Кейт Лаумер – Межавторский цикл «Боло». Книги1-13 (страница 81)

Теперь я мог видеть слабое свечение в небе к западу от большого города, там были крошечные оранжевые огоньки, вероятно, от масляных ламп, разбросанные средней густотой по долине и в районе Джаспертона. Жизнь продолжалась, если не на уровне, предшествующем Обрушению, то, по крайней мере, в целом.

Я впервые начал задумываться о том, на что это было похоже на самом деле, что делают выжившие — или их потомки. Например, семья Ренады. Правда я не решился выяснять это, я просто вернулся на дорогу и направился к ближайшим фонарям, которые больше походили на электрические, чем на масляные. Через некоторое время я услышал шум двигателя генератора.

Я двигался по бездорожью, продираясь сквозь сорняки, которые вовсю осваивали территорию. Я подошел к ржавой изгороди из колючей проволоки. Нити оборвались, когда я приподнял их, чтобы поднырнуть под них.

Я застыл на месте, услышав звук. Он раздался снова: протяжный стон, доносившийся из тени под большим дубом. Я направился в сторону звука, который повторялся снова и снова, с интервалом, достаточным лишь для затрудненного дыхания, которое я тоже теперь мог слышать.

Я остановился и внимательно посмотрел в направлении звука. Из-за нагромождения досок исходило тусклое свечение. Мне было мало что видно, луны не было. Я решил рискнуть и воспользоваться фонариком, не забыв предварительно похлопать по своему пистолету 38-го калибра, который я нашел в кармане Дангера, просто чтобы успокоить ту часть себя, которая говорила: “убирайся отсюда к черту и занимайся своими проблемами”.

Белый луч осветил что-то вроде укрытия, сделанного из сгнивших досок и сухих веток у развалин бетонной стены, и накрытого куском синего пластикового листа. Внизу на утоптанной земле лежал мужчина, одетый в одежду, по-видимому, сшитую из старого брезентового тента. Ноги у него были босые, и я заметил, что одна нога у него была подвернута так, как не смог бы ни один человек, у которого не было переломов. Я на мгновение осветил его лицо фонарем, все, что я увидел, это усы и пару маленьких глаз, которые моргали на свету. Он закрыл лицо рукой и попытался что-то сказать, но поперхнулся, закашлялся, сплюнул и сказал:

— Потуши это, Джаспер! — он пошарил в мусоре, и свет в хижине погас.

— Тебе нужна помощь? — спросил я его. Его рука шевельнулась, слабо потянувшись ко мне.

— Повредил немного свою ногу, — сказал он.

Я направил луч в землю, чтобы пробраться к нему через завал из упавших веток. Это был крепко сбитый мужчина средних лет. Я чувствовал его запах за десять футов. Я обошел его, чтобы зайти сбоку, и, когда я переступил через него, он взмахнул рукой, схватил меня за лодыжку, словно силовым захватом, и выдернул ее из-под меня. Я упал практически на него, и его хватка мгновенно переместилась на мою шею. Я отбросил его руку, потянулся за фонариком и увидел ноги второго мужчины, стоявшего прямо передо мной. Грубый голос произнес:

— Посмотри вверх, придурок.

Я высвободился из его хватки и перекатился на спину, отсюда я мог видеть стоящего человека, одетого в облезлые, наполовину вытертые шкуры, он был выше и толще другого парня, но такой же усатый. У него было круглое лицо с грубыми чертами, на котором застыла улыбка, в которой не хватало многих зубов. Он ухмыльнулся, наклонился, схватил фонарь, секунду-другую поводил им по сторонам, а затем направил его прямо мне в лицо.

— Тут у нас Незнакомец, Пошляк, — сказал он. — Ну, — продолжил он, переводя взгляд на меня, — что тебе здесь нужно, а, Незнакомец? Здесь не так-то просто найти такого, как ты.

— Я услышал, как он стонет, — сказал я ему и достал из-под куртки пистолет 38-го калибра. — Я подумал, что ему нужна помощь.

— О, да ты один из этих Добрых Марсиан, а? — усмехнулся он. — И куда ты направлялся по той полосе?

Тишина была абсолютной, щемящая пустота бесшумности, даже стонов не было слышно. Я взглянул на Усатого Номер Один. Он сидел, шаря в мусоре. Он заметил, что я наблюдаю за ним, и потянулся, чтобы выдернуть из-под себя подвернутую ногу и задрать штанину с рваными краями, позволив мне увидеть блестящий металлический стержень вместо голени. Он небрежно вывернул стержень на шарнире и поднялся на ноги.

— Титан, — прокомментировал он. — Лучше, чем родная.

— Зачем? — поинтересовался я вслух. — Почему я?

— Сначала давай посмотрим, что у тебя есть, — сказал он и шагнул ко мне. Я показал ему револьвер, направленный ему в живот, и велел оставаться на месте. Я махнул рукой Номеру Два, но он ухмыльнулся и сделал широкий шаг в мою сторону. — Да ладно, Пошляк, — сказал он. — У него нет ни одной пули для этой штуки.

