Кейт Кинг – Повелители охоты (страница 42)

Он покачал головой.

– Нет, я все равно продам его. У меня никого не осталось. Теперь я говорю только с тенями.

Глава 44. Лонни

Войдя в таверну, я все еще обдумывала странные слова старого торговца.

Здесь было темно, пахло дровами и табаком. Длинная стойка занимала большую часть помещения, а оставшуюся – разномастные стулья, в основном пустые. В дальнем углу была шаткая лестница, которая, вероятно, вела к комнатам для ночлега.

Едва перевалило за полдень, поэтому заведение почти пустовало, но женщина за барной стойкой уже выглядела усталой, носясь туда-сюда с напитками для дюжины или около того посетителей.

– Простите, – тихо сказала я, подходя к раскрасневшейся женщине, – не могли бы вы…

– А? – крикнула она, глянув на меня, пока наливала кружку эля. Затем она практически швырнула ее мужчине, который сидел в компании справа от меня. Я поморщилась. К чему так шуметь с утра пораньше?

– Простите… – начала я снова.

– Говори громче, девочка, я тебя не слышу.

– Я ищу кого-нибудь, кто мог бы… – в два раза громче сказала я.

Она рассмеялась, и ее острые глаза скользнули по мне, будто оценивая.

– Как и все остальные здесь.

Что?

Она отвернулась, наливая новый напиток. Раздражение пробежало мурашками по коже, и я наклонилась вперед, постукивая костяшками пальцев по стойке.

– Простите. Не могли бы вы…

Она снова повернулась и одарила меня испепеляющим взглядом.

– Я не отвечаю на вопросы дворца, – отрезала она. – Если они кого-то ищут, то здесь помощи не найдут. А теперь заказывай что-то или проваливай.

Я в удивлении отступила.

– Я не из… Я имею в виду, я не…

Она подняла брови и снова оглядела меня сверху вниз.

– Я видела тебя раньше. Такие девушки, как ты, никогда сюда не приходят, только если их не послали оттуда. – Она неопределенно махнула на дверь, и я предположила, что она показывает на запад. На замок. – Так кто ты? Одна из королевских шлюх?

Я подумала о танцовщицах в клетках, о почти обнаженных женщинах на столах с фруктами и о девушке на коленях у Сайона на опушке Чужелесья. Горячий гнев разгорелся внутри, и я покачала головой.

– Нет, я не… – Я вздохнула. – Не важно.

Я бросила мешок с драгоценностями у ног и подтащила табурет. Женщина выжидающе подняла брови, очевидно, вынуждая меня что-то заказать.

Я указала на напиток, который она наливала, даже не удосужившись спросить, что это.

– Я буду это.

Она коротко кивнула.

Кто бы мог подумать, что раздавать золото так сложно? Вскоре я буду ходить и предлагать его, как апельсины на Йоль[9].

Опустив голову, я нервно поправила волосы, проверив, закрывают ли они ухо, и украдкой покосилась на стойку. Женщина налила стакан и подтолкнула его ко мне. Я успела схватить его прежде, чем он упал. Затем осторожно его понюхала и, убедившись, что запах не такой противный, сделала маленький глоток – просто из вежливости.

– Спасибо.

Очевидно, женщина не собиралась мне помогать, и я сомневалась, изменится ли что-нибудь, если она узнает, кто я такая. Быть может, станет только хуже.

Я огляделась, размышляя, не стоит ли поискать другую таверну или, возможно, просто походить по домам, как посоветовал торговец. Большинство посетителей этого места были людьми, которых я бы не хотела повстречать на темной дороге ночью. Они казались грубее и агрессивнее, чем любой фейри. Людей было больше всего, но все же я заметила нескольких фейри, затесавшихся в толпе, – их неземная красота сильно выделяла их даже при таком скудном освещении.

Я вздохнула, собираясь сдаться, а потом вспомнила слова этой женщины. Желудок свело от тревоги и волнения.

– Эй! – окликнула я.

Она повернулась ко мне, теперь уже не скрывая злость.

– Что?

Я выудила из мешка первый попавшийся предмет. Это оказалось серебряное зеркало. Я протянула его ей.

– Могу я просто поговорить с вами?

Женщина перевела взгляд с меня на зеркало и обратно. Выражение ее лица стало настороженным.

– Не из дворца? Как же. – Она покачала головой. – Я не хочу в это влезать. Выметайся.

Раздражение усилилось. Я понимала, почему она так себя ведет. Дворец и Высшие фейри настолько опасны, что даже золото не может перевесить риски. Но мне нужно с ней поговорить. Я вытащила из мешка рамку от картины и бросила на стойку.

