Кэйго Хигасино – Детектив Галилей (страница 13)

— Невысокого роста, физически не слишком развита. Думаю, она бы не смогла. Впрочем, ещё рано без веских на то оснований вычёркивать её из списка подозреваемых.

— Жена убила мужа, бросила труп в озеро, но на память сделала посмертную маску, а использованную для этого алюминиевую форму выбросила. Что ж, всё сходится.

Юкава взял из рук Кусанаги маску и вновь принялся её осматривать со всех сторон. Хоть и говорил он шутливым тоном, его глаза, глаза учёного, глядели сосредоточенно.

— Если б только понять, как она сделана, это бы сильно помогло следствию! — сказал Кусанаги, глядя на металлическую форму в руках Юкавы.

— Но наверняка и вы в полиции провели исследования?

— Я попросил ребят из отдела криминалистической экспертизы, они кое-что попытались сделать.

— Например?

— Прежде всего они попробовали, взяв лист алюминия такой же толщины, наложить его на лицо человека.

— Забавно, — усмехнулся Юкава. — И каков результат?

— Абсолютно невозможно.

— Так я и думал, — согласился Юкава. — Если б это было так просто, мастера, изготовляющие восковых кукол, остались бы без работы.

— Как ни старайся, мышцы лица изменяют форму. Самое большее, что получается, — лицо, точно обтянутое чулком. Вот мы и подумали: может быть, загвоздка в том, что мы экспериментируем с лицом живого человека? А если проделать то же с лицом трупа, результат будет другой?

— Потому что после смерти мышцы затвердевают, — кивнул Юкава. Улыбка с его лица исчезла.

— С тем, чтобы поэкспериментировать с настоящим трупом, возникли проблемы, поэтому мы использовали макет лица, сделанный в ходе другого следствия. В результате что-то похожее получилось.

— Что-то похожее?

— Я хочу сказать — что-то, похожее на лицо. К сожалению, результат не блестящий. — Кусанаги показал пальцем на маску в руках Юкавы. — Короче говоря, такого точного рельефа мы не смогли добиться. Вот если б в нашем распоряжении был материал потоньше, например алюминиевая плёнка, возможно, нам бы больше повезло. А с таким толстым листом слишком сложно.

— Я б удивился, если бы маска, сделанная из алюминиевой плёнки, так долго сохраняла свою форму.

— В любом случае необходимо очень сильное, а главное, абсолютно равномерное давление на алюминиевую пластину. Так говорят эксперты.

— Согласен, — Юкава положил маску на стол. — Итак, со способом изготовления вы зашли в тупик?

— В общем, да, — кивнул Кусанаги. — Ну а как ты, великий физик? Тоже сдаёшься?

— Я не настолько наивен, чтобы с ходу принимать твой вызов. — Юкава поднялся и направился к раковине, установленной возле двери. — Не выпить ли нам для начала кофе?

— Воздержусь. Опять небось растворимая бурда.

— Зря ты так пренебрежительно относишься к быстрорастворимому кофе. — Юкава насыпал порошок дешёвого кофе в чашку, которая, как обычно, не могла служить образцом чистоты. — Ты и представить не можешь, сколько потребовалось усилий, проб и ошибок, чтобы его изобрести. Мало кто знает, что первым промышленное изготовление растворимого кофе наладил японец. Он использовал так называемую барабанную сушку. Если коротко, всего лишь высушивал экстракт из кофейных зёрен. После этого компания «Максвелл» изобрела сушку с помощью распыления, в результате вкусовые качества растворимого кофе улучшились, а цена понизилась. Далее, в семидесятых годах, появился метод сублимации, который и стал в наше время основным. Как видишь, даже у быстрорастворимого кофе сложная предыстория.

— И всё равно на это пойло как-то не тянет.

— Как угодно, я только хочу сказать, что ничто не делается просто. Касается ли это быстрорастворимого кофе или алюминиевой маски, — Юкава налил в чашку кипяток и размешал ложкой, после чего, продолжая стоять, вдохнул кофейный аромат. — Чудесный запах. Запах научного прогресса.

— А у этой маски такой же запах? — Кусанаги показал пальцем на стол.

— Такой же. И даже очень сильный.

— В таком случае…

— У меня к тебе несколько вопросов, — сказал Юкава, не выпуская чашки. — Что собой представляет это Тыквенное озеро? Где оно расположено?

— Да как тебе сказать? — Кусанаги потёр подбородок. — Озеро как озеро. Маленькое, у подножия горы. Не знаю, можно ли считать его особенностью то, что оно находится в стороне от прогулочных маршрутов, при этом ужасно грязное, буквально завалено мусором, а вокруг заросли кустарников. И этот район объявлен природным парком.

— А охота там, случаем, не проводится?

