Кейтлин Крюс – Похищенная викингом (страница 37)

Принцесса несколько раз моргнула, а потом протяжно и прерывисто выдохнула:

— Верно. Так и будет.

Она хорошо его знала, сердцем ощущала каждую эмоцию, малейшую перемену настроения. Сейчас ее успокаивала та нежность, которая была только для нее одной. И так будет всегда.

Торбранд коснулся ее волос, которые заплел по собственному вкусу, и широко улыбнулся. Ей сразу стало спокойнее.

Свадьба, которая сегодня состоится, будет сыграна для королей. Та церемония, которая была важна для них, прошла в холодном лесу, так похожем на тот, в котором они встретились. В нем могут выть волки, начаться снегопад, но Торбранд защитит ее от всех несчастий на свете. А она будет вышивать узор смеха и любви, как и должно женщине, и поддерживать крепость их семьи. Так будет всегда, какие бы трудности ни послали им боги.

Они вернулись в деревню, когда солнце было еще высоко. Торбранд вел перед собой Бьорна, чтобы все могли узнать о его злодеяниях и стать свидетелями исполненного наказания, которое непременно будет назначено справедливым Рагналлом.

Эльфвина же сразу оказалась в руках деревенских женщин, с которыми подружилась накануне. Они рассказали ей, что для пира уже готов мед из личных запасов короля, а также он выделил живность для праздника и жертвоприношений. Принцесса слушала и боялась, что их обычаи будут для нее жуткими, но, к счастью, это оказалось не так. Она совсем недавно отправилась в лес, а еще сделала то, что Торбранд назвал заклинанием на крови.

Всю жизнь она слушала суровых священников и читала молитвы, но в них не было имени норманна, который встретился на ее жизненном пути, чьей женой она станет. Ей не помогло благочестие, а ее принесение себя в жертву, которое святые отцы назвали бы грехом, дало больше радости и счастья, чем довелось испытать за всю жизнь. Даже больше: это указало цель, которую она так долго искала. Сначала Торбранд виделся ей дьяволом, посланным на мучения, но позже стал дороже всего на свете — это и был ответ небес на ее молитвы. Разве есть у нее основания думать, что это не Божья воля?

Успокоив таким образом душевные терзания, она позволила женщинам начать подготовку невесты к свадьбе. Они приготовили ей ванну и стали рассказывать, что происходит между мужчиной и женщиной, не только о плотской любви, но о жизни в целом. Пожилая женщина, которую она видела вчера, открыто посмотрела ей в глаза, это и был ответ на все вопросы, которые Эльфвина еще не осмелилась задать. Ее искупали в отваре ароматных трав, облачили в новое платье, и она почувствовала себя обновленной, совсем не такой, какой появилась в этой деревне. И покинет ее вскоре уже женой.

— Inn matki munr, — пробормотала женщина и одобрительно кивнула. — Великая страсть.

«Любовь», — подумала Эльфвина. Любовь сделала их единым целым. Любовь защитит их и убережет. Любовь, а не война. Что бы ни произошло, они с Торбрандом все преодолеют вместе.

Ее вывели на улицу, где ждал сам Рагналл, чтобы провести ритуал.

— Ты готова, милая? — спросил Торбранд, когда она подошла и встала рядом с ним.

Эльфвина улыбнулась в ответ, открыто и задорно, нимало не заботясь, кто это увидит и что о ней подумает. Сейчас имело значение лишь то, что они вместе и любят друг друга. Ее взгляд был ярким и живым.

— Жду с нетерпением…

После пиршества и брачной ночи они приехали в свой маленький дом, прихватив все полученные символические подарки — мечи для их сыновей, диадему, в которой Эльфвина была на свадьбе и которую потом передаст дочерям. А также запас меда на месяц, который необходимо пить, соблюдая определенный ритуал, пока напиток не закончится.

— Я не надеялась вновь здесь оказаться, — произнесла Эльфвина, нежась в объятиях Торбранда и в теплой воде источника. — Уже даже смирилась с этим.

Торбранд посмотрел на нее так, что сердце забилось сильнее.

Он не спешил. Медленно расплетал ее волосы, косу, уложенную вокруг головы, говорящую о том, что она замужняя женщина. Теперь ее распущенные волосы мог видеть только Торбранд. Она неожиданно очень полюбила все эти условности.

Торбранд расчесывал ее волосы пальцами и убирал пряди назад.

— Говорят, надо любить то хорошее, что есть в жизни.

— Если так желает сердце, — сказала Эльфвина. Она раньше тоже слышала эти слова.

— Это больше, чем желание моего сердца, милая, — произнес он так, как позволял себе говорить только с ней. Она знала это и очень ценила. — Ты мое сердце.

— А ты мое, Торбранд.

Они занимались любовью там, где он взял ее в первый раз, и крики ее эхом разносились над горами. Они снова и снова соединялись, ведь это было то, чего они желали.