Я нажал и всадил одну в обветшалую доску рядом с ним. Они оба уставились на меня с открытыми ртами. У Номера Второго был один черный зуб, почти в центре наверху.

— Чья была идея заманить меня сюда? — спросил я их. — Движение здесь не могло быть очень интенсивным, вы ждали меня.

— Приказы, — пробормотал Пошляк. — Но они ничего не говорили ни о каких волшебных штуках, вроде этой палки для дневного света и штуки бум-бум.

— О пистолете, Пошляк, — презрительно поправил его другой парень. — Не дай Незнакомцу подумать, что мы невежественные деревенщины.

— Я задал вопрос, — напомнил я болтливому собеседнику. — Чего вы от меня хотели?

— О, дело не в тебе, — заверил он меня. — Дело в том, что у тебя при себе — например, пистолет и фонарик. Не все мы здесь тупицы. — Он протянул грязную и сильно мозолистую руку. — У тебя нет ни единого шанса, Незнакомец, — спокойно сказал он. — Лучше отдай это мне, и, может быть, я не стану тебя обижать, потому что ты не знал как лучше.

Я ответил еще одним выстрелом, на этот раз достаточно близко, чтобы щепки попали ему в голень. Он взвизгнул и схватился за ногу, чтобы прикрыть свой выпад в мою сторону. Я тщательно прицелился и выстрелил в складки засаленных мехов. Он вскрикнул и упал навзничь. Лежа там и уставившись на меня своими маленькими поросячьими глазками, , среди которых была парочка, которую я никогда раньше не слышал.

Я зевнул, прицелился ему в нос и сказал:

— Заткнись, дурачок, или я подпущу свежего воздуха в твой IQ.

За моей спиной расхохотался Пошляк.

— У старины Уолта его нет, — сказал он между приступами хохота. — Так и надо матери.

Я подвинулся так, чтобы можно было видеть их обоих.

— Заткни дыру, — сказал я Пошляку. — Он не ранен, может быть, просто сломал пару ребер.

— Я сильно ранен, — простонал Уолт и ударил Пошляка, когда тот наклонился, чтобы осмотреть рану. Пошляк пнул его в здоровые ребра и сказал:

— Ты что-то перепутал, Уолт-бой. Это ты лежишь на спине, а я стою. Если у тебя есть хоть капля здравого смысла, то ты будешь вести себя хорошо.

— Помоги мне, Пошляк! — забормотал Уолт и распахнул заплесневелое пальто из собачьей шкуры, под которым оказалось на удивление много крови и большой участок грязной шкуры с рваной раной и белыми осколками кости. Пошляк вздрогнул и сказал:

— Ну, Уолти, это же всего лишь царапина. — он потрогал багрово-черный синяк вокруг раны и ухмыльнулся, когда Уолт крикнул:

— Полегче, Пошляк!

— Можешь на это рассчитывать! — весело сказал Пошляк, он плюнул на пучок травы и начал вытирать им кровь. Я наблюдал, как рука Уолта ощупывала небольшую кучку мусора, в то время как он брыкался и горбился, чтобы скрыть движение.

— Ну, Уолт, это же совсем не больно, — сказал ему Пошляк. Он все еще ухмылялся, когда кусок ржавого железа с хлюпающим звуком врезался ему в череп. Уолт оттолкнул труп в сторону, неуклюже поднялся на колени и посмотрел на меня снизу вверх.

— Теперь только ты и я, партнер, — сказал он мне. — Без меня ты никуда не доберешься, куда бы ты ни пошел. У тебя есть вещи, а у меня есть знания. — он протянул грязную руку с толстыми пальцами. — Просто помоги мне подняться, — тараторил он. — Я покажу тебе, где спрятано кое-что, что поможет нам сговориться с тем Человеком, старина.

Я сумел удержаться от соблазна подружиться с Уолтом, и его удар ржавым прутом промахнулся на добрый дюйм, когда я отступил назад, вместо того чтобы приблизиться. Уолт усмехнулся и вытер рот тыльной стороной ладони.

— Я хотел убедиться, что ты не настолько глуп, что на тебя можно было положиться, — сказал он мне конфиденциальным тоном, как между приятелями.

— На кого ты работаешь, дурачок? — спросил я его.

— Ты неправильно меня понял, приятель, — заныл он. — Старина Думдум на посту вон там, — он наклонил лохматую голову, указывая направление на ближайшую группу желтых огней — тех самых, к которым я направлялся.

— Не-а, — покачал он головой, отвергая мои ошибочные идеи. — Мы со стариной Пошляком, по понедельникам, живем здесь сами по себе. Понимаешь, какой-то бедолага-простофиля предложил нам поработать с ним. Сказал, что нашел кой чего, когда ходил за покупками по торговому центру.

— Расскажи мне об этом, — приказал я. Он прошел вперед, пока мое внимание было отвлечено его проницательной беседой. Я велел ему бросить железный прут, и он осторожно положил его на землю, на расстоянии вытянутой руки.

— Сказал, что это магические штуки, — усмехнулся Уолт. — Скорее всего, электронные компоненты. Такой человек, как ты, должен знать, что с этим делать.

— Вы не верите в магию? — спросил я, поднимая пистолет.