Кевин Митник – Призрак в Сети. Мемуары величайшего хакера (страница 3)
Несколько недель я ходил в вечернюю школу. Там вдумчиво изучал схемы и нормы любительского радио, чтобы сдать письменный экзамен.
Мой отец и дяди по профессии занимались продажами и у них всех был подвешен язык. Думаю, я унаследовал это качество от них. С самого раннего детства я мог убедить людей оказать мне услугу. Вот и в тот день, когда мне пришла в голову эта гениальная идея, я прошел в начало автобуса и сел поближе к водителю. Когда он остановился на светофоре, я сказал: «Знаете, мне тут в школе дали творческое задание. Мне нужен дырокол, чтобы пробивать им на картоне разные узоры. Вот бы мне такой дырокол, как тот, которым вы пробиваете пересадочные талоны. Не подскажете, его можно где-нибудь купить?»
Я и не думал, что водитель поверит в такую чушь. Полагаю, у него просто не возникло мысли о том, что такой пацан, как я, может им манипулировать. Он сказал мне название магазина, я позвонил туда и узнал, что они действительно продают дыроколы по 15 долларов за штуку. Могли ли вы в 12 лет убедительно выпросить у матери 15 долларов? У меня все прошло как по маслу. Уже на следующий день я купил в магазине дырокол. Однако это был только Первый Шаг. Где мне раздобыть непробитые талоны?
Хорошо, а где моют автобусы? Я пошел в ближайший автопарк, нашел недалеко большой мусорный ящик, заглянул внутрь…
Джекпот!
Я набил карманы талонными книжками, в которых была масса непробитых билетов. Это был мой первый, и далеко, далеко не последний опыт в том, что позднее назовут «дампстер-дайвингом» – копанием по мусоркам в поисках чего-нибудь ценного.
Память у меня всегда была отличной. Мне удалось запомнить расписание большинства автобусов долины Сан-Фернандо. Я стал ездить на них повсюду, куда только можно было доехать: округ Лос-Анджелес, округ Риверсайд, округ Сан-Бернардино. Я наслаждался видами этих разнообразных мест, осматривая окружающий мир [5].
В своих странствиях я познакомился с мальчишкой Ричардом Уильямсом. Он делал то же, что и я, но с двумя существенными отличиями. Во-первых, Ричард мог ездить бесплатно на вполне законных основаниях: его катал отец, который был водителем автобуса. Второе, что нас отличало (по крайней мере, поначалу) – разница в весе. Ричард был очень грузным. По пять-шесть раз в день он хотел заглянуть в фастфудную Jack in the Box[6] и слопать там Супер Тако. Я почти сразу перенял его привычку неправильно питаться и стал толстеть.
Вскоре и какая-то блондиночка с косичками, с которой мы вместе ездили на автобусе в школу, сказала: «Ты так-то милый, но жирок мешает. Тебе бы похудеть.»
Мой отец и дяди по профессии занимались продажами и у них всех был подвешен язык. Думаю, я унаследовал это качество от них.
Думаете, я последовал ее грубому, но, бесспорно, дельному совету? Нет, конечно!
Не возникло ли у меня проблем из-за лазанья по мусоркам, махинаций с пересадочными талонами и бесплатным катанием? Ни малейших. Мама хвалила мою находчивость, отец видел в этом проявление инициативности, а водители автобусов, знавшие, что я сам пробиваю себе билеты, находили это очень забавным. Будто все вокруг только и говорили: «Какой молодец!»
Но я и без чужих восхищений моими шалостями шел бы по скользкой дорожке. Мог ли кто-нибудь подумать, что простой поход за покупками преподаст мне урок и заставит сделать на жизненном пути серьезный поворот, который вел в нерадужное будущее.
Глава 2
Просто посмотреть
Многие еврейские семьи, которые не отличаются религиозностью, все равно хотят, чтобы сын прошел обряд бар-мицвы [8]. Я был как раз таким сыном. Во время обряда мальчик стоит перед членами общины и читает отрывок из свитка Торы на иврите. Как известно, в иврите используется особенный алфавит, с такими символами, как מּ, כ, פּ и т. п. Поэтому на то, чтобы выучить фрагмент из Торы, может уйти несколько месяцев.
Я был зачислен в еврейскую религиозную школу в Шерман-Оукс, но меня выгнали за то, что я валял дурака на уроках. Тогда мама устроила мне индивидуальные занятия с кантором, и я больше не мог читать техническую литературу под столом. Мне удалось выучить отрывок достаточно хорошо и выполнить свой долг. Я вслух прочитал этот фрагмент перед общиной, запинаясь не более, чем обычно, и не оконфузился.
