Кейт Рейн – Совершенно не мой тип (страница 2)
— Хотя вариант с тайным досье мне нравится больше.
— Мне — нет.
— Это я тоже уже понял.
Он улыбнулся. Улыбка была хорошая. Не ослепительная, не рекламная. Просто лицо становилось живее, и возле левого глаза появлялась короткая складка.
Марина отпустила его руку.
— И музыка после одиннадцати тоже мешает.
Складка возле глаза исчезла.
— Вот это уже удар ниже пояса.
— Правила дома.
— Я знаю правила дома.
— Тогда замечательно.
— У вас всё «замечательно» звучит как административное взыскание?
— Только после работы.
Лифт приехал с характерным стуком. Марина нажала кнопку.
— Доброй ночи, Николай.
— Коля.
— Мы знакомы четыре минуты.
— Значит, Николай.
Двери закрылись. Марина успела увидеть, как он всё-таки закатил велосипед к себе в квартиру. Это немного улучшило её мнение о нём.
Совсем немного.
• • •
Марине было тридцать семь, и она не считала это возрастом, который требовал отдельного отношения.
Её раздражали статьи, начинавшиеся словами «после тридцати пяти женщина должна». Должна пить больше воды. Должна проверить гормоны. Должна пересмотреть гардероб. Должна перестать ждать принца. Должна, наоборот, позволить себе быть слабой.
Марина никому ничего не была должна, кроме банка за квартиру, и даже этот вопрос планировала закрыть через три года и восемь месяцев.
У неё была работа в крупной страховой компании, где она руководила небольшим аналитическим отделом. Работа не была мечтой детства, но ей нравились цифры, ясные задачи и то, что если таблица сходилась, она сходилась независимо от настроения окружающих.
Были две близкие подруги, с которыми они виделись не часто, но без обязательного многодневного разогрева переписки. Была младшая сестра, жившая в другом городе. Были родители, которые уже перестали спрашивать, когда Марина выйдет замуж, потому что несколько лет назад она сказала матери:
— Если ты ещё раз спросишь, я начну каждый раз в ответ уточнять, когда вы с папой оформите завещание.
Мама обиделась на два дня, потом рассмеялась. Марина не была против отношений. Она просто не считала их необходимой строкой в комплектации взрослого человека.
Иногда они случались. Последние закончились год назад без драматических сцен: мужчина хотел переехать к ней через три месяца знакомства, Марина не хотела. Он решил, что это значит «не любит». Возможно, был прав. Они спокойно разошлись.
После этого у неё было несколько свиданий, одно короткое летнее приключение и ощущение, что всё в порядке.
Квартиру она купила сама.
Не огромную. Две комнаты, хороший свет, балкон во двор, старый дом в районе, где всё нужное было в десяти минутах пешком. Два месяца ремонта, четыре нервных звонка про плитку, один мастер, который исчез с авансом, и теперь всё наконец стояло именно там, где Марина хотела.
Кроме соседского велосипеда.
Но велосипед действительно исчез.
На неделю.
Николай тоже почти исчез. Она пару раз слышала, как закрывалась его дверь поздно вечером, один раз встретила его возле подъезда, когда он разговаривал по телефону. Они кивнули друг другу и разошлись.
На восьмой день Марина проснулась в десять минут первого от басов.
Не саксофон. Что-то электронное, ритмичное и упорное. Она открыла глаза. Посмотрела на часы. Подождала минуту. Музыка продолжала играть.
Марина села.
— Ну конечно.
Она накинула халат поверх футболки, вышла в коридор и нажала звонок соседней квартиры. Музыка стала тише почти сразу. Через несколько секунд дверь открыл Николай. Он был босиком, в домашних брюках и серой футболке, с полотенцем через плечо. Волосы мокрые.
— Марина?
— Двенадцать десять.
Он посмотрел на часы на запястье.
— Точно.
— И?
— И я виноват.
Она приготовилась к спору и на секунду даже растерялась.
— Всё?
— А чего вы ждали?
— Не знаю. «Музыка помогает мне жить».
— Помогает.
— «Стены тонкие».
— Очень.
— «Вы слишком чувствительная».
— Пока не заметил.
Он повернулся и выключил музыку совсем.
— Так лучше?
Марина прислушалась к тишине.
— Да.
— Извините. Я только приехал, голова гудит. Не посмотрел на время.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Она уже собралась развернуться, когда из квартиры донёсся запах.
— Это что?