Кейт Куинн – Код Розы (страница 100)

– Я поговорю с моим начальником из ЦПС, – продолжала Пегги. – Центр правительственной связи, – пояснила она, заметив недоумение Бетт. – Я там теперь работаю. Со времен ГШКШ название переменилось, но суть все та же: взламываем коды, но уже не на войне.

– А ты не могла бы добыть нам «Энигму» через свой отдел? – вмешалась Маб. – Не верю, что уничтожены все до последней.

Пегги развернулась и пошла к телефону.

– Давайте-ка я позвоню одному парню…

Это по-настоящему удивительно, подумала Маб. Мужчины и женщины из БП приезжали и уезжали из Коурнс-Вуд. Одни принадлежали к Безумным Шляпникам, и когда-то она знала их как облупленных, другие остались шапочными знакомыми, с которыми ей случалось переброситься парой слов в столовой в ночную смену. И все до единого были людьми проверенными. Пегги добыла какие-то таинственные разрешения, проработала двое суток без остановки и уехала с загадочным видом.

Профессор то приходил, то уходил – с неизменно отсутствующим выражением лица, – когда ему удавалось выбраться из Кембриджа. Какой-то очкастый преподаватель Вустер-колледжа явился прямо из Оксфорда и взял в руки карандаш еще прежде, чем Озла договорила: «Эйса, какая прелесть, что ты здесь! Все знают Эйсу из Шестого корпуса?» Приехал и Морис, кузен Гарри, бледный и худой как скелет мужчина, облаченный в самый дорогой костюм, который Маб доводилось видеть. И еще некто по фамилии Коэн – судя по акценту, уроженец Глазго…

Никто не произносил имени Джайлза. Никто не обсуждал его предательство. Никому не приходилось при прощании напоминать, что все следует держать в строжайшей тайне.

– Как мне этого не хватало, – вздохнула Филлида, когда и ей пришлось уйти.

«Да, – подумала Маб. – Мне тоже».

Хотя случались и напряженные моменты.

– Бетт, – сказала Маб, заметив, что ее бывшая соседка по квартире сломала два карандаша за последние полчаса, – возьми паузу на пять минут. Я подровняю тебе волосы.

– Почему? – удивленно моргнула Бетт.

– Потому что тебе требуется капелька заботы, тогда ты снова сможешь сосредоточиться.

В эти дни Маб убедилась, что для работы на высшем уровне своих возможностей криптоаналитики нуждаются в кое-каком уходе. Вспоминая миссис Нокс и ее ироничное потакание странностям Дилли – и то, как она продолжала обеспечивать кружками с кофе неожиданный поток визитеров, – Маб погнала Бетт в ванную, взяла ножницы и принялась приводить в божеский вид обкромсанные белокурые пряди, а Бетт, медленно моргая, постепенно осознавала окружавший ее мир.

– Зачем тебе это? – спросила Бетт, когда Маб разделила ее волосы на косой пробор. – Ты ведь меня ненавидишь, хотя и помогла бежать из клиники.

– Я уже не так ужасно тебя ненавижу, Бетт. – Собственные слова удивили Маб. Она ненадолго задумалась, старательно зачесывая прядь набок, как у Вероники Лейк. После всего, что Бетт пришлось претерпеть в клинике, только каменное сердце способно было осудить ее на вечную ненависть. – Когда я на тебя гляжу, у меня шерсть дыбом встает. И не думаю, что когда-нибудь смогу тебя понять. Но ни одна женщина не должна ходить по свету с таким видом, будто ее ненароком затянуло в молотилку.

И Бетт вернулась к работе, удовлетворенно покачивая ровно подстриженными волосами, а уже через час вычислила положение одного ротора в шифровке, которую взламывала.

– Нам повезло! – Пегги влетела в библиотеку с деревянным ящиком в руках. У Маб даже шея зачесалась. Она еще никогда не видела «Энигму», лишь гораздо более громоздкий «Тайпекс». У обеих машин была та же клавиатура, те же роторы сбоку, но эта казалась более изящной, более компактной… и более опасной.

– Как? – удивленно выдохнул Морис, кузен Гарри.

– Скажем так: не все машинки были уничтожены после войны, – сказала Пегги с типичной для ЦПС скрытностью. – Есть один подземный бункер… неважно где. Мой начальник задействовал кое-какие связи, чтобы позволить мне одолжить машинку. Он тоже работал в БП, это очень помогло.

– А можно надеяться, что в том бункере найдется хоть одна «бомба»? – спросил Гарри, пока Пегги запирала «Энигму» в сейф Дилли. – Это бы очень ускорило процесс – на несколько дней, собственно.

– Думаешь, я могу добыть вам «бомбу» так же просто, как «Энигму»? Это же махина размером с пару гардеробов.

– Да! – хором воскликнули Бетт, Озла и Маб.

– Держу пари, ты уже и справки навела, – добавила Озла. – Готова съесть свои трусы, если это не так!

Пегги снова загадочно улыбнулась.

