Кейт Андерсенн – Туда, где растет амарант (страница 10)

– Во имя… – Кристина растерялась. А было имя, да?..

– Кажется, тебе просто хотелось приключений, – как бы невзначай кончиком клинка Бускадор проткнул широкий рукав рубахи Кристины. – Что родители-то сказали?

– Между прочим… – возмутилась Кристина, пытаясь пробить его глухую защиту, – мой папа был без пяти минут адмиралом, вот!

– Всего лишь помощником капитана, если уж на то пошло, – рассмеялся Бускадор и изобразил обманный финт.

Кристина опустила шпагу, чтобы заслониться, и застыла. Капитаном? Папа Мигель?.. Бускадор его знает?!

Шпага Бускадора же неожиданно переместилась кверху и оказалась прямо у шеи Кристины.

– Ну, хватит, – с улыбкой заявил Бускадор, не отнимая шпаги от горла запыхавшейся девочки. – Вы обещаете не преследовать меня более, сеньорита?

Кристина протестующе дернулась вперед. В гневе, в отчаянии, в растерянности, позабыв об угрозе. Шпага больно вонзилась в шею. Бускадор не ожидал, испугался и отдернул шпагу.

– Ты что… – глаза его округлились. – У тебя совсем крыша…

Он сделал шаг к Кристине, чтобы помочь, но она молниеносно присела, по привычке набрала полную пригоршню песка и метнула в лицо противника.

Когда Бускадор наконец смог видеть, на песке напротив осталось лишь несколько багровых капель. Девчонки след простыл.

Старик Санчо и торговка Марита с подозрением проводили взглядами Бускадора, который уже успел своим появлением взбудоражить весь Холм Святой Марии. Поговаривали, будто папаша Мигель не взял с него платы. Что Бускадор – пират из дальних морей – схватил папашу Мигеля за горло и потребовал хереса на дармовщинку. И будто он прославился тем, что перебил всю береговую охрану на безымянном острове, а трупы спрятал в балластные мешки.

Но на утреннем рынке лицо мамы Карлы оставалось каменным, как стена дома мэра, так что наверняка ничто ничего сказать не мог.

Сейчас этот самый грозный пират Бускадор летел с побережья к таверне «Горизонт» со шпагой наголо, а в глазах его горело нечто вроде страха. И никто не мог точно знать, чего же ждать. Жиденькой струйкой, крестясь и тихо перешептываясь, люди потянулись в «Горизонт».

– Кристина! – позвала мама Карла, выходя на порог и оценивая ситуацию. – Протри дополнительные стаканы. Кристина! – мама Карла потерла ладони и вернулась в таверну. – Ты здесь?

– Да, мама! – воскликнула Кристина, сбегая по ступенькам вниз и одергивая платье.

Шею ее тугим узлом обнимала цветастая косынка.

– Это еще что? – указала на повязку мама Карла.

– Платочек, – пожала плечом Кристина. – Для красоты.

И едва не поморщилась: глубокая царапина ныла, как укол от цыганской иглы. Но все равно она чувствовала себя победительницей. Только тайна папы и Бускадора будоражила сердце.

– Жарко будет, – сказала мама Карла. – Ты задержалась.

– Прости, мама, – Кристина беспрекословно встала за стойку и начала натирать стаканы.

С грохотом Бускадор ворвался в дверь.

– С добрым утром, – совершенно невозмутимо поздоровалась мама Карла и поглядела на шпагу постояльца. – Вы тренировались? Только в доме прошу оружие убрать.

Бускадор между тем уставился на Кристину. Девушка старательно прятала торжествующую улыбку, но губы так и разъезжались. Она обвела его вокруг пальца.

– Ты… здесь? – с трудом выговорил Бускадор.

Это было странно – как девчонка могла успеть так быстро? Свежа и здорова, словно это и не ее он проткнул четверть часа назад на морском берегу.

– Простите? – Кристина подняла на него кроткий непонимающий взгляд.

Мама Карла заподозрила нечто неладное.

– Сеньор, – подошла она к Бускадору, не сводящего глаз с ее дочери. Когда маленькая Кристина успела вырасти?.. – Чего изволите на завтрак?

Бускадор опомнился и отвел взгляд. Ухмыльнулся. Покрутил одну из пепельных свалявшихся косм и едва ли не элегантно заправил за ухо.

– Пирожков и орчаты. Принесите мне в комнату.

И легкими прыжками пришелец взлетел вверх по лестнице. Кристина проводила его взглядом с легким разочарованием.

Мама Карла вздохнула и покачала головой. Но тут начался поток жителей холма Святой Марии, и до вечера времени на мысли не было. Все хотели пить, есть, а еще историй, и побольше. И – никто этого не говорил – но все ждали, когда появится Бускадор. Он вошел и исчез. Словно его тут и не бывало.

Кто-то сказал, что он и не человек вовсе, а злой призрак.

Папа Мигель со вчерашнего вечера снова впал в печаль и ушел к морю пострадать, так что Кристине приходилось делать счастье самой. Но это было сложно – голова ее была занята словами Бускадора.

