Кейт Лаумер – Миры империума (страница 12)

— Масса этого тела где-то около полутора тонн, — сказал он.

— Это соответствует весу легкого шаттла, но это не может быть ни один из наших…

В течение нескольких минут стояла напряженная тишина.

— Он следует за нами по пятам, полковник. Либо их приборы современнее наших, либо этому парню сопутствует удача.

Мы оба решили, что незнакомец не может быть ничем иным, как аппаратом из мира В-1-два.

Внезапно оператор напрягся, руки его замерли.

— Он приближается к нам, сэр. Похоже, они решились на таран. Тогда нас разнесет на куски.

Мои мысли перескакивали с пистолета на зуб. В то же время очень хотелось узнать, что же случится при столкновении. Я как-то не думал о том, что конец может наступить раньше.

Напряженность длилась еще несколько секунд, пока оператор не сказал с облегчением:

— Пронесло. Вероятно, его способ маневрирования в пространстве уступает скорости движения в Сети. Но он вернется. Он жаждал крови.

Тут мне пришла в голову одна мысль, и я спросил:

— Наш максимальный уровень контролируется энергией обычной энтропии, не так ли?

Оператор кивнул.

— Что, если замедлить ход? Может, он проскочит? Оператор отрицательно покачал головой:

— В Зоне Поражения это рискованно. Но, думаю, у нас нет выбора — придется на это пойти. И да поможет нам бог.

Я понимал, как тяжело оператору решиться на это. Во время напряженных шестилетних тренировок дня не проходило, чтобы этого молодого парня не предупреждали о недопустимости любых изменений управления в Зоне Блайта.

Звук генератора изменился, частота стала слышимой, падая все ниже.

— Он все еще близко, сэр!

Звук стал еще более низким. Я не знал, где критическая точка, в которой мы потеряем искусственную ориентацию и попадем в область обычной энтропии. Звук генераторов дошел почти до уровня низких частот. Оператор непрерывно щелкал переключателями, не отрывая взгляда от шкал приборов.

Шум привода гремел по шаттлу, дальше уже нельзя было снижаться. Но и противник не мог этого сделать.

— Он все еще с нами, полковник, только… — Вдруг оператор закричал: — Полковник, он исчез из виду!.. Видимо, его управление не столь совершенно, как наше. Ну, что ж, счастья ему там, где он материализовался.

Я откинулся в кресле, как только генераторы возобновили работу в обычном режиме. Ладони мои были влажными. Интересно, в каком из адов Поражения он возник? Но уже через несколько минут я забыл о нашем противнике. Возникла новая проблема, и было уже не до нервов.

— Хорошая работа, техник, — сказал я наконец. — Сколько еще нам осталось?

— Минут десять, сэр. Это маленькое дельце отняло у нас больше времени, чем я предполагал.

Я начал последнюю проверку. Во рту пересохло. Все как будто на своих местах. Нажал кнопку коммуникатора.

— Алло, Талисман, — сказал в микрофон. — Это Гончая. Как вы меня слышите? Прием.

— Гончая, это Талисман. У нас все в порядке. Прием. Тихий голос говорил мне в самое ухо из крохотного динамика, смонтированного в пуговице на моем погоне.

Я обрадовался незамедлительному ответу. Почувствовал себя не столь одиноким. Осмотрел механизм выходной двери. Следовало дождаться команды оператора "на выход" и лишь потом ударить по рукоятке. После этого оставалось всего две секунды на то, чтобы убрать руку и загнать в ладонь пистолет, прежде чем сиденье автоматически опрокинет меня в стоячее положение уже за входной дверью. Шаттл исчезнет, прежде чем мои ноги коснутся пола.

Последние десять дней я настолько был поглощен текущими делами, что совершенно не думал о своем прибытии в мир В-1-два. Моим тренингом руководили настоящие профессионалы, и тогда все казалось вполне осуществимым. Теперь же, будучи брошен в логово противника, я с особой остротой ощутил всю опасность возложенной на меня миссии. Однако размышлять было некогда, и я даже радовался этому. Империум стал частицей моей жизни, а я — его козырной картой. И теперь настал срок ходить с этой карты. Ценность моя для Империума могла быть реализована только так. И чем быстрее это произойдет, тем лучше! Я не был уверен, что в настоящее время диктатор находится во дворце. Возможно, придется спрятаться и дожидаться его возвращения в резиденцию. Один Бог знает, как долго придется ждать, возможно, понадобится и добытая у пленника информация, и удача. В противном случае при выходе из шаттла я могу оказаться в воздухе, на высоте сорока метров.

Послышался треск переключателя, и оператор повернулся ко мне.

— На выход, Гончая! — закричал он. — И удачной охоты! Протягиваю руку и ударяю по рычагу. Выгнув руку, сжимаю в ладони пистолет. С лязгом и скрежетом отскакивает дверь, и гигантская рука вышвыривает меня в неизвестность. На какой-то момент я теряю ориентацию, шагаю во тьму. Вот уже мои ноги касаются покрытого ковром пола.

В лицо ударяет струя воздуха, и эхо убывающего шаттла гулко разносится по коридору.

