Кейт Вэйл – Научи меня дышать (страница 2)

Миллион первый подкол с ее стороны.

— Остроумие уже с утра. Боюсь представить, что будет вечером.

— Я сделаю твою жизнь счастливее? — с энтузиазмом выдает она.

— Скорее более невыносимой.

Останавливаюсь около бетонного ограждения и перевожу дыхание.

— И если мы заговорили насчет вечеринки, то я скорее всего…

— Только не говори, что ты не придешь! — восклицаю я, обрывая подругу.

— Я не могу, мне не с кем оставить Аню, — запинается она.

Я недовольно фыркаю. Возможно, будь мы знакомы несколько месяцев, то я бы как наивная дурочка поверила ей, но я знаю Полину уже семь лет. И я также прекрасно знаю, что когда она не хочет куда-либо идти, то всегда прикрывается ребенком. К тому же, когда она лжет, то начинает заикаться и путаться в словах, прямо как сейчас.

— Дай угадаю, а еще ты устала и появилась внеплановая клиентка?

Мне надоел этот круговорот лжи.

В динамике раздается короткое молчание.

— Я правда устала. Эта неделя выдалась слишком напряженной, — голос подруги пропитан тоской, но она тут же меняет тему. — Лучше расскажи, как твое свидание.

С губ слетает тихи смешок. Хороший ход.

— Приходи сегодня вечером на вечеринку и возможно я расскажу. Но этот парень был не так уж плох, — говорю как можно правдоподобнее.

— Ты врешь. Я тебе столько раз устраивала свидания, и ответ был один: «меня это не интересует». А тут вдруг «не так уж и плох», — усмехается она.

Что я могу поделать, если меня это действительно не интересует?

— Значит, приходи убедиться, что я не вру.

— Если ты меня обманываешь, то сходишь с ним на еще одно свидание.

По-моему, мой блеф раскрыт и оборачивается против меня. Но почему бы и не рискнуть, если это означает, что я наконец-то смогу узнать правду?

— Договорились. Вечером встретимся в клубе.

— Сама напросилась.

Я скидываю вызов.

А я ведь и правда сама напросилась.

Нужно придумать что-нибудь убедительное для Полины. По крайней мере, постараться. Когда дело касается свиданий, она всегда видит меня насквозь. Иногда мне кажется, у нее там какой-то радар стоит или же у меня бегущая строка бежит по лбу. Но мне проще сходить на полчаса на так называемое свидание, чем потом неделю выслушивать нравоучения подруги, что мне пора в монастырь. Как же, с моими вспышками гнева и тем, как я ругаюсь, меня выставят оттуда через три секунды.

Наверное, где-то Вселенная решила, что такой человек, как Полина, просто необходим в моей жизни. Именно поэтому она налетела на меня с горой учебников в узком коридоре университета в первые полчаса моего пребывания там. Я, как всегда, выругалась и сказала, чтобы она носила очки, раз ослепла и не видит куда идет. Она же в ответ посоветовала мне хорошее успокоительное и назвала адрес, по которому я могу за ним сходить. В тот момент Поля смотрела на меня с вызовом своими большими ярко-голубыми глазами, потом рассмеялась, схватила за руку и сказала, что мы с ней подружимся. Я застыла на месте и изумленно таращилась на нее. Уже через десять минут она трещала, что находится на третьем месяце беременности, впереди свадьба и она ни в коем случае не планирует переводиться на заочный, так как хочет стать квалифицированным специалистом. Уже тогда я подумала, что эта девушка сумасшедшая и порой все еще придерживаюсь этого мнения.

Со временем Полина стала моим близким человеком. Она не обращает внимания на мои перепады настроения, крики и ругательства. Она просто в открытую идет напролом и находится со мной как в тяжелые, так и в светлые моменты жизни.

Именно поэтому она до сих пор не прекращает попытки с кем-нибудь меня познакомить.

Я даже не знаю, зачем соглашаюсь на эти свидания. Попробовать пожить нормальной жизнью? Что звучит крайне странно.

Иногда, когда я сижу на очередном таком мероприятии, в моей голове возникает мысль, чтобы отбросить один кирпичик из моей защитной стены и рискнуть. К тому же, внутренний радар Полины на парней, с которыми она меня сводит, работает с каждым разом все лучше. Она будто заранее их прощупывает на наличие изъянов, составляет подробную анкету и напротив каждого кандидата ставит баллы. Тот, кто набирает больше, отправляется со мной на свидание. Не могу сказать, что для них это какой-то невероятный вечер с приятной беседой или прогулкой.

Но потом я возвращаюсь в реальную жизнь, в которой нет места отношениям и чувствам. Что уж говорить, у меня толком нет времени просто, чтобы жить. Я сутками нахожусь на работе, а небольшие перерывы посвящаю репетициям. И если быть честной, то я не та девушка, которая может подарить тепло. Я просто пуста.

И все же я продолжаю играть в эту лотерею в надежде, что когда-нибудь смогу жить нормальной жизнью.