В доме они переждали конец зимы, их не потревожили ни короли, ни войны. Когда земля прогрелась, молодые покинули дом, их первый дом, как всегда считала Эльфвина, на этот раз навсегда.

Они добрались до Йорка, который теперь безраздельно принадлежал Рагналлу. Там их ждал корабль, чтобы отвезти на далекий остров на западе. Поднимаясь на борт, Эльфвина знала, что в ней уже растет их ребенок. Она не сомневалась, что и Торбранд уже это понял, ведь он хорошо знал ее тело. Малыш появится, скорее всего, после того, как пройдет лето, когда вновь настанет зима, и у них будет новый дом на далеких берегах.

Нельзя желать лучшей семьи и большего счастья. «Я будут бороться за тебя, — обещала она малышу внутри. — Ты дороже земель и славы. Я дочь королей и королев. Я клянусь тебе, что смогу победить».

Супруги отправились в путь в погожий весенний день. Позади остался шум Йорка. Они плыли по реке Уз и холодному Северному морю. Торбранд будет рад их первенцу — сыну, она знала точно, хотя сама не понимала, откуда эта уверенность. Он родится на их новой земле, в месте, которого она еще не видела. И не знала, какой будет их жизнь, но определенно она будет отличаться от той, которая осталась в прошлом.

С ней рядом Торбранд, и больше ничего не имеет значения. Именно благодаря мужу в будущее она смотрела без страхов. Она знала, что любую беду они переживут, потому что будут вместе. Капризы королей и погоды — им все по плечу.

Так сложилась жизнь, что Эльфвина, дочь Этельфледы, госпожи мерсийцев, плыла в неизведанное, в земли далекие от тех, что принадлежали ее предкам, ощущая вкус соли и сильный ветер, бивший в спину. Но она не желала оглядываться назад.

Глава 16

Исландия, 922 год

Через три года после того, как Эльфвина и Торбранд переселились на остров Исландия, у их дома появился незнакомец.

— Ты тот человек, которого я ищу, — сказал он Торбранду.

Хозяин провел его в просторный дом, который построил с помощью местных жителей, в надежде что семья его вскоре будет большой.

— Я привез вести от Рагналла.

Эльфвина была у очага. Огонь горел ярко, и в доме было тепло, что особенно хорошо ощущалось после туманной прохлады снаружи. Торбранд знал, как поразили ее слова, хотя она не подала виду, лишь потупила взгляд. Они всегда знали, что этот день настанет. И готовились, как считал Торбранд. Однако сейчас, казалось, этого не было, новость ошарашила. Норманн ощутил себя неопытным юношей перед поединком с могучим воином, которого ему никогда не победить. А ведь эти страхи давно забыты.

В этом мрачном, жестоком мире Торбранд не забывал о данных себе и королю клятвах, был готов сдержать их, а значит, сражаться, когда потребуется. Он не прекращал тренировки, поэтому его меч был острым и навыки не утрачены. Год сменял другой, зимы на новых землях были тяжелее, чем во всех иных местах, где ему приходилось жить. Торбранду было нелегко, но он уже думал о себе не как о солдате, а все чаще как о земледельце, который пашет и сеет, и гордился этим.

Их жизнь с Эльфвиной очень отличалась от той, о которой он мечтал, будучи мальчишкой, грезившим легендарными победами и подвигами. Первое лето на новом месте они строили дом и готовились к зиме, что никогда не лишне в этом суровом климате. Осенью она подарила ему сына, год спустя — еще одного и опять носила ребенка. Не осталось сомнений, что боги даровали им свое благословение.

Рядом с ними были и пляжи с черным песком, и горы, и Торбранд с Эльфвиной жили и трудились на благо своей семьи. Принцесса творила чудеса, впрочем, она с каждым годом все меньше походила на мерсийку. Она со смехом рассказывала, как плохо у нее получалось шить и вышивать в королевском дворце, но то, что она делала здесь, было прекрасным. Простым и крепким, как она сама.

Каждого из сыновей норманн принял своими руками. Каждый решил прийти в этот мир в дни снежной бури. Торбранд был уверен, что со следующим ребенком будет так же. Будущий воин осветит темную ночь радостью. И его золотоволосая храбрая Эльфвина выкормит и вырастит их детей такими же сильными. Мужчина не понимал, почему не слагают люди песни о женщинах, ведь их труд не менее значим, а жизненный путь опасен и прекрасен.

Торбранд был влюблен в жену с самого начала, и, к собственному удивлению, чувство его крепло и росло с каждым годом. Он не боялся работы, любил тишину и ночи со своей прекрасной Эльфвиной, радуясь, что может прикоснуться к ней в любое время, ведь потребность обладать ею только росла. Часто вечерами они сидели у очага, он перебирал пряди ее волос, а она укачивала малышей. А потом, когда те засыпали, начиналось то, что было радостью для обоих. Еще в домике в Нортумбрии он понял, что так выглядит его счастье, а тяжелый труд, который стал неотъемлемой частью жизни, лишь делал минуты удовольствия более ценными.