Ким Чжэхи – Остров грехов (страница 33)
Ли Чуён быстро пробежалась по своим заметкам.
Она тщательно обдумала прочитанное. Слишком уж быстро все произошло, слишком. Не могла информация о действиях Ким Сонхо по профилированию Ли Чунхи транслироваться чуть ли не в реальном времени. Очевидно, что об этом рассказал кто-то из полиции или же кто-то с самого начала пристально наблюдает за развитием дела Ха Нари. Даже для причастного к происходящему человека тайминг уж слишком стремителен.
Больше всего подозрений вызвал пользователь с ником «reallove12», который первым выложил материалы. После визита Кан Йемо в полицию Ли Чуён сделала официальный запрос на предоставление личных данных этого человека, но владелица сайта оставила просьбу без ответа.
Вчера, когда она лазила по интернет-магазину, ей в голову пришла сногсшибательная идея. Кан Йемо говорила, что «Випо» начался с магазина и разросся совершенно внезапно. Кан Йемо казалась такой модной, будто бы одна из моделей с сайта вдруг перенеслась в реальность. Конечно, будучи владелицей «Випо», она не хочет светить лицом. В таком случае где она могла бы использовать свое настоящее имя? Вдруг оно есть в онлайн-магазине одежды?
Ли Чуён вбила в поисковик «Кан Йемо», «одежда», «онлайн-магазин», «стиль» и другие ключевые слова, и он выдал несколько десятков подходящих пунктов.
Среди них нашлись и магазин «
«Вот оно!» – воскликнула про себя Ли Чуён.
Офис интернет-магазина располагался по адресу: Сеул, округ Каннам, район Нонхёндон. Войдя на сайт, Ли Чуён увидела стройных моделей в одежде, предназначенной для двадцатилетних девушек. Кан Йемо для сайта не позировала. Пробежав глазами по страницам, чтобы подтвердить свою догадку, офицер щелкнула пальцами. Она сделала скриншот товаров, подписанных как «
Утром Ли Чуён докладывала руководителю группы киберрасследований, что отправляется по делам в связи с кражей личных данных помощника инспектора Ким Сонхо. Она была полна решимости. Вдруг дверь офиса резко отворилась. Следователь Пак Минчхоль с перекошенным от гнева лицом и бумагой в руках закричал:
– Сейчас пришла Ли Санхи, сказала, что хочет подать иск на Ким Сонхо и уже отправила заявление через Центр обслуживания населения! И что нам теперь с этим делать?!
Находившиеся в офисе следователи собрались в кучу. Они окружили Пак Минчхоля и по очереди изучили бумагу с заявлением.
– Чтобы Ли Санхи отказалась от него, придется пойти в больницу и умолять ее об этом.
Услышав слова одного из следователей, руководитель следственной группы отдела тяжких преступлений обратился с предложением к офицеру Ли Чуён:
– Ты же уже виделась с ней? Может, сходишь в больницу от лица отдела киберрасследований, замолвишь за нас словечко, чтобы она забрала заявление?
– Есть, обязательно схожу.
Она все равно так или иначе подумывала туда наведаться. Вскоре Ли Чуён покинула полицейский участок. Села в такси, которое как раз высадило пассажира рядом, и направилась в больницу, куда госпитализировали Ли Чунхи. Ехать было недалеко, но каждая секунда была на вес золота.
Доехав до больницы, она заглянула в палату на четвертом этаже. Ли Чуён слышала, что юношу перевели из отделения интенсивной терапии в обычную палату, но он еще не до конца пришел в сознание и проявляет признаки афазии[62]. Она шла, посматривая на таблички с именами пациентов, что висели у двери, но найти нужную было не так-то просто. Девушка решила было направиться к сестринскому посту, когда на глаза ей попалась Ли Санхи, идущая с контейнером для увлажнителя.
– Здравствуйте!
– О! Офицер Ли, это вы.
Ли Чуён спешно подошла к ней и взяла контейнер:
– Я наберу воды, а вы пока идите обратно.