Я вспоминаю инструкцию: стоя неподвижно, осторожно осмотреться. Вокруг ни души. Зал совершенно пуст. С потолка льется слабый свет.

Я ПРИБЫЛ!!!

Я снова спрятал пистолет под защелку в рукаве. Стоять больше нет смысла, и я начинаю осторожно двигаться по коридору.

Все двери одинаковы, без всяких пометок. Толкаю одну. Заперта. И другая тоже. Третья открыта. Я осторожно заглядываю в комнату. Похоже, это зал заседаний. Иду дальше. Мне нужна только спальня. Если диктатор в ней, я знаю, что делать, а нет — подожду. Рано или поздно он вернется туда. Главное — не встретить кого-нибудь.

Хлопнул лифт, совсем близко, за углом. Я, пятясь, вернулся к ближайшей двери. К счастью, она не была заперта. Вошел внутрь, но дверь до конца не закрыл. Сердце бешено колотилось. Куда девалась моя храбрость. Я чувствовал себя трусливым воришкой.

Совсем рядом послышались легкие шаги.

Я закрыл дверь, стараясь не щелкнуть замком, и на всякий случай решил спрятаться. Огляделся, вышел на середину комнаты. В темноте у стены стояло что-то высокое. "Гардероб", — подумал я. Пересек комнату, открыл дверцу и спрятался среди одежды. Положение — глупее не придумаешь. Дверь в комнату отворилась и затворилась. Шагов слышно не было, но через щель в дверце я увидел человека, стоявшего у выключателя спиной ко мне. Через мгновение я услышал тихий звук пододвигаемого стула и легкий звон ключей. Что-то звякнуло, тихонько, раз, другой. Вошедший, видимо, пытался открыть ящик стола.

Я стоял, затаив дыхание. Нестерпимо зудела щека, но я старался не думать об этом.

Я заметил висевший слева от меня сюртук, точнее его плечо. Осмотрел, он был таким же, как и мой, с богато украшенными лацканами. Слава Богу! Наконец-то я нашел нужную комнату. Но здесь была моя жертва! Ни разу в жизни мне не приходилось убивать человека в подобных обстоятельствах.

Снова послышались тихие звуки, и я различал частое тяжелое дыхание. Интересно, как он выглядит, мой двойник? Действительно ли похож на меня? Или просто так, небольшое сходство? Достаточно ли я похож на него, чтобы занять его место?

Интересно, почему он никак не может найти нужный ключ?

А может быть, это не его стол? Я чуть-чуть шевельнулся и сквозь одежду увидел его. Он был мал ростом, с редкими волосами и нисколько не походил на меня. Это обстоятельство заставило меня задуматься и как можно быстрее принять решение.

Диктатора, видимо, не было во дворце, иначе этот человек не осмелился бы так долго возиться в его кабинете. Вряд ли приближенный диктатора станет проявлять излишнее любопытство. Этот человек может быть мне полезен.

Не прошло и пяти минут, как нужный ключ был найден. Все тело ныло от неудобной позы. С трудом сдерживался, чтобы не чихнуть. В нос лез ворс от одежды. Я слышал шелест бумаг и невнятное бормотание. Видимо, человек рассматривал содержимое ящика. Щелкнул замок. Человек поставил на место стул и теперь приближался ко мне. Я застыл, рука напряглась, готовая взять пистолет и выстрелить в тот момент, когда незнакомец откроет шкаф. Я еще не был готов к новой роли двойника.

Я с облегчением вздохнул, когда человек прошел мимо и исчез. Снова раздались звуки открываемых ящиков, не то бюро, не то секретера.

Внезапно дверь отворилась, и послышались еще чьи-то шаги. Тот, кто вошел первым, замер, но тотчас же послышался голос:

— А, это ты, Морис, не так ли? — Видимо, это был голос первого. Он оценил обстановку.

Наступила пауза.

— Мне показалось, что в кабинете шефа горит свет, и это мне показалось странным, — ответил тот, кого звали Морис.

Первый прошел к середине и сказал:

— Я решил заглянуть сюда, проверить, все ли в порядке. Морис хихикнул.

— Не пытайся что-нибудь стащить. Ведь ты пришел сюда за тем же, за чем и я.

— О чем это ты? — прошептал первый.

— Сядь, Флик. Нет, нет, не волнуйся. Неужели ты не знаешь, что все тебя так называют? — Морис, судя по интонации, был очень доволен.

Битых полчаса Морис то подтрунивал над собеседником, то льстил ему, стараясь озадачить. Итак, первого звали Джорджес Пине; он возглавлял силы безопасности диктатора. Второй был военно-гражданский советник бюро пропаганды и образования. Пине был не слишком умен, как это ему казалось, замышляя свержение Байарда. Морис об этом все знал и только ждал случая, чтобы воспользоваться своей осведомленностью.

Это не понравилось Пине, но он смирился после того, как Морис упомянул о вещах, знать которые не полагалось никому, — например, о спрятанном аэроплане и тайнике с золотом, устроенном под землей в нескольких километрах от города.