Кейси Уэст – Слаще, чем месть (страница 8)

Дедушка умер больше десяти лет назад. Обычно бабушка об этом помнила. Иногда забывала. Но в обоих состояниях оставалась безнадежным романтиком. И в том числе поэтому я не хотела рассказывать ей о своем проекте отмщения бывшему.

Я оставила бабушку в кресле с книгой и вернулась на кухню, где мама загружала посудомойку.

– Все хорошо, она у себя, читает, – сказала я.

– Отлично. Спасибо. – Мама положила в нижний ряд тарелку. – Как прослушивание?

– Прошла в команду редактором. – Я, как могла, постаралась изобразить энтузиазм, но вышло неубедительно.

Мама закрыла кран и повернулась ко мне. Вода капала с ее кистей на локти, а оттуда на пол.

– Солнышко, мне очень жаль.

Я пожала плечами, сглатывая ком в горле:

– Что тут скажешь? Видимо, им нужны только мои мозги.

– Хорошо, что у тебя есть свой подкаст.

Я натужно усмехнулась:

– Тот, у которого два постоянных слушателя, и один из них – ты? Теперь мне явно не попасть на ту стажировку.

– С таким настроем уж точно, – поддразнила мама.

Какой еще настрой у меня мог быть? Я шла к цели несколько лет и вдруг столкнулась с суровой реальностью. Не получила того, о чем так мечтала. Роль ведущей напрямую вела к стажировке в муниципальном колледже. Это факт. Так происходило с тех пор, как обе программы подкастинга появились на свет. А после стажировки легко можно было стать ведущей подкаста Калифорнийского университета. Дженсен не просто перечеркнул мой выпускной год в школе. Он пустил под откос мое будущее.

– Денек выдался тот еще, мам. Можешь просто дать мне поныть и пока не ждать от меня подвигов?

Мама покачала головой, на лице проступило виноватое выражение.

– Прости, милая. Конечно. Поной вдоволь, – она подмигнула, – а потом возьмешься за подвиги.

– Возможно, в следующем году представится шанс, например, кого-нибудь подменить. Как ни крути, я часть команды.

Допустим, Дженсен заболеет… или вдруг решит переехать. Мечтать же не вредно.

С маминых локтей стекала вода, и, все так же стоя у раковины, она изучающе на меня посмотрела. Наверное, пыталась разглядеть во мне трещинку, понять, не сломаюсь ли я. Нет, не сломаюсь. Если упорно себя в этом убеждать, то так оно и будет.

После долгой паузы мама достала кухонное полотенце и вытерла руки.

– Ужинать будешь или уже поела в закусочной?

Я облегченно выдохнула, радуясь, что она не стала продолжать тему.

– Только немного картошки фри.

– Дженсен придет к ужину?

Из груди вырвался тяжелый вздох. Кажется, придется провести все неприятные разговоры сразу.

– Мы расстались.

Мама как раз загружала в посудомойку последние столовые приборы, но тут резко развернулась ко мне.

– Что? – Глаза ее округлились, рука застыла с вилкой в ладони. – Из-за чего?

– Не хочу сейчас это обсуждать. – Да и вообще никогда.

Как рассказать ей, что я не просто провалила отбор на роль, к которой готовилась годами, но что эту роль увел у меня из-под носа мой собственный парень, у которого не было ни малейшего опыта и – до сегодняшнего дня – ни малейшего желания ее получить? Что это говорит о моих дарованиях? Или о наших с Дженсеном отношениях?

– Ты в порядке? – спросила мама.

– Скоро буду.

– Бабуля расстроится.

Я усмехнулась:

– Вроде отреагировала спокойно, хотя ей он наверняка нравился даже больше, чем мне.

Мой взгляд зацепился за кружку с «Зельдой»[6], стоявшую на кухонной столешнице. Это был рождественский подарок моему старшему брату Кори – он гостил дома на праздниках. Наверное, забыл ее увезти. Меня накрыло волной обиды от осознания, что никто не придает мне значения, что во всех сферах жизни я такая посредственность.

Финли, это всего лишь кружка.

– У тебя явно выдался тяжелый денек, – заключила мама.

Я прокашлялась, чтобы голос звучал ровно.

– Да уж.

– И при этом ты вроде… – Она пригляделась к моему лицу.

Я для убедительности натянула улыбку.

– …держишься нормально?

Все потому, что уже скоро все и правда будет нормально. У меня появилась цель – и отличная. Она занимала теперь все эмоции, все мысли. Цель эта – месть. И уж здесь я не имела права оказаться посредственностью.

Глава 5

Поскольку я теперь была в команде подкаста, то вместо обычного курса по радиовещанию, который посещала до этого, я на остаток учебного года перевелась на программу наставничества от подкастеров из выпускного класса. Я шла по коридору к библиотечному конференц-залу, где должны были проходить занятия. Сложись все иначе, я бы летела туда вприпрыжку, окрыленная радостным предвкушением, но на деле старалась идти, не поднимая головы.

Это не помогало. Вслед доносились крики: «Скажи что-нибудь своим мерзким голосом!», «Харизма не так уж важна!», «Включи соображалку!». Все это были намеки на мои якобы скудные умения, которые изобличил на всю школу Дженсен. Мы с ним должны были встретиться впервые с той пятницы, и меня эта перспектива не радовала.

Дженсен. Какой предмет ему пришлось бросить, чтобы освободить окошко для этих занятий? Уж радиовещание-то он не изучал никогда в жизни.

– Теперь понимаю идею с объявлением, – заявил Тео, который неожиданно поравнялся со мной.

– Что? – Я до того погрузилась в мысли, что не заметила, как он приблизился. Или мы просто давно шли в одном направлении?

Тео сунул в карман наушник:

– Если снова окажусь в том туалете, добавлю строчку-другую.

– Что?

Неужто больше слов в моем лексиконе не осталось? Мозг никак не мог определить, зачем он завел этот разговор. Пытается снова поиздеваться надо мной из-за граффити?

– Тео! – донеслось с другой стороны коридора. – Круто побегали на пятничной эстафете!

Тео молча вскинул руку, будто такой звезде, как он, не подобает снисходить до ответов вслух.

– Круче некуда, – саркастично бросила я. – Ты стоял в сторонке, пока твои сокомандники занимались серфингом на столах[7].

– А ты запомнила, где я стоял? – спросил он с привычной насмешливой искоркой в глазах.

Я сама на себя за это злилась, но действительно запомнила.

– Ты считаешь, что сплачивающие мероприятия за школьные деньги ниже твоего достоинства?

– Все мы так считаем, Финли.

– Но не всех спрашивают, – ответила я. Только сливки школы.

– Насчет граффити в туалете. – Тео вернулся к первоначальной теме – видимо, единственной причине, по которой он со мной заговорил, хотя мне это обсуждать хотелось меньше всего на свете. – Мне тут рассказали, почему вы расстались. Жесть.

Ну разумеется, ему рассказали. Это еще унизительнее, чем когда он застал меня с маркером.