Кевин Нгуен – Новые волны (страница 26)
• Черная женщина – с большой грудью
• Черная женщина – с маленькой грудью
• Белый мужчина – с обычным пенисом
• Белый мужчина – с большим пенисом
• Белый мужчина – с очень большим пенисом
• Азиат – с обычным пенисом
• Азиат – с большим пенисом
• Азиат – с очень большим пенисом
• Черный мужчина – с обычным пенисом
• Черный мужчина – с большим пенисом
• Черный мужчина – с очень большим пенисом
• Белая женщина – блондинка, с обычным пенисом
• Белая женщина – блондинка, с большим пенисом
• Белая женщина – блондинка, с очень большим пенисом
• Монстр – с обычным пенисом
• Монстр – с большим пенисом
• Монстр – с очень большим пенисом
Персонажей можно адаптировать с учетом желаний заказчика. Пожалуйста, выберите базовую модель и опишите, какие физические характеристики вы хотели бы изменить. Постарайтесь объяснить все как можно подробнее.
Где все происходит?
Опишите сцену, которую вы хотите получить. Постарайтесь рассказать как можно подробнее.
Как и в самом первом заказе Виктора, люди обычно хотели чего-то вполне конкретного, но это были лишь небольшие вариации уже существующих сюжетов. Люди просили изобразить женщин с определенными прическами или татуировками или, например, демона с двумя членами. Фигня, а не работа. А платили хорошо, даже лучше, чем на фрилансе за веб-дизайн, и очень скоро почти весь доход Виктор стал получать от производства анимированной порнушки на заказ.
Как и любая работа, она становилась легче, по мере того как Виктор брал больше заказов, – отчасти потому, что он набивал руку, но еще потому, что каждый новый запрос формировал персонажа, которого можно затем использовать снова. В компьютере на рабочем столе у него хранилась папка с разными звуками, которые издавали порноактрисы, записи отсортированы и организованы по тональности и громкости. Со временем Виктор собрал коллекцию разных мужчин, женщин и промежуточных персонажей, способных совокупляться в любой позе, какую только можно вообразить.
В отличие от других аниматоров, принимавших схожие заказы, Виктор установил очень строгие правила касательно распространения своих работ. Любое порно под заказ делалось только для одного клиента. Если Виктор узнавал, что ролик загрузили на публичный порносайт, он переставал работать с этим человеком. Его репутация росла, и он проводил все больше времени на популярных порносайтах в поисках своих работ. Виктор сознавал, что ценность его искусства определяется не качеством, а редкостью.
И чем больше он занимался проектами по секс-анимации, тем меньше интересовался физической близостью. Может, дело было в сиськах и письках, которые он наблюдал дни напролет. Для Джилл жизнь описывалась посредством всего двух состояний: она либо оказывалась в тупике, либо нет. Их отношения, когда-то жаркие, теперь остыли. Но она знала, что это нормально. Тупик всегда в итоге преодолевается.
– Можешь поиграть, – сказал Виктор ранним субботним утром, пока Джилл пила кофе.
– Правда? – Джилл взглянула на него поверх газеты, которую она сложила в четыре раза, чтобы удобнее было разгадывать кроссворд. Виктор махнул в сторону своего стола.
Усевшись перед огромным компьютером Виктора, Джилл увидела на мониторе лишь одно слово, название игры: ОПИСЬ.
– Что мне делать?
– Думаю, мне лучше не объяснять.
– А есть инструкции?
– Сама разберешься.
– Можешь просто показать, что делать?
– Нет, я ухожу.
Виктор уже надел пальто.
– Погоди, ты серьезно? Уходишь?
– Да. Не могу же я находиться в одной комнате со всеми, кто играет, чтобы удостовериться, что другому человеку интересно.
– Но я же не все.
– Я просто посижу в кафе за углом. Напиши, как закончишь.
И Виктор ушел, не попрощавшись и не поцеловав ее. Компьютер излучал жар. «Как Виктор сидит здесь весь день?» – удивилась Джилл, ладони у нее уже вспотели.
Была ли она взбудоражена? Или встревожена? Ей ничего не оставалось, кроме как нажать клавишу пробела. И начать играть.
Системный блок загудел. На экране появилась дверь в квартиру.
В игре, как и обещал Виктор, не было никаких пояснений. Джилл потребовалось какое-то время, чтобы понять, как двигаться. Мышкой можно было контролировать направление взгляда, и вскоре Джилл сообразила, что стрелки на клавиатуре меняют направление движения. Мышка вроде как была ее головой, а клавиатура – ногами. Она неуклюже подошла к двери. Та не поддалась.
