Кейт Андерсенн – Исмея. Все могут короли (страница 77)
Ис посмотрела на пузырек с подозрением, опрокинула в себя одним залпом и, усмехаясь, отдала Квилле.
— Спасибо.
Мятная свежесть поползла из горла по всем позвонкам и добралась до основания затылка, где болело хуже всего. Боль улеглась, как морской змей на дно. Воронкой.
Чей-то тонкий голосок донесся из-за деревьев, выводя нежную мелодию.
— Простите, госпожа Сваль, — невпопад сказал Таурон.
Но госпожа Сваль вместе с императрицей, дознавателем и целительницей цыкнули на старого «чурбана» друида. Прислушались.
— У нас нет времени, — первым отмер Барти. — Вряд ли это…
Но Исмея шикнула на него так недовольно, еще и пальчик к губам приложила… И потом в своем красном костюме — остатках после алого восстания — полезла прямо в заросли, будто это шпион, а не местная девчонка-певичка…
Но Ис совсем не волновало, что думает Барти Блэквинг. Дочка кузнеца и принц. Ведь понятно, о ком она…
Она вспоминала мельницу и думала: да, вот здесь они и встречались. И река есть, и вода ледяная… Купались они… А потом… «Л+М»…
Горькие слезы таки выступили в уголках глаз. Этого всего… им не выпало.
Ведь он поступил правильно. В кои веки правильно… Отпустил ее… Если любил — то это тем более…
А он любил. Ну… насколько это было возможно. Ведь сказал… что хотел… этого поцелуя…
Голос выплюнул фразу с таким злым осуждением… Женился на принцессе?! В том-то и его беда, что не женился!
— Это неправда! — воскликнула Ис, решительно ныряя на совсем близкий голос прервавшейся певуньи и проваливаясь в овраг.
К счастью, овраг оказался всего канавой. Потрясенная, вывалившаяся из зарослей Ис сидела и потирала ногу, а на ветке прямо над ней замерла девушка в том, что когда-то можно было назвать платьем.
— Ис! — вывалился в ту же самую канаву… и Барти.
Девушка на дереве ойкнула и подтянула ноги под себя, сверкнув ногами.
— Вы… кто такие?
Говорила без этого тягучего мираханского акцента…
— Ис, ты в порядке? — Барти уже пытался ощупывать ее руки и ноги.
— В порядке, — отозвалась, не спуская глаз с напряженной незнакомки. — Ты неправильно спела. Пташка лесная.
Потому что ей подходило такое прозвище, как влитое. Взъерошенная, нахохлившаяся бродяжка с кристальным голосом.
Еще и нахмурилась в ответ враждебно.
— А вот чего не знаешь, того не говори, — и, чуть подумав, добавила: — Грымза иглянковая.
И поспешила скрыться в ветвях. У Исмеи даже дыхание сперло. Что?.. «Грымза иглянковая»?!.
— По… поймай ее, Барти! — только и могла она закричать.
— Исмея… — осторожно взял ее под локоть Барти, поднимаясь с примятой ими обоими травы. — Хватает сумасшедших вокруг, вот правда? Будь выше этого…
— Ты не понимаешь! — воскликнула Ис, оборачиваясь в нему и звеня слезами. — Она пела про Мира! Он — тот принц!
— Который?..
— Который любил девушку, а ее король сжег на костре за это… — Ис поджала дрожащую губу. — И он Лею не забыл! Он — верный!
Барти немного оторопел, хотя и пытался успокоить. Но Ис сжала кулаки и крикнула:
— Он сбежал, не поплыл к той принцессе, к которой его отправил король! Сбежал в горы, чтобы доказать, что Лея и Хнор были правы, и…
И нашел меня. Но она не договорила. Это было уже слишком лично.
— Тангара тогда возмутилась, и так случилась война, а король сказал, что они украли принца, и так…
— …и так тангарцы стали рабами, — выдохнул Барти. — Какой он жуткий, этот Даризан. Хорошо, что он умер.
— Я… — Ис потянула носом. — Я такая же ведь, Барти.
— Ты?! — Блэквинг даже повысил голос. — Ты что, Ис?!
— А что? Бессердечная.
— Да очень ты сердечная…
Он и обнял ее по-дружески, похлопал по спине.
— Вообще не забивай себе голову.
Ис легонько отстранилась. Не стоит. Эмоции, да… Они такие. Шмыгнула носом, остановила его рукой.
— Я справлюсь. Но Мир — не предатель. Он любил Лею.
Замызганная мордашка высунулась из-за древесного ствола. Все еще там, наверху.
— Откуда ты знаешь?