Ким Слэйтер – Запертая в своем теле (страница 19)
Вернувшись из школы, я заварила себе чашку крепкого кофе. Настроение было хуже некуда: меня преследовало чувство, будто вот-вот стрясется что-то ужасное. Никаких реальных причин для этого не имелось. Тем более что все плохое, что только могло случиться, уже случилось.
Нужно надеяться на лучшее. В нашей жизни уже появились новые перспективы. Скоро Эви привыкнет к школе, а я обживусь на работе. Работе, которая нашлась невероятно быстро. Это просто нереальное везение!
И все же, несмотря на уверенность в том, что я справлюсь с любым заданием — а с моим стажем иначе и быть не могло! — руки тряслись при одной только мысли о том, чтобы войти туда сегодня.
Нелегко начинать с нуля в тридцать пять лет.
А Эви всего лишь пять. Стоит ли удивляться, что она так тяжело привыкает к новой школе?
Вот только, в отличие от нее, у меня оправдания нет, потому что я взрослая и должна принимать все, что подбросит жизнь.
В письме, которое прислала Тара, есть ее имейл и телефон. Может, позвонить? Раньше мы так хорошо болтали, ее практичность и благоразумие всегда меня успокаивали…
К тому же в последнем письме она писала, что у нее плохо со здоровьем. Рассеянный склероз. Да мои проблемы — сущие пустяки в сравнении с этим! Нужно будет обязательно позвонить ей позже — и, уж конечно, не для того, чтобы пожаловаться.
Тут мысли начали путаться, и перед внутренним взором встал один-единственный образ — пузырек из коричневого стекла. Я поставила кружку на стол, встала, словно завороженная, поднялась наверх, думая о силе, заключенной в одной-единственной крохотной таблеточке. Силе, которая даст мне уверенность.
Хотя есть и риск — сонливость. Значит, надо принять только половину таблетки. Этого хватит, чтобы успокоиться и прийти на работу, излучая уверенность в себе. Уверенность — вот что мне нужно для первого дня.
Бриони Джеймс, занимающая пост моей непосредственной начальницы, кажется, не прониклась ко мне на собеседовании. Это надо исправить. Но если я буду трястись, как заячий хвост, вряд ли сложится впечатление, что команда пополнилась ценным сотрудником.
В ванной я открыла шкафчик и потянулась за вожделенным лекарством, дрожащими пальцами расталкивая пакетики и баночки с разными косметическими снадобьями. Добравшись до заветного пузырька, бережно сжала его в руке, словно невесть какую ценность.
Он оказался пуст лишь наполовину. За последние два дня я не взяла ни одной таблетки.
Честно говоря, это была одна из причин, по которой так долго тянулось дело с продажей дома. Было страшно: вдруг на новом месте откажутся продавать препарат по рецепту, выписанному на имя Эндрю?
Мне удалось скопить порядочный запас, припрятанный в обувной коробке с документами и фотографиями. Я не собиралась трогать его. Просто грела сама мысль о том, что он здесь, под рукой. На всякий случай.
Как-то раз мне на глаза попалась статья о лекарствах, на которые человек подсаживается так сильно, что организм требует новой дозы, как только сходит на нет эффект предыдущей. Так что если получилось прожить без таблеток уже два дня, то до настоящей зависимости далеко. Можно вздохнуть спокойно.
Правда, в инструкции сказано, что после приема нельзя садиться за руль, но я-то приму только половину пилюли и вряд ли потеряю способность соображать и контролировать свои действия.
Я открутила крышку и вытряхнула на ладонь таблетку.
Маленькая, невесомая, она была настоящим оберегом от злых чар.
Я покрутила головой, ища, чем бы разрезать ее надвое, — и, разумеется, не нашла.
И вдруг накатила волна самого настоящего оптимизма: мы переехали, дочка пошла в школу, мне повезло найти работу по профилю, да еще такую, которая позволяет отводить Эви в школу самостоятельно. Да, мой муж трагически погиб, оставив меня одну с маленькой дочкой и кучей финансовых проблем, но я-то еще жива, и свет в конце тоннеля, кажется, близок. Не всем так везет — взять хотя бы Тару.
Зря, что ли, я столько лет была менеджером агентства недвижимости? Да я с любой работой в этой сфере справлюсь играючи!
И вообще — справлюсь.
И не нужна мне никакая таблетка. Без нее обойдусь.
Я бросила таблетку в пузырек, закрутила крышку и сунула его в шкаф — до худших времен.
Дейл Грегори сказал, что если получится найти свободное место на парковке за зданием, то смело можно оставлять машину там. Мне повезло: въехав на разлинованный клочок асфальта позади агентства, я обнаружила местечко у самой двери.
И тут начался дождь. Занимая свободное место, я с тревогой отметила, что «дворники» моего «Пунто» слегка заедают, оставляя на ветровом стекле мокрые дорожки и пятна. Значит, ремонт — очередной пункт в списке услуг, которые пока не получится себе позволить.
Я прикусила губу. Сколько можно ожидать худшего? Сегодня, например, все идет по плану. И дальше все тоже будет хорошо.