Но нужно отдать должное оптимизму Полины. Она не опускает руки и не перестает утверждать, что когда я встречу того самого человека, то уберу свои иголки. Мне больше не захочется работать целыми сутками, брать лишние смены, лишь бы и на секунду не оказаться наедине со своими мыслями. Смешно. Пока что меня сражает ее настойчивость.

Подхожу к кофейне, в которой я обычно по утрам беру кофе для себя и Макса. Открываю дверь, и небольшой колокольчик, висящий над ней, оповещает о моем приходе.

— Мира, привет, — приветствует бариста.

— Привет, — вытаскиваю из ушей наушники и убираю их в чехол.

— Как обычно?

— Да.

За семь лет моих постоянных утренних пробежек все уже выучили, что я заказываю одно и то же каждое утро: двойной эспрессо для Макса и капучино на кокосовом молоке для себя. Бариста включает аппарат, и помещение наполняет насыщенный аромат молотого кофе. Я сажусь за столик около окна с видом на море. Несмотря на надвигающийся шторм и раннее время, туристы уже скапливаются около воды и выбирают лучшие места, ведь днем здесь будет не протолкнуться несмотря на дождь.

Чем мне нравится это заведение, так это атмосферой. На стенах в хаотичном порядке развешаны различные снимки. Большое панорамное окно, рядом с которым стоит несколько круглых столиков на несколько человек, всегда занимало мое внимание. Через него открывается прекрасный вид на море. Можно наблюдать каждую его ипостась. Как в спокойную погоду, когда единственное, что тревожит его поверхность — легкий ветер, на водной глади сидят чайки в ожидании, туристов с любимым лакомством. Либо, когда начинается шторм и местные экстремалы берут свои доски, чтобы заняться виндсерингом.

У меня так и осталось в мечтах открыть небольшое уютное кафе на набережной, где можно будет съесть вкусную еду и выпить чашечку мягкого и ароматного кофе. В хорошую погоду рядом с кафе стояли бы столики, чтобы вечером можно было наблюдать за огненным закатом, а в дождь укрыться и переждать непогоду за теплым глинтвейном.

Но пока мечта остается мечтой. Для ее исполнения нужны перемены, а это еще один главный страх в моей жизни.

Зачем нужны перемены, если можно вполне себе счастливо, по крайней мере по моим меркам, жить в установленном годами ритме.

— Мира, держи, — я оборачиваюсь, ко мне подходит бариста и протягивает два стаканчика кофе в картонной подставке.

— Спасибо.

— Кто сегодня? — спрашивает он с интересом.

Также все наши знакомые знают о привычке Макса менять девушек как перчатки.

Я пожимаю плечами.

— Без понятия, но одно могу сказать точно: она очень громкая, — отпив кофе, я смеюсь.

Расплачиваюсь, выхожу из кофейни и попадаю под небольшую морось.

Глава 2

До дома я добираюсь изрядно промокшей. В наушниках звучит голос Мэттью Беллами и его мольба о помощи с темной стороны души. Песня Muse — The Dark Side как никогда передает мое нынешнее состояние. Слишком много лет я борюсь со своей темной стороной, но помощи не прошу. По крайней мере, внешне, а истерзанная внутри меня душа так и кричит. Как символично, даже через песню она молит о передышке.

В квартире на удивление тихо. Надеюсь, Максу хватило полтора часа, чтобы выпроводить свою гостью, и мне не придется принимать участие в надоевших сценах.

Практически каждый раз одно и то же. Макс спит или прикидывается, чтобы избежать мучительных для него утренних прощаний, а его девушки решают, что неплохо было бы выпить кофе или принять душ. Потом натыкаются на меня и тут два исхода. Либо они начинают вопить и звать Макса, хотя я еще и слова не успеваю сказать. Либо они застывают в ступоре, с диким ужасом в глазах.

В тех редких случаях, когда мне удается объяснить, что мы просто друзья, его очередная пассия смотрит на меня как на умалишенную. Нас постоянно преследует глупый стереотип, что между парнем и девушкой не может быть дружбы. Но Макс гораздо больше, чем друг, он — моя семья. Он стал ей практически сразу. Еще в девять лет, кода мы только познакомились.

Этот день отчетливо мне запомнился. Я сидела на лавочке и играла на гитаре, а Макс как ненормальный летел на велосипеде и врезался в дерево. Из его ноги хлестала кровь. Мы бросили его транспорт и мою гитару и кое-как дошли до дома. Как оказалось, он с родителями только переехал в наш город, поэтому я была одной из немногих, с кем он успел познакомиться. Когда его нога была обработана, родители настояли, чтобы он остался дома. Они заботились о нем: мама принесла разные вкусности, а отец подбадривал шуточками, что со шрамом на ноге он сможет придумать эпичную историю и кадрить девчонок. Мне стало некомфортно и странное чувство зависти сжало горло. Я почувствовала себя лишней и захотела уйти. Я не понимала, как родители могут так заботиться о своем ребенке. Но Макс остановил меня и попросил, чтобы я не уходила. Так я и осталась в его жизни, а он в моей.