Джилл попыталась снова нажать «пробел». Ничего. Попробовала ENTER. Опять ничего. Кликнула мышкой. Дверь открылась, анимация оказалась резкой и слишком быстрой. Джилл подумала, что Виктору понадобится ее мнение, так что нашла стикер возле клавиатуры и записала:
Войдя внутрь, Джилл очутилась в коридоре. Трехмерное пространство освещено скудно, тускло, зловеще. Игра задумывалась страшной? Если так, у Виктора получилось. Джилл двинулась по коридору к свету, льющемуся из-за угла. Повернула направо – кухня и гостиная. Но никакой мебели. Пустая квартира.
Она продолжила движение вперед. В кухне нашла еще одну дверь. Кликнула по ней. Дверь открылась с той же неубедительной анимацией, что и входная. Джилл подчеркнула свою запись на стикере.
Как она и ожидала, следующая комната оказалась спальней. Планировка квартиры в игре напоминала их собственную. Потребовалось время, чтобы понять это, вот только в виртуальной квартире не было никаких вещей. Это значило, что в спальне есть еще одна дверь – в кабинет Виктора.
В спальне, как и в кухне и гостиной, не было никакой мебели. Она казалась огромной, словно пещера, – без кровати, книжных полок и одежды, разбросанной по полу, в отличие от их настоящей спальни. Джилл прошла к кладовке. Кликнула, открыла. Ничего, за исключением вешалок.
Она пошла дальше. Как и ожидала, наткнулась на дверь в кабинет Виктора. Но выглядела та иначе. Предыдущие две были коричневыми, рельефными, будто деревянными. А эта – черная. Снизу сочился свет, подсказывая, что в комнате кто-то есть. Джилл почувствовала, как забилось сердце.
Клик мышкой, и дверь медленно, со скрипом начала открываться – анимация была более проработанной, чем с предыдущими дверями, – за ней скрывалась темная комната. Джилл глотнула воды, выдохнула и переступила через порог.
Комната не была кабинетом Виктора. Перед Джилл обнаружился еще один коридор, похожий на тот, что был вначале. Выходит, открыв дверь кабинета, она переместилась в начало игры. Должно быть, какой-то баг. Джилл повернулась и попыталась вернуться в спальню, но клик мышкой на этот раз ничего не дал. Тогда она снова пошла по коридору, через кухню и гостиную – в спальню.
На этот раз в спальне имелась кровать. Ее появление поразило Джилл. Это была их кровать, смоделированная с поразительной точностью. Джилл обошла ее, рассмотрела темную раму и рисунок древесины, постельное белье в точности как у нее – горчичного цвета пододеяльник и белые простыни. Разница только в том, что постель в игре заправлена, а не смята, как в реальной жизни. Отвернувшись от монитора, Джилл посмотрела в соседнюю комнату, на их настоящую кровать.
Вновь открыв дверь кабинета, Джилл очутилась в том же самом коридоре. Прошла в кухню, на этот раз заметила появление их обеденного стола и двух одинаковых стульев. Рассмотрев все подробнее, Джилл обнаружила то же поразительное внимание к деталям, как и в случае с кроватью. Она прошла через гостиную в спальню, где вновь увидела кровать, а затем через дверь кабинета вернулась в коридор.
Игра была закольцована. Каждый раз Джилл завершала свой тур по квартире и возвращалась к началу. И с каждым проходом находила новый предмет. Виктор начал с крупных вещей – дивана, полок, комодов, – но, по мере того как Джилл все дальше углублялась в игру, новые предметы становилось все труднее найти – маленькие растения, одежда в кладовке, чайник на плите. Джилл не понимала, в чем смысл игры, ведь не было никакой конкретной цели, но ей нравилась эта небольшая таинственность и поиски нового предмета, который появлялся в квартире с каждым проходом.
Джилл потеряла счет, сколько она совершила кругов. Но по мере углубления в игру ее одолела тоска. Изменения стали столь мелкими, что Джилл утратила интерес к их поиску и начала проходить круги как можно быстрей. Артефакты начали скапливаться – похоже, им не было конца – и все больше загораживали обзор. Странно, но Джилл обнаружила, что может проходить сквозь предметы, будто она призрак. Вещи при этом сжимались и искажались.
В какой-то момент, когда игра достоверно, в деталях отобразила все в квартире Джилл и Виктора, стали появляться новые объекты. Лишние стулья и столы, воображаемые растения и лампы, телевизоры и зеркала. Новые вещи оказывались все более абсурдными: пляжный зонтик, автомобильная шина, огромная менора, статуя Давида. В итоге квартира настолько переполнилась, что превратилась в свалку неправильных многоугольников, сталкивающихся друг с другом в пустом пространстве. Джилл предположила, что раз у игры есть начало, должен быть и финал. Очевидно, нет.