с кем?

– Это что, допрос?

– Довольно естественно пытаться узнать у мужа, что к чему.

– Тогда я тоже хочу кое-что спросить.

– Ну давай.

Муж в замешательстве смотрел на Ынчжу.

– Что? Давай, спрашивай скорее, что там ты хотел узнать?

Хосон ухмыльнулся.

– Спрашивай быстрее.

– Бутылка с пестицидами… Зачем она понадобилась? – спросил Хосон.

– Бутылка с пестицидами?

– Это ведь ты ее выкинула? Кроме тебя, больше некому.

– Ты в своем уме? Я ее вообще не видела. Ты же прекрасно знаешь!

– Да я ничего не знаю. Ничего! Особенно о тебе.

– Что ты говоришь?

– В тот день ты пришла очень поздно.

– В тот день?

– В день, когда убили Кан Инхака.

Ынчжу молчала.

– В тот день я не спал. Нет, наоборот, я заснул и проснулся около одиннадцати. Потом я дважды прослушал свою радиопередачу. Так что, очевидно, ты вернулась только к часу ночи.

– Ты ошибаешься, я пришла в полночь.

– Возможно, могу ошибаться. Но я уверен насчет бутылки из-под пестицидов. Я распылял средство в саду за несколько дней до того, как полиция пришла во второй раз. И бутылка точно была на месте. Я закрыл ее и положил в кладовую. Но когда пришла полиция, ее уже там не было.

– И? Дальше что? К чему ты мне это сейчас говоришь? Хочешь сказать, это я убила обоих? А нет, даже троих. Еще же друг Кихёна. Ты хочешь сказать, что это сделала я?

– Я не знаю! Я уже ничего не понимаю.

– Ты начал этот разговор для того, чтобы не рассказывать, с кем выпивал?

Хосон ухмыльнулся. Ынчжу злобно взглянула в ответ.

– Разве важно, с кем я пил?

– Да, это важно. Не меняй тему. С кем ты был?

– Я не знаю, что ты сделала, а ты не знаешь, что делал я. Мы квиты!

Муж зашел в ванную. Она бросила взгляд на дверь и ушла к себе в комнату. На дворе уже стояла осень, но дома все еще было жарко. Ее окна выходили на запад, и после обеда солнце сильно нагревало помещение. Духоты добавлял наружный блок кондиционера из комнаты свекра. Она была раздражена, потому что жар, казалось, настойчиво преследует ее.

Ынчжу вышла на улицу. Почему дело Кан Инхака еще не закрыли? Когда все пошло не так? С того момента, как они переехали в этот район. Ничего бы не случилось, останься она на прежнем месте в тот момент, когда ее муж потерял работу, а проект с открытием курсов прогорел. Тогда они просто расстроились, не более. Но сейчас между ними с мужем стояло нечто совершенно иное, он жил в своем мире, полном ностальгии, а она жила в своем, полном импульсов к убийству.

Именно так, импульсов к убийству. Все началось той ночью после встречи с одноклассниками, когда она почувствовала, каково это – убивать. Ноги сами вели ее, но она не хотела возвращаться в дом свекра. Ынчжу никогда не считала это место своим. Через трещины в стенах внутрь заползали муравьи, потолок был таким высоким, что зимой в комнатах гулял ветер. Дом был слишком большим, слишком старым, летом внутри всегда было жарко, а зимой – холодно. Ей было тяжело находиться в нем. Ей чудилось, что она поднимается по нескончаемой лестнице. Хотелось идти медленнее, растянуть путь до ворот. Может быть, поэтому она и убила человека в ту ночь. Потому что ей был противен этот дом. И она не хотела туда возвращаться.

Она вспомнила о Чхансу и в порыве эмоций набрала его номер. Он поднял трубку и, еле сдерживая улыбку, спросил:

– Ынчжу, где вы? Я сейчас приду к вам.

– Не надо, сейчас слишком поздно.

– Ничего, я мигом.

Они договорились встретиться на детской площадке возле жилого комплекса, и Ынчжу неторопливо зашагала туда. Темнота, в которую был погружен весь район, казалась знакомой, а холодный свет флуоресцентных ламп из окон высоток почему-то успокаивал. Воздух был пропитан влагой, но на улице было намного свежее, чем дома. Откуда-то дул прохладный ветерок.