Я потянулась за сумочкой и сунула ноги в мамины лодочки. Добежала до двери, подергала ее, но безрезультатно. Пришлось зайти с улицы. Мелкие капли дождя оседали на волосах. Кажется, теперь я буду выглядеть мокрой взъерошенной кошкой, особенно на фоне моей ухоженной и суперпрофессиональной начальницы, Бриони, для которой внешность, кажется, важнее всего на свете.
У порога я остановилась, перевела дух, толкнула дверь и шагнула внутрь, постаравшись выглядеть максимально уверенно, словно работаю здесь уже не один год.
Но оптимизма хватило ровно на один шаг: офис был пуст — ни клиентов, ни, что гораздо хуже, персонала.
Сразу вспомнились тренинги для команды в Хемеле: «Пожалуйста, помните одну вещь: в офисе всегда должен кто-нибудь быть. Даже если вам страшно хочется в туалет или выпить чайку, не уходите, пока не оставите замену. Ничто не расхолаживает потенциального клиента сильнее, чем пустой офис». Это было моей политикой как менеджера с самого первого дня после получения должности.
Нужно будет намекнуть на это Бриони или Дейлу. Пусть видят, что мне не все равно. Когда новенький с первых шагов проявляет активность и вносит дельные предложения, это всегда производит хорошее впечатление.
Дверь коридора открылась, и в офис вошла невысокая пухлая женщина, обеими руками сжимающая большую кружку.
— Ой, здравствуйте; извините, что заставила ждать. — На ее лице расцвела широкая улыбка. — У меня обед. Вы что-то хотели?
— Я Тони Коттер. — Я улыбнулась в ответ. — Я теперь тоже здесь работаю. Сегодня мой первый день, и…
— А, Тони! Здравствуйте. Видела вас вчера, но была так занята с клиентами, что даже поздороваться не смогла. — Женщина небрежно шмякнула кружку на стол. Там оказался суп — это стало понятно, когда на стол упало несколько сухариков. — Джо Дикон, помощник агента по продажам.
Джо произвела очень приятное впечатление. Ее русые, волнистые от природы волосы свободно падали на плечи, искристые карие глаза смотрели тепло, на круглых, чуть тронутых румянами щеках плясали озорные ямочки. В общем, она выглядела и смотрела так, что я сразу почувствовала себя на своем месте и ощутила, как спадает напряжение и расслабляются мышцы шеи.
— Дейл уехал на коммерческую оценку, но Бриони скоро будет. Хотите пока чаю или еще чего-нибудь?
— Нет, спасибо. Я только что из дома. Вы не знаете, где я буду работать?
Джо подула на суп, глотнула и поморщилась — видимо, обожгла рот.
— Фиби, ваша предшественница, работала вон там. — Она кивнула на стол у самой входной двери, и я немедленно подумала о сквозняках. — Так что, наверное, на ее месте, хотя кто знает… Бриони любит иногда вносить перемены.
Было чувство, как будто мы сто лет отработали вместе. А Бриони еще вчера оставила впечатление человека, докапывающегося по поводу и без повода, по каждой мелочи.
— Дейл говорил, что вы в наших краях недавно?
Я кивнула и присела за стол Фиби.
— С семьей переехали?
— С дочкой. Поближе к маме.
Этого было достаточно. Не изливать же душу первому встречному.
— А вы давно здесь работаете? — Идеальный способ увести разговор из нежеланного русла.
— Даже слишком. — Джо улыбнулась и принялась делать вид, будто приводит в порядок разбросанные по столу бумаги. — Шесть лет будет на Рождество.
— А чем вы до этого занимались?
— А, всем понемногу…
Создавалось четкое ощущение, что ей не слишком-то хочется вспоминать и уж тем более рассказывать. Ну что ж, не хочет — и не хочет, имеет право. Кому, как не мне, знать, каково это — стремиться удержать на расстоянии собственное прошлое.
— Здесь вообще-то неплохо. График удобный, зарплата ничего себе — выше минималки, по крайней мере. Просто…
Входная дверь распахнулась, и Джо тут же умолкла.
В офис влетела Бриони, в безукоризненном черном костюме с серебристо-серой шелковой блузкой и в туфлях на высоченных красных каблуках. Ее лицо походило на грозовую тучу.
— Привет, Бриони, — жизнерадостно поздоровалась Джо.
— Что, хотела бы я знать, делает на нашей стоянке чей-то допотопный «Пунто»? И какой идиот впихнул эту развалину на
Глава 28
— Приношу свои извинения. Больше такое не повторится.
Мне пришлось вывезти машину со стоянки, приткнуть ее в первом попавшемся переулке и бегом вернуться назад.
— Надеюсь.
Голос Бриони был полон невысказанных обещаний грядущих кар.
Я взглянула на Джо, но та с головой ушла в разборку стопки глянцевых буклетов. Надо же, еще пятнадцати минут не работаю, а уже умудрилась вызвать раздражение начальницы… И, что хуже всего, абсолютно заслуженно: выводя со стоянки «Пунто» — осторожно, чтобы не дай бог не зацепить сверкающую белую «Ауди ТТ», на которой, по-видимому, приехала Бриони, — я разглядела на стене табличку «Занято».