Позже родители ругали меня за то, что я пытался передразнивать акцент и жестикуляцию раввина. Однако я это делал подсознательно. Потом узнал, что такая техника очень эффективна, поскольку человека привлекают люди, похожие на него. Так в юном возрасте совершенно неосознанно я уже занимался тем, что позже стало называться социальной инженерией. Эта ненамеренная или намеренная манипуляция заставляла людей делать вещи, которые они не сделали бы сами по себе. Убеждать их, что так и надо, не вызывая подозрений.
Потом на приеме в ресторане «Одиссей» на меня пролился целый дождь подарков от родственников и других свидетелей бар-мицвы. Среди этих подарков я получил и несколько долгосрочных облигаций банка США, которые составили в денежном выражении удивительно кругленькую сумму.
Будучи жаждущим читателем с особыми вкусами, я набрел на книжный магазин Survival в Северном Голливуде – небольшую лавку в бедноватом районе. Заведовала ею немолодая приветливая дама-блондинка, она разрешила обращаться к ней по имени. Там я словно обнаружил пиратский клад. В те годы моими кумирами были Брюс Ли, Гарри Гудини и Джим Рокфорд – крутой сыщик, которого блестяще сыграл Джеймс Гарнер в сериале «Досье детектива Рокфорда». Рокфорд умел взламывать замки, манипулировать людьми и выдавать себя за другого человека в считанные секунды. Я очень хотел научиться всем этим классным трюкам.
В магазине Survival нашлись книги о том, как овладеть всеми приемами Рокфорда, и не только. С 13 лет я проводил здесь многие выходные, читая целыми днями одну книгу за другой. Например, книгу Барри Рейда «Путешествие с бумажкой». В ней рассказывалось, как создать себе новую личность при помощи свидетельства о рождении уже умершего человека.
В книге «Игра в Большого брата» за авторством Скотта Френча, было все, о чем можно было только мечтать: инструкции, как завладеть личным делом водителя, выписками из имущественного реестра, кредитными историями, данными о банковском счете, засекреченными телефонными номерами и даже про то, как выуживать информацию из полицейских участков. Позже, когда Френч писал второй том, он позвонил мне и поинтересовался, не хочу ли я написать главу о социальной инженерии при манипулировании телекоммуникационными компаниями. В то время мы с соавтором как раз писали нашу вторую книгу
Как вы уже поняли, магазин ломился от подпольной литературы – книг, которые учили запретным вещам. Мне это очень нравилось, так как всегда страшно хотелось сорвать такой запретный плод с древа. Я впитывал знания, которые оказались просто бесценными через 20 лет, когда я был в бегах.
Помимо книг меня привлекли и другие их товары – наборы отмычек. Я купил несколько разных видов.
Есть известный американский анекдот: «Как же попасть в Карнеги-Холл?» (Престижнейший Нью-Йоркский концертный зал)
Ответ: «Практика, практика, практика!» [9]
Именно на практике я постигал искусство вскрытия замков. Находил время и спускался в общий гараж нашего дома, где было множество ячеек для временного хранения вещей. Все они запирались на висячие замки. Там я их вскрывал, менял местами и снова закрывал. Тогда эти проделки казались мне веселыми розыгрышами, но теперь я понимаю, что вызвал у многих людей праведный гнев и доставил им немало хлопот, не говоря уже о тратах на новый замок после снятия старого. Все это кажется смешным только подростку.
Однажды, когда мне было около 14, мы гуляли с дядей Митчеллом, который тогда являлся для меня примером для подражания. Мы отправились в службу регистрации транспортных средств, внутри было полным-полно народу. Дядя велел мне подождать, а сам пошел регистрироваться (да, так и пошел мимо длинной очереди).
В книге «Игра в Большого брата» за авторством Скотта Френча, было все, о чем можно было только мечтать: инструкции, как завладеть личным делом водителя, выписками из имущественного реестра, кредитными историями, данными о банковском счете, засекреченными телефонными номерами и даже про то, как выуживать информацию из полицейских участков.
Скучающая дама в окошке, с удивлением взглянула на него. Дядя не дал ей закончить работу с мужчиной перед ним и просто начал говорить. Стоило ему сказать всего несколько слов, как женщина кивнула, попросила мужчину пропустить дядю и зарегистрировала его. Мой дядя умел находить подход к людям.
Кажется, и у меня был такой талант. Это оказался первый на моей памяти практический пример социальной инженерии.
Как ко мне относились люди в средней школе Монро? Учителя сказали бы, что я всегда вытворял какие-то неожиданные вещи. Пока другие ребята относили телевизоры для починки в ремонтные мастерские, я шел по стопам Стива Джобса и Стива Возняка и стал сам делать синюю коробку, помогающую мне манипулировать телефонной сетью и даже бесплатно звонить. Я всегда брал с собой в школу портативную рацию и говорил по ней во время обеда и на переменах.