Кейт Андерсенн – Туда, где растет амарант (страница 8)
Старейшина рода сказал о том же – Венто бежал. Украл парашют одного из вернувшихся ловцов. И оставил Вертикаль.
В толпе поднялось волнение. А что, если Венто решит привести сюда людей из Горизонтали, и о них узнают?
Старейшина поднял руку. Нет, Венто не найти их в небе. Небо слишком велико. Они переместятся. Возможно. Однако, Венто сам себя покарает. Там, внизу, он не сможет быть счастлив. И этого с него довольно. Ведь старейшина никого не заставляет жить на Вертикали. Таково добровольное решение каждого.
Толпа одобрительно загудела. Но кто-то крикнул: а если он кому проболтается, и придут неудержимые первооткрыватели, подобные Колумбу и Магеллану?
Старейшина прикрыл глаза. Ветерок колыхнул его седые длинные волосы. Что ж. Значит, такова судьба Вертикали, и связь ее с Горизонталью невозможно разорвать. Но он позаботится, чтобы найти другое место для базы.
Ловцы счастья запротестовали: Гибралтар – самое удобное место для добычи, и, если переместить базу, слишком долго придется добираться в нажитые места.
Старейшина остановил их жестом. Он проверит карту. Но благоденствие Вертикали ставить под вопрос нельзя.
Не легче ли спуститься и поймать мальчишку? Он не мог уйти далеко, если еще не сгинул.
Нет. Вертикали чуждо насилие.
– Мескито, – утерла слезу Аннато, присаживаясь на лавку. В кухне пар привычно царствовал всюду, и можно было сбросить пончо с плеч. – Ведь это я виновата…
– О чем ты? – удивилась Мескито, подпоясываясь фартуком. Заметив, что подруга сильно расстроена, она присела рядом и обняла ее. – Ну, чего ты, Аннато?..
– Я… рассказала ему про землю… И я – та, что дала ему флакончик счастья. Если бы он его не попробовал…
– Пути человеческие неисповедимы, – отмахнулась Мескито и вытерла ее щеки пухлыми пальцами. – Что было в его сердце, то было. Венто – маленький глупец, и ничего бы ты не изменила. Прав старейшина – он сам себя накажет. Там, внизу, так много опасностей! Если он, вообще, еще жив… Выживать умеют только ловцы. Пусть он и из их рода, он был слишком мал…
– Нет, я тоже виновата. Он еще мальчишка. Сирота. Отец погиб на добыче, мать – от простуды. Мы все были ответственны за него. И не справились…
– Олер взял его на Ветродуи под крыло. К нему и претензии, – возразила практичная Мескито. – Вставай, ловцы привезли специи. Пора их расфасовать и готовить новые флакончики.
Аннато покачала головой и взяла со скамейки косынку.
– Хотя, помнишь… однажды целый отряд ловцов не вернулся, – сказала Мескито, вздыхая. – Только адмирал Дио и несколько рядовых. Сколько толков тогда ходило… Но адмирал Дио подтвердил, что их корабль потопили, испанцы, кажется. И они были вынуждены бежать, чтобы не раскрыть секрета Вертикали.
– Я была маленькой… – сказала Аннато. – Я думала, это легенда.
– Не легенда. Ловцы погибают на добыче. Так что дело Венто гиблое. Эх, мальчишка… – невесело усмехнулась Мескито. – Горизонталь – место опасное и жестокое. Я счастлива, что все мое знание о ней – сколько сока агавы выжать во флакончик счастья.
И Мескито проверила нагрев печи. Аннато покачала головой. Что-то здесь было неправильно.
ПЕРВАЯ ЧАСТЬ. НАСТОЯЩЕЕ И МОРЕ
Глава 8. Пришелец на холме Святой Марии
Он пришел на закате, босиком по линии морского прибоя, со стороны Валенсии. Походкой капитана. Уверенной и свободной. От жары его голову защищала широкая шляпа: точно такая, как носят за океаном. Ветер трепал его волосы, которые из-под шляпы свисали почти до самых плеч и напоминали крепко свалявшуюся линялую шерсть. На пришельце были лишь рубаха да бриджи. Камзол и сапоги он перекинул через плечо – поверх небольшой сумки.
Первым с ним встретился старик Санчо, у поворота с пляжа в деревню. Точнее, путник встретился с Санчо.
– Эй, друг! – крикнул пришелец, заметив старика, присевшего отдохнуть в тени оливкового дерева.
Санчо, начавший было дремать, вздрогнул и огляделся. На песке напротив расселся незнакомец и натягивал кожаный черный сапог. При этом лукаво смотря на Санчо. Так, словно этот пришелец владел миром, а Санчо должен был обязательно знать об этом.