— Охота?

— Не бродят ли там по кустам охотники с ружьями? Я имею в виду не дробовики, а именно ружья.

— Ружья? Шутишь? — засмеялся Кусанаги. — Откуда там взяться зверям, на которых охотятся с ружьями! Если только из зоопарка лев убежит, но я что-то о таком не слышал. В любом случае охота там запрещена.

— Ну разумеется, — Юкава с сосредоточенным выражением на лице потягивал кофе. Было очевидно, что он и не думал шутить, упомянув о ружье.

— Но при чём здесь ружьё? Я же сказал, что удар был нанесён тупым предметом в височную область.

— Это-то я понимаю. — Юкава свободной от чашки рукой остановил Кусанаги. — Я говорю не о причине смерти. Я размышляю о способе изготовить маску. Но, как видно, ружьё отпадает.

Кусанаги в недоумении посмотрел на своего странноватого приятеля. Разговаривая с ним, он частенько ощущал, что не поспевает за его мыслью. Вот и теперь никак не мог взять в толк, к чему этот разговор о ружье.

— Давай, что ли, сгоняем, — сказал вдруг Юкава. — На это озеро. Когда у тебя будет время.

— Слушаю и повинуюсь, — ответил Кусанаги.

4

Расставшись с Юкавой, Кусанаги решил заехать в дом покойного Синъити Какимото, сговорившись со своим коллегой, детективом Оцукой. Из-за похорон и поминок ему до сих пор не удалось подробно расспросить вдову.

Дом Какимото располагался в глубине жилого квартала на склоне холма, спускающегося к железной дороге. Пройдя в ворота, они поднялись по ступеням. Ставень на гараже был опущен.

Акиё Какимото была в доме одна. По понятным причинам выглядела она утомлённой, но волосы были аккуратно уложены, и она казалась моложе, чем при прежних встречах. Возможно, из-за траура на ней была чёрная блузка, но при этом в ушах — серёжки с маленькими жемчужинами: видно, что одевалась, готовясь к визиту полицейских, со всей тщательностью.

Она провела детективов в гостиную, довольно просторную, с большим кожаным диваном. На полках были расставлены спортивные трофеи. Судя по рисункам на них — получены на соревнованиях по гольфу.

Из разговора выяснилось, что Синъити Какимото был зубным врачом. Он унаследовал клинику, основанную его отцом. «Увы, не повезло его пациентам», — подумал Кусанаги, разглядывая развешанные на стенах дипломы и награды.

Терпеливо выслушав сетования Акиё, долго распространявшейся о том, какое тяжёлое испытание — похороны и поминки, Кусанаги решил наконец взять быка за рога:

— Вы не вспомнили ничего нового со времени нашей последней встречи?

Акиё прижала ладонь к щеке, как будто у неё внезапно заболели зубы:

— После того как обнаружили останки мужа, я много думала, припоминала, но так ничего и не пришло в голову. Ума не приложу, как вообще такое могло случиться.

— А насчёт связи между Тыквенным озером и вашим мужем? Никаких идей?

— Увы, — она отрицательно покачала головой.

Кусанаги раскрыл блокнот.

— Кажется, я уже спрашивал, но для большей уверенности — вы виделись с мужем в последний раз утром восемнадцатого августа, в понедельник, так?

— Да, — не задумываясь ответила Акиё, даже не взглянув на настенный календарь: этот вопрос ей задавали уже не раз.

— В тот день ваш муж собирался на гольф и в шесть часов утра выехал на машине из этого дома. Марка машины, — Кусанаги опустил глаза в блокнот, — «Ауди», чёрного цвета. Я ничего не напутал?

— Да-да, всё так и было, — ответила Акиё без малейшей запинки. — В тот же день наш сосед Хамада со всей семьёй отправлялся на отдых, кажется, в Идзу и с раннего утра грузил на машину вещи, поэтому я хорошо запомнила. Без всяких сомнений, это было восемнадцатого.

— Далее. Поскольку ваш муж не вернулся, вы на следующий день, во второй половине, обратились в полицию с заявлением о розыске.

— Всё правильно. Вначале я подумала, что он после гольфа перепил и остановился переночевать в какой-нибудь гостинице. Один раз такое случалось. Но и на следующий день от него не было никаких известий. Я стала обзванивать людей, которые в тот день должны были участвовать в игре, но все, с кем я говорила, сказали, что мужа на площадке не видели. Я, разумеется, забеспокоилась.

— И сообщили в полицию.

Акиё кивнула.

— После того как муж утром уехал, он вам не звонил?

— Нет.

— А вы не пытались ему позвонить? Ведь у него наверняка был при себе мобильный телефон.

— Пыталась, много раз. Но не могла дозвониться.