«Бомба»! Маб терпеть не могла этих тварей, но здесь, в Коурнс-Вуд, от нее мало пользы, разве что кофе разносить. А вот попади им в руки «бомба»…

– Не исключено, что я задала кое-какие вопросы моему начальнику, – признала Пегги. – Не исключено, что несколько «бомб» действительно уцелели и находятся на хранении, и не исключено, что одну из них одолжили для электронно-вычислительных исследований в Лондоне. – Заметив нетерпение слушателей, Пегги отбросила околичности. – Сейчас она в ремонтной лаборатории, и вытащить ее оттуда нет возможности, но у нас может получиться самим до нее добраться. На последние несколько дней перед королевской свадьбой лаборатория закрылась. Я могу организовать доступ, но работать без свидетелей удастся только до дня свадьбы.

Бетт съежилась при одной мысли о том, чтобы покинуть библиотеку Дилли, но все же кивнула:

– Это бы нам помогло.

– И еще одно, – добавила Пегги. – Поскольку она в ремонтной лаборатории, неизвестно, в каком виде мы ее обнаружим.

– В войну починкой «бомб» занимались авиаинженеры, – послышался глазговианский акцент. Это говорил некто по фамилии Коэн. – Мне случалось с ними болтать в столовой БП. Дайте-ка подумать… – И он направился к телефону.

– Нам нужен не только техник, – заметил Гарри, – но и человек, который умеет работать с чертовой штуковиной.

Маб почувствовала, как по ее лицу расплывается настолько широкая улыбка, что, казалось, она доберется до самых ушей.

– Я умею, – объявила она.

Из коридора доносился приглушенный голос Коэна – похоже, он с кем-то пререкался, и через несколько минут он вернулся.

– Альфред теперь в Инвернессе, а Дэвид уехал в Пензанс, но другой парень присоединится к вам завтра вечером.

– Тогда пусть приезжает прямо в Лондон, – сказала Пегги.

К утру они погрузились в разномастные автомобили, помахав миссис Нокс на прощанье. Бетт и «Энигма» были закамуфлированы пледом на заднем сиденье «бентли» Маб. И вот импровизированный миниатюрный Блетчли-Парк снялся с места и пустился в дорогу.

Тук-тук.

Теперь новоприбывшим приходилось стучаться в дверь черного хода в самом хвосте ряда уродливых складов на окраине Лондона. Ремонтная лаборатория оказалась гулкой, пустой и надежно запертой, но после того, как некто подошел к двери и обменялся парой фраз с Пегги, они снова разбили свой табор – на сей раз на обширной ремонтной площадке, где валялись инструменты и немытые чайные кружки.

– Позволь угадать, – обратилась Маб к Пегги, когда Бетт и остальные начали сдвигать столы и раскладывать шифровки «Розы». – Нам ни к чему знать, какие связи ты задействовала, чтобы это произошло?

– Мы никогда не оставляем машины без присмотра, – невозмутимо ответила Пегги, распаковывая «Энигму». – И сюда не приходит никто непроверенный.

В дверь снова постучали, и Пегги впустила Озлу, которая едва тащила запас сэндвичей, печенья и сигарет.

– Я принесла вам подкрепиться, ребята! – Она выгрузила припасы, вложила бутерброд в руку Бетт, зная, что иначе та не притронется к еде, и прошла туда, где Маб трудилась над их общим сокровищем – одолженной из загадочного бункера «бомбой», которая возвышалась в углу наподобие языческого алтаря. – Ну как, получается что-нибудь?

– Барабаны в ужасном состоянии. – Маб потрясла зудящими исколотыми пальцами. Она уже несколько часов распутывала проволоку, используя щипчики для бровей. – Куда запропастился этот чертов техник?

– Насколько я понимаю, он задерживается. Давай-ка я попробую добыть еще пару рук, чтобы помочь тебе с проводами, пока он едет…

Тук-тук.

– Вал Глассбороу! – с благодарностью воскликнула Маб, когда пару часов спустя Пегги ввела еще одну старую знакомую.

– Я теперь Вал Миддлтон. Вам повезло, что я оказалась в городе по случаю королевской свадьбы. – Она отбросила назад гриву блестящих каштановых волос и проскользнула мимо Бетт и спецов, сгорбившихся над шифровками. – Пегги объяснила мне суть проблемы; чем мне заняться?

– Хватай барабан, дорогуша, – подала голос Озла, и сама сидевшая с барабаном на коленях. Защитный пузырь, окружавший Блетчли-Парк, теперь замкнулся вокруг пронизанной сквозняками мастерской, а часы над их головами тикали так же требовательно, как те, под которыми они некогда вкалывали в Парке.

Тук-тук.

Уже давно стемнело, когда Пегги ввела последнего члена команды.

– Простите, что опоздал, – донесся из коридора мужской голос. – Пришлось искать, кто из ребят возьмет к себе детей.

Австралийский акцент не сразу достиг сознания Маб, сосредоточившейся над лежавшим перед ней барабаном. Нахмурившись, она начала выпрямляться, и тут мужской голос произнес: «Маб?»

В дверях с вещмешком в руках стоял ее муж.

– Шестой корпус, – сказала Маб. – Затем Одиннадцатый и Одиннадцатый А, а потом особняк.

– А я работал в Исткоте, Уэйведоне, на внешних постах, – пояснил Майк. – После того как меня сбили, в БП прослышали, что я инженер, шлепнули на стол передо мной Закон о государственной тайне и послали чинить «бомбы». – Он покачал головой: – Так ты была оператором? Я думал, на них работали исключительно девушки из Морского корпуса.