Санчо был умен. Он сразу понял нечто эдакое. Потому ответил чуть дрогнувшим голосом:
– Д-да?
Пришелец встал на ноги и стукнул каблуками друг о друга. Изобразил задорную улыбку и махнул рукой неопределенно:
– Есть тут где таверна или постоялый двор?
– Е-есть, – продолжая заикаться, отвечал Санчо. – «Горизонт». Вон там, – и он ткнул в сторону вершины холма.
– «Горизонт». Как оригинально, однако, – одобрительно причмокнул пришелец. – И что, кухня там, должно быть, дрянная?
– Самая лучшая, – горячо возразил Санчо и на всякий случай отодвинулся в сторону. – На побережье…
– Что ж там такого особенного? – заинтересовался пришелец и присел на корточки напротив старика.
Сбежать Санчо не удалось. А хотелось.
– Ну… там дают счастье.
Пришелец вздохнул и почесал затылок, сдвигая шляпу на лоб.
– И по чем?
– Да нет… – замахал Санчо руками, потому что незнакомец явно рассердился. – Флакончики сейчас не укупить ведь… Просто папаша Мигель знает секрет счастья.
– То есть как – знает секрет счастья? – оживился незнакомец и с интересом взглянул Санчо в лицо.
Глаза у пришельца оказались зеленые, как примаверская трава, а горели, чуть ли не как у кота.
– Ну, я откуда знаю… А приходишь – и счастливеешь…
– Что ж, один папаша Мигель на всем побережье секрет счастья знает? – уточнил незнакомец и встал, посматривая в сторону «Горизонта». Таверну словно вытесали из тьмы на фоне заката. – И никто больше?
– Он один, того все к ним и ходют. Посидишь, поешь, глядишь, и жизнь легче покажется. Хотя… – Санчо задумался. – Дочка у него растет, Кристина… Кажется, она тоже что-то знает.
Пришелец нырнул рукой в рукав камзола. И смотрел на холм, не отрываясь. Кажется, о чем-то размышляя. Потом повернулся к Санчо, и тот вновь не успел исчезнуть. Натянул камзол окончательно и вынул что-то из кармана.
– Держи, – бросил он Санчо мешочек прямо в руки.
– Ч-что это? – спросил бедный старик, перепугавшись.
– Купишь себе флакончик счастья, – пожал плечами незнакомец и зашагал по дороге к «Горизонту». От него пахнуло на миг грозой и штормом.
Старик Санчо развязал мешочек и ахнул: в нем блестели золотые.
Второй пришельца встретила местная торговка бусами из морских раковин. Марита была одной из самых надоедливых торговок на побережье. Так что, совершенно не в ее характере было упустить загадочного молодого путешественника.
– Сеньор! – подскочила она к пришельцу, легко шагающего к «Горизонту». В его суме явно скрывались богатства, и ее просто необходимо было облегчить. – Купите вашей даме!
«Сеньор» сделал небрежный властный жест рукой, давая Марите понять, что раковины его не интересуют. Но краснощекая Марита только начала.
– Других таких нет до самой Валенсии! – возразила она, забегая вперед и протягивая в ладонях бусы с сушеной морской звездой. – Только взгляните!
Пришелец остановился на миг и сдвинул шляпу на затылок. Мариту прожег внимательный взгляд зеленых глаз. Еще она заметила странного пепельного цвета густую щетину. Затем пришелец заговорил, и Марита больше не могла его разглядывать.
– Твои бусы тоже делают счастливым? – прищурился пришелец. Морщинки рассыпались по его щеке от правого глаза.
– Конечно, – поспешила заявить Марита. – В десять, нет, в сто раз счастливее будет дама, которой вы их подарите, ибо нет места, равного Холму Святой Марии! Здесь счастье расцветает всюду!
Пришелец поморщился.
– Меня не интересует твой товар, – внезапно принял он решение и отодвинул Мариту с дороги.
– Но, сеньор! – не сдалась Марита, хватая его за рукав. – Вам не найти ничего лучше!
«Сеньор» ничего говорить не собирался, лишь брезгливо отцепил грязные пальцы Мариты от рукава своей рубашки.
– Сеньор! – воскликнула Марита.
– Оставь меня, женщина, некогда мне, – царственно махнул рукой пришелец.
Марите показалось, что ее ударили. Женщина! Да ведь ей всего… всего… По щеке торговки скатилась слеза.
– Будь ты проклят, незнакомец! – воскликнула она в сердцах.
Пришелец медленно развернулся на каблуках.