Ынчжу прошла мимо кафе «Замок». Ей вспомнился день, когда они с Чхансу были здесь. Странная и немного неловкая встреча теперь стала приятным воспоминанием. Истории, которые они рассказывали друг другу, были подобны пылинкам, поднимающимся в воздух, когда кто-то открывает дверь. Странное дело, но владелец кафе – единственный, кто видел их вместе, уже давно не выходил на работу. Объявление «Мы временно закрыты» уже знатно поистрепалось.

Когда Ынчжу переходила дорогу к жилому комплексу, она увидела группу старшеклассников. Их шумная толпа направлялась к гробницам. Начинал накрапывать дождь. Чхансу ждал ее, сидя на скамейке с банкой пива в руках.

– Читали сегодняшние газеты? В нашем районе орудует маньяк, такой шум поднялся.

– Дождь начинается…

Ынчжу вытянула руку ладонью вверх. Она не хотела говорить об убийце. Чхансу тоже выставил ладонь, чтобы проверить, усилился дождь или нет. Не собираясь менять тему разговора, он продолжил:

– Знаете, что еще интереснее? Теперь подростки в нашем районе охотятся на серийных убийц.

– Что?

– Несколько дней назад школьники отправились на поиски серийного убийцы, и говорят, что действительно встретили. Слухи быстро разлетелись по округе.

Ынчжу вспомнила старшеклассников, которых она только что видела. Дождь не прекращался.

– В этом районе никогда не бывает скучно. Но тут скорее дело в людях, значит, и весь наш мир не даст нам заскучать. А как вы думаете?

– Давайте пойдем в другое место. Промокнем еще.

Чхансу встал со скамейки и пошел вперед, держа в руках пакет с пивом. Мимо проезжали машины, но в самом комплексе было немноголюдно – еще не все жильцы въехали в новые квартиры. Совсем молодые деревья, высаженные вдоль проезжей части, выглядели сиротливо.

– Пойдемте туда, – сказал Чхансу, указывая на строящийся неподалеку небольшой торговый центр.

Ынчжу быстрым шагом пошла следом. Дождь усиливался. Он взял ее за запястье, и они зашли внутрь здания. Словно приветствуя их, на потолке загорелись лампочки. Был освещен только первый этаж, на втором еще не закончили ремонт, в помещениях даже не было дверей. Чхансу зашагал вверх по лестнице, будто знал, куда им надо. Лестница на четвертый этаж была завалена строительными материалами. Она молча следовала за ним.

Пахло сырым цементом. У входа на третий этаж были разбросаны пустые коробки. Стараясь не задеть ничего, они прошли дальше, в пустое помещение. Окна не успели застеклить, тусклые огни квартир из жилого комплекса напротив попадали внутрь неотделанного помещения вместе с легкими порывами ветра. Повсюду – на стенах и колоннах – напротив висели зеркала, преломляющие отражения друг друга. Лицом к лицу – как командующие двух армий перед сражением.

Пока Ынчжу с интересом осматривала незнакомое помещение, Чхансу откуда-то принес деревянный стул и предложил ей присесть. Сам он расположился на подоконнике, у незастекленного окна, достал из пакета пиво, другую банку протянул ей.

Стояла тишина, лишь изредка слышались звуки проезжающих мимо машин и барабанящих по карнизу капель дождя. Ынчжу молча пила пиво. Вокруг было темно, от чего Чхансу показалось, что ее лицо осунулось и стало мрачнее. «Что случилось? Это из-за недавнего убийства у гробниц?» – подумал он.

– Что с вашим романом?

Ее голос дрожал, то ли от выпитого, то ли от страха темноты. Чхансу взглянул на нее. Она держала в руках банку с пивом и сквозь сумрак отрешенным взглядом смотрела в окна квартир, словно больше было некуда смотреть.

– Пишу понемногу. Сейчас я работаю над главой, в которой события запутываются все сильнее. От этого возможность докопаться до истины становится все более туманной.

– И что потом?

– Не знаю. Лично я надеюсь, что преступника не поймают и он будет спокойно жить дальше.