Кейдис Найт – Вампиры ночи (страница 39)

И тут меня осеняет. Третье и самое сильное ощущение. Боль. Сильная и всепоглощающая боль обрушается на меня. Глаза распахиваются. Это мучительное чувство перевернуло мой мир с ног на голову.

Моргаю трижды, и глаза медленно начинают привыкать к темному пространству, в котором нахожусь.

Я вишу вверх ногами. Смотрю на пол, который поднимается и опускается, поднимается и опускается, пытаюсь пошевелить руками, но безуспешно. Они связаны у меня за спиной, а лодыжки – надо мной. Я узнаю это место – камеры для заключения на стоянке «Черного кролика».

– Доброе утро. – Нежный голос Константина сливается с высокими и низкими нотами фортепиано.

– Я бы не назвала это утро добрым, – произношу с презрением, собирая весь сарказм, на который способна в таком положении.

Лицо Константина искажается легким удивлением от моего ответа. Что? Неужели он думал, что я собираюсь толкнуть речь вроде: «О боже, не могу поверить, что ты злодей!». Не собираюсь. Я бы не висела вниз головой, если бы он им не был. И Асель не была бы мертва.

Сглотнув, задаю ему самый важный вопрос.

– Как к этому всему причастен Лукка?

Константин машет рукой, будто отгоняет муху.

– Лукка не участвует в этом и других моих делах.

– Каких именно?

Он протягивает руку и проводит пальцем по моей щеке, выглядя при этом весьма самоуверенным.

– Мне казалось, ты это уже выяснила, маленькая мисс Репортер.

Если ему известно, что я репортер, то почему он не убил меня? И словно в ответ на мой вопрос, Константин направляется к двери клетки и окликает доктора Василия.

Этот сопливый докторишка не удостоил меня и взглядом. Он явно привык наблюдать, как страдают люди в подвале «Черного кролика». Василий копошится возле маленького столика, которого раньше в клетке я не видела. Какого черта он там делает?

– Развяжи меня, Константин. Мы можем все обсудить, – обращаюсь к нему. Мне становится тяжело дышать, а головная боль кажется невыносимой.

Константин игнорирует мои слова, наблюдая за тем, как доктор раскладывает в ряд шприцы. Как только они обмениваются взглядами, все мое тело сжимается, заставляя боль усилиться в два раза.

– Как тебя уже известно, я владею фармацевтической компанией. – Константин осматривает один из шприцев. – Слышал, тебе понравились некоторые из моих творений.

Откуда он знает о моей ночи с Луккой? Знает ли он, что мы спали вместе?

– Да ты непревзойденный наркоделец, – огрызаюсь я.

– Все началось с рекреационных наркотиков, но, как ты знаешь, милая, сейчас мы продвинулись гораздо дальше.

– Дальше – это, например, таблетки солнца с первосортной кровью?

– Таблетки солнца, да. Несколько лет назад я начал продажу модифицированной крови. Органической, чистой, улучшенной крови, собранной из самых сильных существ…

– На описание домашних куриц это не похоже, – прерываю я его.

– Разве? – Константин удивлен, его брови приподнимаются, но после он уже улыбается. – Как ты знаешь, я также занимаюсь улучшением крови Перевертышей. Именно эксперименты с различными смесями крови натолкнули меня на создание таблеток солнца.

– Ты накачиваешь своих работников веществами, которые содержатся в предоставленной тобой пище и отвечают за повышение качества. Затем вы выкачиваете из них всю кровь и помещаете ее в таблетки для продажи через «Хронику»?

Константин кивает. С виду кажется, что он даже немного удивлен тому, насколько продвинулось мое расследование.

– Наша операция с первосортной кровью была безупречной в течение многих лет. У рабочих нет документов, они приходят и уходят, и никто не может связать их массовые исчезновения с нами. Мы хорошо прятали тела.

Я отчаянно пытаюсь освободиться от веревок, обжигающих мои окровавленные запястья, пока Константин возится со шприцем. Ничего не получается. Эти братья точно знают, как связать девушку.

– Так было… – продолжает он. – До тех пор, пока Борис не поддался жадности и не начал заставлять своих сообщников, таких как Варлам, ты видела его в «Сахалине», красть у меня целые партии товара. Конечно, как только сотрудники Бориса узнали о первосортной крови, они начали нападать на моих работников, высасывая их из жадности – небрежно оставляя мертвые тела на моих стройках, чтобы привлечь внимание. Именно тогда твоя подруга проболталась в «Хронике». Итак, представь себе, как мне повезло, когда маленькая Ведьма Верити свалилась прямо мне в руки и помогла отсеять всех крыс из моей организации. Теперь эти проблемы решены. Мне стоит поблагодарить тебя, правда.