Связана ли папина усталость с появлением пришельца? И откуда Бускадор знает о прошлом ее отца?

Косынка стягивала горло, и в духоте было трудно дышать. Но Кристина не отваживалась обнажить шею. Не так болела царапина – просто мама Карла заметила бы, и тогда проблем не обобраться.

Только продержаться до вечера… Счастливой.

Глава 10. Где спрятан амарант?

Бускадор не выходил из комнаты весь день. Он, конечно, не был трусом, но с детства шумной толпы терпеть не мог. То ли таково влияние окружающей среды, то ли издержки воспитания, то ли последствия неизвестной ему самому травмы. Но в «Горизонте» собралось слишком много людей, и встречаться с ними сейчас пришельцу не хотелось.

Так что, впервые за многие годы, он позволил себе выспаться «от пуза», как выражался старый боцман с «Эсперансы». Спать, спать и спать. В обнимку с подушкой, раскинув руки, на животе… По-всякому. Просыпаться, видеть солнце, делать глоток кристальной, но теплой воды из кувшина на прикроватном столике и нырять в сон дальше. Что бы ни случалось во сне, это всегда… ненастоящее, а потому не страшно. А что бы ни случалось в жизни, оно настоящее не бывает. И иногда даже у таких людей, как Бускадор, дрожат коленки.

Например, сегодня он всерьез испугался, что смертельно ранил желторотика-девчонку, на которого хотел посмотреть шутки ради. А в итоге он чувствовал себя так, словно посмеялись над ним.

Бускадор повернулся на сбитой простыне и приоткрыл глаз, чтобы сделать еще глоток. Сумерки, как жу быстро они наступили. И вода закончилась. Пришелец ударил по подушке кулаком недовольно и прислушался. Сойти ли вниз за водой? В горле пересохло, и что теперь делать.

И вдруг что-то защекотало его шею сзади. И сделалось немного холодно, и волосы на затылке дыбом встали. Что бы это могло быть?.. Бускадору показалось, что он знает, но объяснения найти кончику шпаги в опасной близости от сонной артерии не мог.

– Кто здесь? – он сам не ожидал, что со сна его голос прозвучит настолько хрипло.

За спиной раздался шорох и вздох. Кажется, Бускадор начал догадываться.

– Знаешь ли ты, дитя, что для сеньориты заявиться ночью к кабальеро – плохой тон?

Кончик шпаги взлохматил волосы над ухом. Кристина кашлянула.

– Откуда ты знаешь о моем отце? – Она пыталась говорить грозно, но голос у нее слишком тонкий для угроз.

– Не хочешь для начала убрать эту штуку? – попытался обернуться Бускадор и спихнуть с себя ее шпагу.

– Не дергайтесь, – пригрозила Кристина. – А то проткну.

– Кишка тонка, – усмехнулся Бускадор. – Ты уже пыталась и испугалась больше, чем когда я тебя саму продырявил.

Ему казалось, что извиняться нет смысла. И говорить, что испугался – тоже. Все ведь закончилось? И закончилось благополучно.

– О чем это вы? – спросила Кристина и прикоснулась свободной рукой к шейной повязке. – Не припоминаю, чтобы кто-то меня продырявил когда-либо.

Она не знала, зачем говорит такую смешную ложь. Но такая уж штука – человеческое сердце – иногда ничего нельзя с ним поделать.

Кристина добавила на всякий случай:

– К тому же, надо с чего-то начинать. С кишкой.

Бускадор расхохотался и пошевелился, пытаясь встать. Кристина напряженно фыркнула и неловко прижала шпагу к его шее, но Бускадор легко повернулся на бок, перехватил клинок и выдернул оружие из рук девчонки. Она от неожиданности села на пол и хлопнула ресницами. Босая и в легкой юбке, совсем девчонка. Как бы ни пыталась утром строить из себя бывалого воина в штанах. Бускадор перебросил шпагу рукояткой в ладонь, направил острие в сторону Кристины – но подальше, на всякий случай – и сказал:

– Похоже, ты меня совсем не боишься?

– А чего вас бояться? – рассмеялась Кристина ему в тон. Папа Мигель учил ее – сила духа, сила тела. Падая – вставать. Не пристало делателю счастья поддаваться собственным страхам. Да и…

– Болтают всякое, – пожал лукаво плечами Бускадор и прочертил шпагой в воздухе невидимые линии.

– Вы про мешки с трупами? – подняла Кристина брови. – Это же просто байки, – и ее против воли пробрала слабая дрожь. – Ведь правда?.. – с надеждой переспросила она этого странного пришельца с пепельными космами.

– А если нет? – загадочно прошептал Бускадор. Ему было любопытно, что она ответит.

Кристина задумалась ненадолго и посмотрела на Бускадора внимательно. Нет, что-то в нем есть такое, от чего он совсем не страшный, хочется с ним говорить, а не сражаться. И она уверенно тряхнула головой.