Кейдис Найт – Вампиры ночи (страница 15)

Я, не удержавшись, присвистываю:

– Раньше шести часов утра?

– Ага, – кивает она. – Рабочий график на стройплощадке такой же, как и у этого кафе.

Издав тихий смешок, девушка добавляет:

– Если бы Волковы могли добавить дополнительный час к суткам, они бы так и сделали. Их работники пашут как лошади.

Значит, тот, с кем она разговаривала, тоже работает на Вампиров. Интересно, знает ли он об этом.

– Твой брат тоже у Волковых работает?

– Да. Мой парень Максим и мой брат Арман, они оба сотрудники строительной компании КЛВ.

Я изучила всю информацию о предприятиях Волковых. Братья основали КЛВ четыре года назад, сразу после обращения. Это одна из самых быстрорастущих строительных компаний Москвы. Кроме того, на участке рядом с клубом было найдено последнее обескровленное тело.

– Мы приехали в Москву ради КЛВ, – продолжает Асель. – В моей деревне все знают об их компании, так как они нанимают рабочих без каких-либо бумаг. Я собиралась пойти туда работать, но мой брат был против. Потом я прочитала в «Кровавой хронике», что «Черный кролик» берет к себе Перевертышей.

– В твоей семье все Перевертыши? – спрашиваю ее.

Асель отрицательно качает головой:

– Нет. Только я. Максим даже не знает, что я не человек. Он и понятия не имеет, что работает на Сверхов.

– Вы приехали сюда втроем? Ты, твой брат и Максим?

Она кивает и просматривает лежащее на столе меню.

– Наша мать старая и больная. Ей нужно лечение. Мы отчаянно нуждались в деньгах, чтобы ей помочь. КЛВ платит наличными, им постоянно требуются работники, так что мы знали, что наш риск окупится.

Раздраженная официантка ждет, пока мы сделаем заказ, и я разрешаю Асель сделать его за меня. Вскоре нам приносят еду, и Асель, расслабившись, начинает рассказывать, какие блюда самые вкусные. Я приступаю к сырникам, покрытым сметаной и ежевичным вареньем.

– Что твой брат думает насчет Волковых? – спрашиваю ее, продолжая жевать. Надеясь, что мой голос звучит нормально.

Она проглатывает:

– За исключением времени работы, они хорошие работодатели. Всегда кормят своих сотрудников, следят за тем, чтобы они не голодали.

Жду. Звона лжи нет.

– Максим и мой брат всем довольны.

А вот и звон. Это ложь. Интересно.

Решаюсь немного надавить, наклонившись к Асель ближе и понижая свой голос до шепота:

– Слышала, как один из клиентов «Черного кролика» сказал, что на днях нашли труп одного из работников стройки.

Асель застывает с вилкой с кусочком сырника не донеся ее до рта.

– Ты не знала? – продолжаю я.

Спустя пару секунд, медленно жуя свой завтрак, она отвечает:

– Максим, мой парень, что-то такое упоминал.

Выпрямляюсь, изо всех сил стараясь не выглядеть слишком напористой. Это первая моя возможность собрать информацию для моего расследования.

– Что именно? – спрашиваю ее.

Асель опускает взгляд.

– Пожалуй, ничего такого. Он просил никому не говорить, но… – Она рассеянно перемешивает еду вилкой в тарелке. – Недавно исчезли некоторые из товарищей Максима. Знаю, для нас, иммигрантов, скитаться туда и обратно – обычное дело. Кто-то даже попадает за решетку. Но то были его друзья. Они бы не уехали, не попрощавшись. – Асель пожимает плечами. – Я сказала ему, чтобы не волновался, но теперь они оба, Максим и мой брат, на взводе.

Так много она еще не говорила после того, как мы покинули клуб.

– На взводе? То есть?

Асель пожимает плечами.

– Он все время пытается разнюхать, разузнать побольше. Я сказала ему, что нужно успокоиться и перестать лезть не в свое дело.

Звень.

Первая ложь. Но она не столь значительна. Возможно, Асель не пыталась его успокоить и лжет, чтобы замести следы. Или, может, не хочет, чтобы я проболталась нашим боссам, она им не доверяет.

– Мне интересно… А что ты делаешь в «Черном кролике»? – спрашивает девушка. – Не танцуешь и в баре не сидишь.

Она берет графинчик с молоком и наливает его в маленькую миску с гречкой. Это странно.

– Нужна была работа, и Константин мне ее предоставил. Я хотела… ну… сбежать от той жизни, которой жила.

– Я тебя понимаю, – улыбнулась мне Асель. Она словно убаюкивает свой напиток, держа рукой железный подстаканник с изображением советских космонавтов. – Извини, может, это прозвучит грубо, но ты странно пахнешь. Для меня как Перевертыша. Обоняние для нас очень важно.

Боже, снова этот запах! Перевертыши не устают твердить о нашем запахе. Они бы, вероятно, нюхали друг другу задницы, если бы это считалось приемлемым. Могу поклясться, что видела, как Джексон украдкой вдыхает запах моих волос и отшатывается.

– Не в плохом смысле! – добавляет она, расстроившись из-за моего молчания. – Ты пахнешь вкусно. Как яблочный сок и корица. Я просто не понимаю почему.

Ого. Никто раньше не давал такое красивое определение моего запаха. Конечно, это не похоже на то, что раньше мне говорили Сверхи. Наверное, она просто пытается быть доброй.

– Я Ведьма, – отвечаю ей. Не вижу смысла скрывать это, работая в клубе, полном Сверхов.

Асель выглядит приятно впечатленной.

– Боже мой! Какая у тебя сила?

Начинается.

– Отличаю правду от лжи, – с неохотой произношу я, ожидая разочарования, которое обычно отражается на лицах тех, кому становится известно о моих жалких способностях.

Однако Асель кажется более воодушевленной, чем прежде:

– Как круто! В моей деревне ты была бы очень популярна. Одна из наших селян называла себя Ведьмой Бражки, но думаю, что она притворялась. Ее варево никогда не помогало местным девушкам становиться красивее.

Меня пробивает на смех.

– Ты была единственным Сверхом в деревне?

– Мой покойный дедушка был таким же, как и я. Никого другого не знаю.

Асель рассказывает мне о бабушке с дедушкой и о своей маленькой деревушке в Казахстане. Оказывается, она ненавидит русский холод и не может дождаться того момента, когда они с Максимом заработают достаточно денег, чтобы уехать обратно и найти себе жилье.

Мы почти закончили с завтраком, и моя новая подруга берет телефон, чтобы проверить сообщения.

– Мне пора идти. Извини. Не спеши из-за меня. Останься, доешь.

Асель кладет деньги на стол и уходит, прежде чем я успеваю спросить ее о чем-либо еще. Однако когда она открывает дверь, то поворачивается и машет мне рукой.

– Увидимся сегодня ночью! – У нее заразительная улыбка.

– До скорого!

На улице начался снегопад. Я наблюдаю за тем, как она уходит, согревая руки своим медовым облепиховым чаем. Приятно иметь друга – прошло уже много времени с тех пор, как я обменивалась сплетнями с другой девушкой. Мне приходится повторять себе, что это только ради дела, что Асель мне не настоящая подруга, но все кажется таким реальным.

Улыбнувшись собственному отражению в морозном стекле, очищаю тарелку от остатков сырников. У меня есть зацепка. И у меня есть подруга.

Именно так я наконец-то нашла капельку тепла в этом холоде.