Кейдис Найт – Вампиры ночи (страница 23)
– Зачем ты полощешь рот шампанским? – Закатив глаза, открыто демонстрирую свое недовольство его выходками.
Он так долго меня рассматривает, что по подбородку начинает стекать струйка белой слюны.
– Ты должна понять нас, русских, – произносит Лукка. – Мы живем, будто под снежным куполом. Вчера у нас не было ничего, сегодня у нас больше, чем мы когда-либо желали или могли потратить. Завтра мы можем умереть.
Он отпивает шампанское и на этот раз глотает. Я вижу, как подпрыгивает его покрытое татуировками адамово яблоко.
– Итак… – Лукка обходит кухонный остров, направляясь в мою сторону. – На твой вопрос, почему я полощу рот шампанским, могу ответить только – почему нет?
Смотрю на его необычные молочные глаза и вспоминаю о металлических ставнях на окне, о том, как он перерезал глотки тем парням в ресторане, будто это пустяк. Будто для него каждая ночь как последняя.
– Ты правда думаешь, что можешь завтра умереть? – спрашиваю я.
Он поднимает голову:
– Всегда. Однажды уже умирал. Могу умереть и снова.
Ни единого
– Ты практически никогда не лжешь, – произношу я.
– Зачем мне лгать? – Его лицо озаряет широкая улыбка, обнажающая клыки. – Правда намного страшнее.
В ответ лишь хмурюсь. Он любит говорить загадками. Это начинает все больше раздражать.
– Я не лгу, Ведьмочка. Но не могу сказать того же о моем брате.
Лукка ставит бутылку в раковину и, хихикая себе под нос, неторопливо выходит с кухни. Он оставляет меня наедине с догадками о том, что значили его слова.
Хватая не до конца выпитую бутылку, я ее опустошаю. Мне следовало бы позавтракать или поужинать, но совместная жизнь с Вампирами уже сказалась на мне, и не в моих планах разбрасываться хорошим шампанским.
Я сижу на заднем сиденье в дорогом полноразмерном седане Константина, зажатая между ним и Луккой. Сзади достаточно места, чтобы сидеть свободно, но несмотря на это, плечо Лукки вплотную прижато к моему. С тех пор, как мы вышли из дома, Константин говорит по телефону с кем-то по имени Василий. Я пытаюсь вслушаться в их разговор, но все, что удается узнать, это информацию о каких-то образцах и результатах. Без понятия, о чем именно они болтают. С другой стороны сидит Лукка в самых больших наушниках, которые я когда-либо видела, и качает головой в такт музыке. Она играет так громко, что слышно каждое слово. Он показывает мне свой айфон, и я вижу обложку альбома музыканта с почти таким же количеством татуировок, как у него. Лукка одаривает меня своей чистой, как шампанское, улыбкой, каким-то образом снимает один наушник и протягивает его мне. Мое правое ухо заполняется музыкой. Признаюсь, она весьма хороша. Видимо, русский рэп мне нравится гораздо больше, чем казалось. В песне говорится о том, как девушка купается в клюквенном соке, и я тут же вспоминаю о своем сне, отчего щеки начинают гореть.
Хлопья снега тихонько сползают по окну. Лукка сжимает мою руку, обращая мое внимание на собор Василия Блаженного, мимо которого мы проезжаем. Я очарованно смотрю на Красную площадь и на самый знаменитый собор России, рассматриваю каждую деталь сказочной мешанины цветов и луковичных верхушек. Весь Кремль выглядит так, словно сделан из пряников. Это настоящие великолепие. На секунду я позволяю Москве окутать меня своей красотой.
Спустя полчаса мы подъезжаем к стриптиз-клубу. Теперь я переодеваюсь во что-то похожее на ПВХ униформу медсестры, любезно предоставленную Луккой. Еще он подготовил маленький подарок. Излишне говорить, что мне больше по вкусу то, что выбирает Константин. Если бы сегодня меня одевал
На выходе из раздевалки меня останавливает Константин.
– У нас сегодня особенные гости. Мой заклятый враг, Рад, и его доверенные. Их столик будешь обслуживать ты, – сообщает он. – Следи за тем, что они говорят, милая. Мы думаем, что они могут быть причастны к исчезновению нашего груза. Варлам, тот, от которого мы избавились в ресторане «Сахалин», был когда-то его партнером. Мне осталось лишь соединить улики, поэтому я пригласил их сюда. Рад выиграет больше всех, если я потеряю свои поставки
Киваю ему в ответ. Будто мне есть дело до его пропавших грузов. Рабочие Константина продолжают исчезать, а все, о чем он беспокоится, это о каких-то ящиках, а не о найденных трупах. Все это время мое внимание было обращено только на «Черного кролика» и их строительную компанию КЛВ, но я не думала о связях судоходной компании Константина и о всех тех жуликах, которые к этому причастны.
Сливаюсь с гостями переполненного клуба и спустя час слышу голоса гостей Константина. Как и любая другая стая влиятельных богачей, они шумят достаточно громко, чтобы их могли заметить все.
