Кейт Морф – Мой запретный форвард (страница 38)
— Ладно, — отбрасываю волосы назад, скольжу на середину льда. — Только не моргай.
— Даже дышать не буду, — отвечает он с трибуны, устроившись поудобнее.
Я делаю несколько быстрых кругов, разгоняюсь, чувствую, как мышцы вспоминают движения. Щелчок лезвия, толчок, воздух. Время словно замедляется.
Кручу: один, два… и вдруг, мимо. Ноги не успевают провернуться, конек цепляет лед.
Я теряю ориентацию и ощущаю резкий удар. Холод мгновенно прожигает спину. Шум стоит в ушах. Перед глазами все темнеет и появляется вспышка боли, будто по башке кто-то ударил кувалдой.
Тело по инерции скользит по льду и останавливается у бортика. Пытаюсь вдохнуть, но воздух не идет.
— Полина! — крик рвет тишину.
Я едва различаю шаги, скрип резины по льду. Анисимов прямо в кроссовках несется ко мне. Даже не думая, он скользит и падает на колени рядом.
— Полина! Поля, ты слышишь меня?! — в панике произносит он.
Я моргаю, вижу его побледневшее лицо над собой, а в глазах плещется дикая тревога. Он осторожно касается моей щеки, его пальцы ледяные и дрожат.
— Головой ударилась, да? Где еще болит? Блядь, ну скажи хоть что-то!
— Голова, — выдыхаю я тихо и морщусь. — А так все нормально.
— Ни хрена не нормально! — он почти срывается. — Ты чуть не свернула себе шею!
— Прекрати, — шепчу я. — Я просто не докрутила...
Он тяжело дышит, смотрит на меня так, будто в жизни не видел ничего страшнее. Сердце бешено колотится, его и мое в одном ритме, я уверена.
Его ладонь все еще на моей щеке.
— Больше ты этого не делаешь, ясно? — говорит он глухо и сглатывает.
Я не успеваю ответить, ловлю его взгляд. И вижу в нем не вызов, не наглость, а только страх за меня.
Ярослав аккуратно берет меня за плечи, пытается приподнять.
— Осторожнее, — выдыхаю я, когда в боку простреливает боль.
— Полина, ты точно ничего себе не сломала?
— Все нормально, — вру я сквозь стиснутые зубы.
— Да ты еле дышишь! — он рявкает, всматривается в мое лицо. — Голова кружится?
— Немного.
— Все, хватит геройствовать. Я вызываю скорую.
— Не смей! — я резко хватаю его за запястье.
— Полина!
— Я сказала не надо.
Он смотрит на меня грозно, а потом проводит ладонью по моему затылку, осторожно раздвигает волосы.
— О, — хмыкает он, — шишка будет знатная. Из космоса будет видно.
Я хихикаю, но сразу морщусь, больно смеяться.
— Не смеши меня, — бурчу я.
Ярослав не дожидаясь моих протестов, медленно подхватывает меня на руки.
— Я сама могу идти, — возмущаюсь сразу же.
— Да я вижу, — язвит он. — С твоей координацией тебе максимум до бортика доползти.
Он несет меня через каток, шаги гулко отдаются в пустом пространстве. Я утыкаюсь в его грудь, слышу, как громко бьется сердце.
Парень сильно волнуется.
— Куда ты меня тащишь? — спрашиваю я, когда он выходит из арены.
— В твою комнату.
— А если кто-то увидит?
— Пусть завидуют, — бросает он хрипло.
Я закатываю глаза, но молчу.
На улице холодно, воздух обжигает кожу. Анисимов держит меня крепко и старается лишний раз не трясти.
Когда мы добираемся до корпуса, он ногой открывает дверь.
— Ключ, — требует.
— В левом кармане сзади.
— Не шевелись.
Его пальцы скользят в задний карман моих джинсов, прощупывают мою ягодицу, и я чувствую, как по спине пробегает ток.
Даже сейчас, когда мне больно, я реагирую на него вот так.
Анисимов распахивает дверь, осторожно кладет меня на кровать.
— Все, Терехова, лежи и не вздумай вставать.
— Я нормально.
— Нормально — это когда ты не падаешь как мешок картошки.
Он садится рядом, тяжело дышит.
— Испугалась? — спрашивает тихо.
Я отвожу взгляд.
— Немного.
Ярослав смотрит на меня внимательно.
— Не делай так больше, ладно? Я чуть инфаркт не схватил.
Я усмехаюсь.
— Забавно слышать это от парня, который бьется на льду каждые выходные.
— Я привык к своим падениям. А к твоим — нет.
ГЛАВА 38
Ярослав выходит из комнаты, тихо прикрывая за собой дверь.