Кейси Уэст – Возможно, на этот раз (страница 50)

Из-за угла послышался какой-то шум.

– Ганнар? – позвала я. Из-за поворота выскочили мальчишки Картеры и пронеслись мимо меня с громким хохотом. – Вы не видели Ганнара? – крикнула я им вслед. Они не ответили.

Я вздохнула и продолжила путь.

Мой мозг отказывался отключаться. Мика тоже была далеко не идеальная. Она явно копила в себе все эти мысли обо мне годами, не говоря об этом ни слова. Она не должна была использовать решения моего отца против меня. Она не должна была держаться за эти обвинения с такой яростью, как будто это были ее проблемы. Она не могла переживать из-за моего отца сильнее, чем я. По щеке побежала слеза, и я быстро смахнула ее.

Мы с Микой были в ссоре, причем в серьезной. И я понятия не имела, как мне исправить эту ситуацию.

Передо мной возникла очередная развилка, и я снова повернула налево. Интересно, если я продолжу брать влево, то просто сделаю большой круг или все-таки выйду на другую тропу, не ту, по которой пошел Эндрю?

– Ганнар! – снова заорала я.

Тишина.

Мой телефон вдруг завибрировал, и я схватила трубку, не разбираясь, кто звонит.

– Ты его нашла?

– Что случилось? – Звонила моя мама.

– Ганнар убежал в лабиринт один, потому что Джетт наорал на него, когда он сбил фритюрницу.

На другом конце провода воцарилась тишина. Она тянулась так долго, что я отняла телефон он уха, чтобы посмотреть, не прервалась ли связь. Но звонок еще продолжался.

– Это произошло случайно, мам. Не злись на него. Я найду его, и ты заберешь его домой.

– Джетт Харт наорал на Ганнара? – Ее голос был холоден, как лед.

– Да, – тихо ответила я.

– Ох и врежу я ему за это, – сказала она.

– Серьезно? – Она собиралась наорать на Джетта Харта?

– А почему нет? Я же защищаю тебя, когда люди на рынке обзывают тебя странной.

Погодите, что?

– Что? – спросила я.

– Я хочу сказать, что заступаюсь за своих детей. И я выскажу Джетту Харту, что я о нем думаю.

– Мамуля, нет. Все нормально. Эндрю с ним поговорил, и я тоже… Алло? – Я снова опустила телефон. Она повесила трубку. Я прикусила губу, глядя на черный экран.

Я встала на цыпочки, пытаясь разглядеть платформу посреди лабиринта, но увидела только кукурузные заросли. Из-за угла снова показалась группка смеющихся детей.

– Кто-нибудь видел Ганнара? – спросила я у них.

– Не-а, – ответил кто-то; они двинулись дальше. Я пошла своей дорогой, пробираясь к центру лабиринта в надежде найти обзорную площадку.

– Соф! – раздался голос.

Я прокрутилась вокруг своей оси, но рядом никого не было.

– Тут, наверху!

Я подняла голову. Эндрю стоял, возвышаясь над лабиринтом, – видимо, на той самой платформе, которую я не видела. Деревянная конструкция находилась ровно на уровне зарослей.

– Ты видишь Ганнара оттуда? – крикнула я ему.

Он помотал головой. Я хотела подняться и посмотреть сама, но до платформы была еще как минимум пара рядов.

– Как к тебе добраться? – закричала я.

Он присмотрелся.

– Иди прямо. Примерно посередине тропы сверни направо. Потом снова сверни направо на развилке, и там будет лестница. Я пойду навстречу.

– Нет, оставайся там, вдруг я потеряюсь! – крикнула я, но было уже поздно: он исчез с платформы.

Я следовала его указаниям – по крайней мере, так мне казалось. Но я никак не могла отыскать тот проход справа от меня, о котором он говорил. Моя тропа уходила влево. Может быть, он не понял, в каком ряду я стою. Я шла дальше, потом повернула направо, как только смогла. Когда прошло десять минут, а ступеньки все еще не появились, я поняла, что заблудилась.

Я написала ему: Возвращайся к платформе. Я заблудилась.

Как тебя угораздило? Там было буквально три шага.

Может, ты не умеешь давать инструкции.

Умею.

Что-то непохоже.

Телефон снова зажужжал, и от неожиданности я вздрогнула. Звонила снова моя мама.

– Алло?

– Он выбрался.

– Что?

– Ганнар выбрался из лабиринта.

– Он в порядке? – спросила я, чувствуя несказанное облегчение. Она, должно быть, передала телефон Ганнару, потому что через секунду в трубку без остановки залопотал он:

– Я сам прошел весь лабиринт. У меня это так хорошо получается, я так быстро выбрался! Мамуля была права, я уже достаточно взрослый. Мне даже не пришлось забираться на обзорную площадку. Я просто запомнил все повороты, как карту, и получилось ужасно весело. В следующий раз пойдем с тобой наперегонки. Картеры проходили лабиринт наперегонки, и мне кажется, я бы их обоих обогнал…

– Я рада, что ты в порядке, – перебила я его. – И молодец, что справился с лабиринтом.

– Спасибо. Держи маму.

– Привет, – сказала она. – Ну что, мы тогда поедем.

– Хорошо… Как там Джетт? Он был… груб с тобой?

– Да он только пустозвонить умеет.

Получается, у мамы получилось оказать ему достойное сопротивление. Я была впечатлена.

– Ты с ним полегче там, – сказала я.

– Я сказала все, что нужно было.

– Спасибо, мам.

– Что? Я заслужила «спасибо»? Я приношу тебе письмо с новостями о халявных деньгах – и ничего. Я ору на какого-то мужика – «спасибо, мам».

Злость, которая никуда не делась, снова вскипела во мне.

– Мам…

– Что?

– Эта стипендия. Ты же знаешь, что я не хочу ею пользоваться. Я очень ясно объяснила тебе, что хочу делать со своей жизнью. Для меня это только подтверждает тот факт, что ты в меня не веришь. – Вот, я сказала это. По телефону, конечно, а значит, не глядя ей в глаза, но все же.

Мама не сразу ответила. Я задержала дыхание. Видимо, сегодня мне было суждено поругаться абсолютно со всеми.

– Софи, я живу в реальном мире, – сказала она наконец. – И в реальном мире, чтобы попасть в вуз, нужно платить деньги.