Вернувшись, она заправила увлажнитель и, глядя на спящего Ли Чунхи, осторожно заговорила:
– Вам, должно быть, очень тяжело. Приношу извинения от лица всех нас. Мне очень жаль. – Ли Чуён выдержала небольшую паузу и продолжила: – Знаете, следователям тоже непросто, поэтому не могли бы вы, пожалуйста, забрать свое заявление?
Ли Санхи взяла руку Чунхи и с мрачным выражением лица ответила:
– Мой сын чуть не умер, но все же смог выжить. Я даже с работы ушла, лишь бы присматривать за ним на постоянной основе. Мне давно стоило это сделать: он с самого детства вечно сидел в темной комнате в одиночестве, в монитор свой смотрел – я ведь так долго за этим наблюдала. И все же работала как проклятая, от мужика ведь денег не дождешься. А теперь мне все это осточертело.
Ли Чуён тихо слушала, не встревая.
– Я не собиралась писать никаких заявлений, но у меня просто зла не хватает. Он не преступник, а его при отсутствии каких-либо доказательств вызвали в полицию, запугали, затравили, и теперь мой сыночек…
Женщина заплакала. Офицер Ли виновато склонила голову и бросила полный боли взгляд на Чунхи. Ей было искренне жаль, она всецело сочувствовала раненому сердцу Ли Санхи.
– Я не хотела, чтобы все так вышло, – всхлипнув, сказала мать парня.
Некоторое время спустя она все же успокоилась и холодным тоном заметила:
– Но я не очень-то представляю, как забрать заявление назад. Надо бы уточнить, что делать с этим, у мужчины, который через четыре дня будет выступать в суде истцом или как его там.
– Что? То есть вы не обращались к адвокату или в юридическую контору?
– Нет. Этот человек однажды сам пришел ко мне на завод и представился как Ю Чонёль, «друг, что восстановит справедливость». После этого он проконсультировал меня по электронной почте и написал заявление от моего лица.
– Извините, а не могли бы вы показать мне его визитку?
– У меня ее с собой нет, но я сфотографировала его контакты на телефон. Вот, держите.
Ли Чуён взглянула на экран протянутого Ли Санхи телефона. На визитке «
– Отправьте мне это фото в «Катоке», пожалуйста. Я попробую связаться с этим человеком, если вдруг ситуация осложнится.
– Сделаете это для меня? Я доверяю только вам, офицер Ли, а прямо сейчас забрать заявление я не могу, поскольку ухаживаю за Чунхи. Схожу чуть позже. Я увидела вас, поэтому прощаю этого следователя Пака или как его там!
Когда Ли Чуён прощалась с Ли Санхи, у нее возникло смутное ощущение, что Чунхи поправится и отныне станет жить здоровой, правильной жизнью.
Она много раз встречала подростков, причастных к написанию злобных комментариев, оскорблению чести и достоинства в интернете и другим киберпреступлениям, и также много общалась с их родителями.
Те из них, кто говорил: «
Некоторые родители встают на колени и признают ошибки ребенка, однако при этом крепко держат его за руку и просят снисхождения. В таких случаях взгляд детей во время расследования становится совсем иным. Тогда их молчаливый протест, целью которого было показать, что им тоже больно, заканчивается, и они тихо покидают участок, взявшись за руки с мамой и папой.
Можно догадаться, что в будущем ждет детей этих двух типов. Если родители будут взирать на своего ребенка как на преступника, никак этого не скрывая, то нанесут ему душевную рану, о которой тот никогда не сможет забыть, и ребенок в результате совершенно отдалится от общества.
Выйдя из больницы, Ли Чуён поняла, что сейчас самое время нанести внезапный визит в офис Кан Йемо. Поскольку теперь она знает обстоятельства поданного Ли Санхи иска, сперва ей нужно подготовить документы и только потом идти в нужную инстанцию. Сотрудники каннамского участка уже наверняка сообщили помощнику инспектора о том, что на него подали заявление, поэтому она решила сначала навести справки о Кан Йемо и уже после звонить Ким Сонхо.
Путь на такси от больницы до района Нонхёндон, где располагался офис интернет-магазина, не занял и получаса. Поднявшись на второй этаж, Ли Чуён подошла к двери с вывеской «