Кейт Стюарт – Драйв (страница 17)
Обжигающий взгляд ореховых глаз впился в меня, когда я опустила голову, а остаток ночи выпал из памяти.
Почему-то я знала: мужчина, который смотрел на меня из кресла, спас мою задницу, а заодно и задницу моей храпящей на полу лучшей подруги.
— Прости. За всё, что я натворила. Пожалуйста, не рассказывай Пейдж о том, что тебе пришлось тащить нас домой.
— Твои секреты со мной в безопасности, — сказал Рид, и мы одновременно встали.
Я одернула юбку и отвела взгляд.
— Ненавижу это чувство.
— Какое? — спросил он, и его глубокий голос прорезал тишину в темной комнате.
— Чувство, что я должна извиняться после такой ночи.
— Тогда не извиняйся, — сказал он, прежде чем сделать глоток своего пива и протянуть его мне. — С днем рождения.
— Что? И никакой лекции для «младшей сестренки»?
Рид замер у двери.
— Мне нечего тебе сказать, Стелла. Ничего такого, чего ты не знаешь сама.
Он впервые произнес мое имя, и, несмотря на ужасную головную боль, по телу пробежал огонь.
— Но я в безопасности? — слова сорвались с губ, как раз в тот момент, когда он открыл дверь. Свет фонаря на крыльце на мгновение ослепил нас обоих, а затем он выскользнул наружу, так и не ответив.
Глава 9
— La Migra, La Migra42, всем лечь! — заорала я, врываясь на кухню «Тарелки».
Двое поваров поспешно бросили всё, чем занимались, и рванули к черному выходу. Я разразилась диким смехом, пока моя сестра не ткнула меня пальцем прямо в лоб.
— Черт бы тебя побрал, Стелла! — Пейдж побежала за удирающими поварами, пока Рид стоял рядом со мной у стального прилавка, пересчитывая выручку и закрывая кассу.
Он приподнял идеально очерченную бровь.
— Боюсь спросить, что значит La Migra? — спросил он, пока повара через секунду уже вынырнули обратно и принялись осыпать меня проклятиями, называя дьяволом и другими отборными словечками на нашем языке.
— Она сказала им, что пришел пограничный патруль, и чтобы они сваливали, — сказала Пейдж, завернув за угол и направляясь обратно ко мне. Ее губы подрагивали, пока она пыталась скрыть смех. — Это так низко, Стелла. Зачем ты это сделала?
— Это была учебная тревога, — заявила я, пока повара метали в меня кинжалы взглядами из-за стойки, отчего Рид расхохотался.
Я подошла вплотную к линии раздачи и послала каждому из них воздушный поцелуй, прежде чем напомнила им о том разговоре, который подслушала ранее. Лишь у одного хватило совести опустить глаза.
— Что она сейчас говорит? — спросил Рид у меня за спиной.
— Что вышла бы замуж за каждого из них, если бы у них уже не было жены в Мексике и подружек здесь.
Я повернулась и скрестила руки на груди.
— Я слышала, как они хвастались своими бабами. Еще о том, какая у меня классная задница. И уж поверь, сестренка, тебе не стоит знать, что они говорили о тебе. А теперь вот — обмочились от страха. Можешь не благодарить.
Улыбаясь, Рид покачал головой, в то время как Пейдж тяжело вздохнула.
Пейдж выхватила из моей руки миску со свежими чипсами из тортильи.
— Если бы это услышал менеджер, они могли бы потерять работу.
— О, я уверена, менеджер прекрасно знает, что они здесь нелегально, и я уверена, что их обдирают, урезая часы именно из-за этого. Спустись на землю, Пейдж, — сказала я, собирая бутылки из-под соуса Chula43 и начиная их протирать.
— Не могу поверить, что согласилась, чтобы ты здесь работала, — пробормотала она, прежде чем проскользнуть через распашные двери с подносом в руке.
— Одна большая счастливая семья! — крикнула я ей вслед и подмигнула Риду.
Он снял свой фартук и сложил его в несколько раз, прежде чем присоединиться ко мне, чтобы заняться уборкой после смены. Я работала в этом ресторане уже неделю, и хотя чаевые были приличные, я ненавидела это место.
— Твой язык когда-нибудь втянет тебя в неприятности.
— Au contraire, mon frère44, я и мой скандально известный язык станем дико популярны. Честность откроет мне все двери, особенно как журналисту.
Я проигнорировала запах мыла Irish Spring, когда он наклонился ближе.
— Честность наживет тебе врагов.
Я пожала плечами.
— Я называю дерьмо дерьмом. Приукрашивание никому не помогает, да и это плохая журналистика. Если я делаю всё как надо и не боюсь высовываться, значит, должна быть готова к ответке.
— Значит, к этому ты относишься серьезно.
Мы стояли, почти касаясь плечами, и загружали диспенсеры для салфеток.
— Музыка — всегда. Мне двадцать лет. Образование, будущее — вот к чему я отношусь серьезно. А это место? — я оглядела кухню и сморщила нос. — Черта с два. И почему я должна? Если ты спросишь меня, то ты, Нил и Пейдж слишком уж застряли в этом идиотском пузыре взрослой жизни. Это не ваше будущее.
Я сделала паузу, чтобы посмотреть на него. Наши взгляды встретились.
— Ни для кого из нас.
— Приятно слышать. А теперь ты можешь предсказывать будущее? Скажи, что ждет меня? — его голос был наполнен пренебрежением.
— Нечто лучшее, чем то, что есть сейчас. — Я выждала мгновение. — Просто у тебя сейчас не лучший период.
Он резко выпрямился и сузил глаза.
— Ты ничего не знаешь. Когда мир бьет тебя регулярно и сильно, сестренка, ты в конце концов опустишься на колени.
— Что ж, я умею держать удар.
— Рад за тебя.
Я позволила себе скользнуть взглядом по его высокомерной позе. По его простой черной футболке с V-образным вырезом, темным джинсам и скрещенным ногам в черных ботинках. Я чувствовала, как от него исходит неприкрытое противостояние. Он был уставшим, озлобленным и сердитым на весь мир. Что ж, имел право.
Я мельком видела его жизнь в той квартире. Мистер Краун казался королем ничего. Я чувствовала его отчаяние, пока он стоял рядом со мной с горстью никчемных чаевых, хотя его лицо не выдавало абсолютно ничего. Его взгляд всегда был жестким, даже когда он улыбался.
— Всё наладится, Рид, поверь мне. Хорошо?
Он провел пальцами по спутанным волосам и слегка улыбнулся.
— Конечно, сестренка, как скажешь.
— Тебе просто нужно что-то, ради чего стоит ждать завтра.
— Ладно-ладно, хватит уже подбадривать меня, я об этом не просил и не нуждаюсь.