– Ты сказала, что видела меня раньше. Когда?

Я никогда прежде не заходила в эту таверну. Вполне возможно, что женщина просто солгала.

Женщина с благоговением заморгала, глядя на инкрустированную драгоценными камнями раму. Она нахмурилась, явно колеблясь, и вытянула шею, пытаясь разглядеть мешок под стойкой.

– Много у тебя еще там?

– Достаточно. – Я улыбнулась. – И я как раз пытаюсь все это раздать. И если ты скажешь, когда последний раз меня видела и с кем… возможно, мы сможем помочь друг другу.

Я почувствовала, что кто-то наблюдает за мной, когда покинула таверну сорок минут спустя.

Женщина видела Рози в прошлом году дважды, а может, трижды. Всегда ночью. Всегда с одной и той же группой путников. Я хотела задержаться подольше, может быть, до вечера, и посмотреть, не появятся ли эти путники, но покалывание от взгляда стало попросту невыносимым.

Я поблагодарила женщину и вышла через заднюю дверь таверны, оказавшись в темном переулке. Солнце клонилось к горизонту, отбрасывая длинные тени на мостовую, а воздух стал холоднее.

Вместо главной дороги я быстро обогнула здание сзади. Я не знала, были ли шаги, которые я слышала позади, реальными или они чудились, поэтому вела себя так, будто они настоящие.

За таверной находились небольшие конюшни, которые по большей части не использовались. Лошади-фейри не любят людей. Они крупнее и агрессивнее лошадей человеческого мира, или, по крайней мере, так мне казалось. Многие путешествия откладывались или заканчивались преждевременно из-за того, что лошади-фейри попросту не везли людей, считая их недостойными. Поэтому в столице редко можно встретить заполненные конюшни, ведь здесь преобладает человеческое население и фейри смешанной крови.

Толкнув дверь конюшни, я тут же почувствовала запах сена и навоза. В длинном пустом помещении царил полумрак, и единственный свет исходил от блекло мерцающего фонаря на стене. Тревога заставила меня остановиться.

Здесь мог спрятаться кто угодно, притаившись в одном из стойл или скрываясь в тени. Однако снаружи меня ждала еще худшая угроза. Неизвестная опасность почему-то казалась предпочтительнее знакомого демона, который перережет мне горло без раздумий.

Я сделала несколько быстрых шагов вперед, нырнула в ближайшее пустое стойло и пригнулась в ожидании. Кинжал на поясе прижался к бедру, и я поднесла пальцы к рукоятке, готовая вытащить его, если дверь откроется.

Секунды шли, но ничего не происходило. Не было слышно ни звука, кроме моего прерывистого дыхания. Только далекая музыка и приглушенные голоса из таверны. Время шло, я слышала, как задняя дверь открывается и закрывается, и музыка каждый раз на миг становилась громче. Женщина рассмеялась, что-то ударилось о землю, послышался звон разбитого стекла. Совершенно обычные звуки шумного вечера на окраине города. Дыхание успокоилось, а сердцебиение вернулось в норму.

Наконец я выпрямилась, вздрогнув от собственной тени на стене позади. «Ты ведешь себя глупо, Лон».

Возможно, я достаточно глупа, чтобы бояться собственной тени, но все же не настолько, чтобы выходить из конюшни тем же путем, которым вошла.

Поэтому я двинулась вглубь помещения, пока не достигла задней двери и не открыла ее. Ржавые петли заскрипели, тяжелая деревянная дверь заскрежетала по каменному полу, и я поморщилась.

Я вышла обратно в вечер, и сердце радостно подпрыгнуло, когда за дверью никого не оказалось. Победоносная улыбка появилась на губах. Я повернулась и помчалась вперед так быстро, как только могла. Затем обогнула здание конюшни, возвращаясь обратно на дорогу, – грудь раздувалась от триумфа.

Шум позади заставил меня остановиться и оглянуться.

Затем что-то так сильно ударило меня по затылку, что я закричала и упала на землю.

– Даже не знаю, рад я или разочарован тем, что оказался прав насчет тебя, мятежница, – грубо бросил Сайон, нависнув надо мной.

Странное чувство облегчения охватило меня. Хотя это неудивительно. Сайон все равно не может убить меня сегодня. Облегчение сменилось ненавистью. Каждый раз, когда я встречаю кого-то из этой семейки, они в считаные мгновения сбивают меня с ног. Хотелось бы мне хоть раз увидеть их на коленях.

– О чем ты? – огрызнулась я. – В чем на этот раз ты меня обвиняешь?