Неторопливо направляясь ко входу, я одариваю двух мужчин своей самой широкой улыбкой. Это все? Только двое?
– Добрый вечер, джентльмены. Добро пожаловать в «Черный кролик», – говорю я по-русски. – Следуйте за мной. Мы забронировали для вас особенное место. Шампанское на разлив, за счет заведения.
У обоих одинаковые скулы и ясно-голубые глаза. Отец и сын. Полагаю, что старший из них – Рад, хотя на вид ему столько же, сколько Константину. Вампиры не меняются с годами, поэтому редко можно встретить по-настоящему старых. Его сын, небрежно одетый в толстовку с капюшоном и джинсы, смотрит вокруг широко раскрытыми глазами, будто впервые в стриптиз-клубе. Похоже, он моего возраста, может быть, немного моложе. Согласно информации из «Хроники», большинство Вампиров, у которых уже есть дети, после обращения ждут, пока их сыновьям и дочерям не исполнится по крайней мере двадцать пять лет, прежде чем обращать и их. Многие отказываются видеть смерть своих ближайших родственников, но в равной степени отказываются превращать непредсказуемых подростков в монстров.
Костюм Рада сшит на заказ, а в грудном кармане лежит белый платок. Он не обращает никакого внимания на танцовщиц. Его взгляд прикован ко мне.
– Где Константин?
Этого я не предвидела.
– Скоро будет, – вру ему. – Он велел мне позаботиться о вас.
Мужчина кивает, сдержанно улыбнувшись. Затем поворачивается к сыну и предупреждает его, чтобы тот не говорил громко об их делах, поскольку у «Черного кролика» длинные уши. Только вот Рад произносит все это на чеченском, думая, что я их не понимаю. Какие они все интеллигентные. Однако они ошибаются.
– К нам присоединятся еще двое, – обращается ко мне Рад на русском, когда подхожу к ним с шампанским.
Спустя пару минут появляются мужчина и женщина, и теперь понятно, почему Константин так беспокоился на их счет. Второй мужчина высокий и лысый, с татуировкой тигра, карабкающегося на его шею. Он будто сделан из деревянных кубиков. Женщина выглядит изящной, крепкого телосложения, она в брючном костюме. Мне казалось, что в клуб пускают только клиентов мужчин. Я замечаю, как сын Рада отодвигается от нее, когда она садится рядом.
– Водку, – кричит мне женщина. – Две бутылки.
Ставя перед ней водку, чувствую как скользит холодная рука по задней части моего бедра. Я ее игнорирую. В этом месте подобные прикосновения обычное дело, но, чтобы такое вытворяла женщина, редкость. Поворачиваюсь к ней, она проводит кончиком языка по зубам.
– Почему ты не танцуешь с шестом?
– Не сегодня, – отвечаю я как можно дружелюбнее. – Вам принести еще что-нибудь?
Она тут же теряет ко мне интерес и поворачивается к двум мужчинам, тихо переговаривающимся друг с другом. Однако сын Рада не участвует в их обсуждениях, он продолжает пристально меня изучать. Не очень-то просто подслушивать, о чем они говорят, делая вид, что это вовсе не то, чем я занимаюсь. Возможно, есть другой способ получить информацию.
Немного расстегнув молнию на платье, обнажаю свое декольте и наклоняюсь ближе к сыну Рада.
– Как тебя зовут? – спрашиваю я.
Он бросает взгляд на отца, будто хочет спросить у него разрешения, но тот слишком занят обсуждением. Этот парень уже не мальчишка, однако видно, что здесь не он главный.
– Степан, – отвечает мне, расправляя плечи.
На губах Степана играет дерзкая улыбка, но его красивые глаза говорят о том, что он не привык к окружению из стриптизерш-Сверхов. Его взгляд мечется по комнате, разглядывая танцовщиц, бармена-Перевертыша и шумных Вампиров, пьющих кровь из причудливых графинов.
– Нервничаешь? – шепчу я на русском.
– Вовсе нет.
– Твои друзья немного пугают.
Он оглядывается на женщину и мужчину, будто сделанных из кирпичей.
– Меня они не пугают, – отвечает Степан.
Я сажусь рядом с ним, стараясь расслышать, о чем говорят остальные. До меня долетают несколько слов: «Груз… хорошая цена… Они убили их… найти покупателя».
Какой груз? О ком они говорят? Мне нужны подробности. Думаю, я знаю, кто мне поможет.
– Ты выглядишь моложе твоих спутников, – обращаюсь к Степану, скользя пальцами по его руке. Он напрягается от моего прикосновения. – Сколько тебе?
– Двадцать три. Сегодня мой день рождения.
Шепчу на ухо «с днем рождения» и вижу, как его лицо меняется от волнения. Странно, что с такими глазами и скулами, как у него, он не окружен постоянно девушками, но, возможно, с таким отцом, как Рад, его не часто отпускают с поводка. Я решаю, что Степан – мой ключ к необходимой информации. Мне просто нужно увести его подальше от этой толпы.