Все это время он со мной играл. Использовал меня для своих собственных целей, пока я думала, что изучаю его.

– Как давно тебе стало известно, что я репортер?

– Я поручил своим компьютерщикам разузнать о тебе вскоре после твоего приезда. Признаю, что они помучались с шифрованием, но ваша ошибка в том, что вы не знаете, что в России лучшие хакеры в мире. Кроме того, твои действия были весьма подозрительны.

– Мои действия?

Константин протягивает ко мне руку и зажимает между пальцев кулон «Черного кролика».

– На кулонах наложено заклинание слежки. Именно так я узнал, что ты на стройке. Именно так я выследил Асель.

– Карта в твоем кабинете, – тихо произношу я, вспоминая замысловатую карту Москвы, висящую в кабинете Константина, мерцающую заколдованными движущимися огнями. Именно так он узнает, где находятся все его маленькие кролики. Стоило догадаться.

Я позволяю себе утонуть в мыслях, пока мое тело медленно раскачивается взад и вперед. От горя у меня начинает крутить в животе, и гравитация угрожает заставить вывернуть все наружу.

– Ты не должен был убивать Асель, – произношу я, задыхаясь от рыданий. – Она даже не знала всей правды.

– Да. Очень жаль. Она была милым ребенком, – протягивает он, – но когда ты создаешь инновационный бизнес, подобный моему, будь готов к побочному ущербу.

– Знаешь что? Ты вовсе не перспективный изобретатель, ты просто жалкий торгаш наркотиками, – выкрикиваю я. – Не более.

На его губах колеблется улыбка.

– Я не какой-то уличный наркодилер, милая. Мои таблетки солнца изменят мир.

Он прав. Если эта дрянь распространится, никто не сможет спастись от Вампиров.

– Зачем ты все это делаешь? – спрашиваю я. Чувствую, как теряю сознание. Слишком много крови прилило к голове, и теперь мне удается задавать лишь самые простые вопросы. – У тебя и так много денег.

Но я знаю, что за этим стоит нечто большее. Порой обладание достаточным богатством останавливает от жажды большего, но у Константина причины зарыты куда глубже.

Он не отвечает, поэтому я его провоцирую:

– Твоя медицинская болонка сказала, что продукт не готов и, если он будет выпущен слишком рано, могут погибнуть Вампиры.

Константин бросает недовольный взгляд на доктора Василия.

– Как я сказал, побочный ущерб.

– Не понимаю. Зачем ты это делаешь?!

Он тяжело вздыхает.

– Мы, Вампиры, слишком долго скрывались в тени, – произносит Константин, стуча по шприцу. – Но больше этого не будет. Мы были созданы править этим миром. Наше место под солнцем.

Константин и так уже силен ночью, почему вообще дневной свет для него важен? Сколько всего ему нужно заполучить? И тут меня осеняет. Балет! Невозможность появляться на солнце разрушила мечту всей его жизни. Наконец, мотивы Константина становятся понятными.

– После обращения, – произносит он, – я осознал, что мы, Вампиры, настоящие боги. Я понимал это, когда забирал жизнь своей матери. Наблюдая, как слабость и человечность покидают ее, я понимал, нет другого бога в мире, столь могущественного, как я.

Мать убил Константин.

Мое сердце начинает болеть от притока крови, но после признания Константина на меня обрушивается осознание страданий его брата, словно грозовая волна. Бедный Лукка, все эти годы он считал, что его мать покончила собой из-за него.

– Поэтому я построил нашу собственную церковь. – Константин указывает рукой на потолок. Он говорит о «Черном кролике».

– Значит, дело во власти? – произношу я.

– Милая, все в этом мире связано с властью.

– Есть и другие способы управлять, Константин. Один из них предполагает меньшее количество жертв.

– Дорога к власти проложена телами жертв, – отвечает он холодно. – Особенно в России-Матушке.

Чем бы там не занимался доктор Василий, он закончил и теперь ждет, пока Константин достает что-то из своего кармана. Он подносит к моему лицу склянку. Даже вверх ногами, я узнаю свой пузырек с антидотом Ведьминой крови.

– Представь, как я был рад, – нежно произносит Константин, – услышать, как Вампир, напавший на тебя, говорит об антидоте крови Ведьм. Ваша ценная АМ безусловно держала эту новую разработку в тайне… – Он трясет пузырьком перед моим лицом. – Полезная вещица, вот эта. Неудивительно, что вы не хотите, чтобы другие Сверхи ее заполучили. Что ж, слишком поздно.

Ассоциация магов единственная, кто может производить антидот. Если Константин распространит его по всему Сверхъестественному сообществу, мы, Ведьмы, станем абсолютно беззащитными.