Кевин Нгуен – Новые волны (страница 23)
На такси мы доехали за двадцать минут, и теперь я наблюдал, как Джилл осматривает мою квартиру. Мы встречались уже несколько недель, но она еще ни разу не бывала у меня. По сравнению с ее квартирой, чистой и обставленной с любовью, соответствующей взрослой самостоятельной женщине, моя походила на комнату в студенческом общежитии. Раковина забита посудой, переполненное мусорное ведро – достояние двух соседей, которые так и не разделили обязанности по дому, – и отсутствие мебели или украшений на стенах; впервые я упрекнул себя за это. Джилл воздержалась от осуждения – по крайней мере, не произнесла его вслух. Я быстро утянул ее в спальню, которая представляла собой не меньшую катастрофу, чем общее пространство квартиры, но это был хотя бы мой беспорядок. Грязная одежда валялась на полу, и, что еще постыднее, пустые банки из-под пива выстроились у кровати.
Ноутбук Марго стоял на столе. Джилл села на кровать, пока я загружал компьютер. Я вошел с паролем, записанным на бумажке, все еще прилепленной к экрану.
– Это пароль Марго?
Джилл схватила ручку со стола и поискала ненужную бумажку. Ее устроил нераскрытый конверт неоплаченного счета. Она нацарапала:
– Это Мэвис Бикон!
– Что за Мэвис Бэкон?
– Нет,
– Ладно, и кто это?
– Ну, знаешь, она умеет… такое. – Подбирая слова, Джилл вытянула руки и произвела жест, будто играла на пианино.
– Она пианистка.
– Нет, как же это называется? – Движения Джилл стали более резкими, пока она пыталась вспомнить верное слово. Может, накладывала заклятье?
– Она… ведьма. Мэвис Бикон ведьма.
– Нет, на компьютере. Игра для печатания текста. С машинкой.
– Похоже, «ведьма».
–
– Что это значит?
– Это
– Повторяя это имя, ты мне ничего не объяснишь.
Она рассмеялась и мягко шлепнула меня по плечу.
– Мэвис Бикон – это программа, которая учила людей печатать слепым методом, – пояснила Джилл. – Мы пользовались этой прогой на информатике в пятом классе. Вообще-то это игра, в которой нужно преследовать машину, и можно ускориться, если напечатать достаточно слов подряд быстро и без ошибок.
Джилл открыла статью в «Википедии» «Мэвис Бикон учит печатать».
– Боже, так Мэвис Бикон – не реальный человек? – поразилась она.
Не существовало никакой Мэвис Бикон. Это было имя, придуманное для программы. Но у имени имелось лицо реального человека.
Джилл продолжила читать «Википедию». Имя Мэвис выбрали в честь любимой певицы в жанре соул одного из разработчиков, а фамилию Бикон – потому что она казалась подходящей для учительницы: мисс Бикон, которая буквально будет вас направлять.[21]
– Что ж, довольно очевидно, – заметила Джилл.
Я хотел знать больше. Почему Марго выбрала такой пароль?
– Что там дальше? – спросил я.
Владелец программы нашел женщину, которая стала моделью для Мэвис Бикон, она работала в парфюмерном отделе в магазине «Сакс Фифс-Авеню» в Беверли-Хиллз. Родилась на Гаити, ее звали Рене Л’Эсперанс.[22]
– Возможно, это имя еще больше подходит, чем Мэвис Бикон.
Я притянул к себе компьютер.
– А знаешь, она слегка похожа на Марго.
– Правда?
Помимо статьи в «Википедии», о Рене Л’Эсперанс в интернете почти ничего не нашлось. Единственное, что я узнал: хотя она стала лицом «Мэвис Бикон учит печатать», но не получила никаких процентов с продаж программы. Ходили слухи, что она вернулась на Карибы.
– Думаешь, это важно? Что паролем она выбрала «Мэвис Бикон»?
– Многие люди знакомились с компьютером, начиная печатать, – ответила Джилл. – И этот навык олицетворяла Мэвис Бикон. То есть для множества детей именно образ черной женщины стал ассоциироваться с техникой.
– Представь, вот ты растешь, знакомишься с компьютером и ожидаешь, что мир полон других черных женщин, – сказал я. – Но Марго была единственной черной женщиной в обеих компаниях, где я работал. Она часто говорила мне, какое это разочарование.
Я отправился на кухню и вернулся с парой банок пива. Джилл бесцеремонно сгребла пустые пивные банки у постели в мусорку. Я кивнул, надеясь, что она оценит это как смущение и благодарность.
– Думаешь, для этого существуют правила? – спросила Джилл.
– Для чего именно?
– Если у нас есть пароль Марго, это еще не значит, что мы имеем право им пользоваться. – Джилл помолчала, затем задала напрашивающийся вопрос: – Как ты вообще его раздобыл?
– Долгая история. Но я вошел в компьютер Марго, только чтобы дезактивировать ее аккаунт в фейсбуке. – Помолчал и добавил: – По просьбе ее матери. – Прозвучало это как оправдание.
– Ты входил в какие-то аккаунты Марго?
– Нет. Только на «Фантастической планете».
– Никогда не пользовался ее почтой или чем-то еще?
– Почтой никогда.
– А почему зашел на «Планету»?
– Богом клянусь, я просто начал набирать слово «фейсбук», а всплыла «Фантастическая планета».
– А мама тебе это разрешила?
– Нет, но иначе я бы не нашел тебя. И если бы мне не повезло заполучить ее пароль, я бы никогда не смог рассказать тебе, что случилось с Марго.
Джилл глотнула пива.
– Но это не значит, что правил не существует. Марго, может, и погибла, но она все еще имеет право на личное пространство.
Об этом я не подумал. Какое личное пространство у покойника? Но, возможно, Джилл права. Надо было об этом подумать. Я кивнул, соглашаясь.
– Мы только найдем ее музыку с PORK и закончим на этом, – объявила Джилл. – Мы похороним
– Но тебе совсем не интересно, что у нее в почте?
– Лукас, нельзя заглядывать в ее почту. Почта – это как центр вселенной.
Я снова согласился. Почти.
– То есть когда мы закончим сегодня, я выкину бумажку с паролем.
– Да, мы закончим, – сказала Джилл. – После этого.
Казалось поздновато для морализаторства. Шлюзы уже открылись.
– Ладно, начнем. – Я набрал пароль
Поискал аудиофайлы, но не нашел ничего похожего на музыку.
– Думаешь, она хранила ее на отдельном жестком диске, как ты?
Возможно, но я не видел ничего такого в спальне Марго. Я продолжил сканировать компьютер. Никакой музыки. Но поиск аудиофайлов обнаружил любопытную папку, названную «Фантастическая планета». Внутри – только файлы с расширением WAV, несжатые аудио. С названиями и датами. Я кликнул на один и…