Кевин Митник – Призрак в Сети. Мемуары величайшего хакера (страница 2)
Пора идти обратно. Мой товарищ уже заменил звуконепроницаемую плитку.
Уходя, я закрываю дверь на замок.
На следующий день в 08:30 системный администратор включает компьютер и устанавливает соединение с моим ноутбуком. Поскольку троян работает под его учетной записью, у меня есть все права администратора в этом домене. Всего за несколько секунд я нахожу контроллер, который содержит пароли от всех учетных записей сотрудников этой компании. Хакерский инструмент fgdump позволяет мне собрать в отдельном файле хешированные, то есть зашифрованные пароли каждого пользователя.
За несколько часов я прогоняю список хешей через «радужные таблицы» – огромную базу данных, содержащую заранее расшифрованные хеши паролей, – и восстанавливаю пароли большинства сотрудников этой компании. В конце концов я нахожу внутренний сервер, который обрабатывает пользовательские транзакции, но понимаю, что номера кредитных карточек зашифрованы. Однако это совсем не проблема. Оказывается, ключ, используемый для шифрования номеров, спрятан в хранимой процедуре внутри базы данных на компьютере так называемого «SQL-сервера», доступ к которому открыт для любого администратора базы данных.
Несколько миллионов номеров кредитных карточек. Я могу покупать все, что захочу, каждый раз пользоваться другой карточкой, а главное – они никогда не закончатся.
Но я ничего не купил. Эта правдивая история не очередная попытка хакинга, из-за которого я нажил себе уйму неприятностей. Меня
Мы сокращенно называем такую операцию пен-тестом. «Пен» означает пенетрацию, то есть проникновение. Это значительная часть той жизни, которой я теперь живу. Я проскальзывал в здания крупнейших мировых компаний, взламывал самые неприступные компьютерные системы, которые когда-либо разрабатывались. Все это происходило по поручению самих этих компаний. Такие тесты помогали им совершенствовать меры безопасности, чтобы компания не стала жертвой настоящего хакера. Я во многом самоучка и потратил немало лет на изучение методов, тактики и стратегии, позволяющих преодолевать компьютерную защиту и лучше понимать принципы работы компьютерных и телекоммуникационных систем.
Страсть к технике и увлеченность ею толкнули меня на скользкую дорожку. Хакерские проделки стоили мне более пяти лет за решеткой, а моим близким и любимым людям – невероятной душевной боли.
В этой книге – моя история. Настолько подробная и точная, насколько я могу ее припомнить. С оглядкой на мои личные записи, протоколы судебных заседаний, документы, полученные по закону о свободном доступе к информации, перехваченные ФБР телефонные разговоры, скрытые записи, многочасовые показания и беседы с двумя правительственными информаторами.
Это история о том, как я стал самым разыскиваемым и востребованным хакером в мире.
Имена Бетти, Дэвид Биллингсли, Джерри Коверт, Кумамото, Скотт Лайонз, Мими, Джон Нортон, Сара и Эд Уолш вымышлены. Под ними выступают реальные люди, с которыми мне доводилось сталкиваться. Я воспользовался этими псевдонимами, потому что хоть и умею хорошо запоминать числа и ситуации, но настоящие имена иногда забываю.
Часть I
Рождение хакера
Глава 1
Жесткий старт
Мой инстинкт, который помогал обходить преграды и охрану, проявился очень рано. Когда мне было полтора года, я сумел выбраться из кроватки, доползти до детских ворот в дверном проеме и отпереть их. Для моей мамы это был первый звоночек, предвещавший будущие невероятные события.
Я рос единственным ребенком в семье. После того как от нас ушел отец (мне было три года), мама Шелли и я жили в симпатичных недорогих квартирках в спокойных районах долины Сан-Фернандо, а прямо за близлежащим холмом начинался Лос-Анджелес. Мама зарабатывала на хлеб, работая официанткой то в одной, то в другой забегаловке, которые были разбросаны вдоль бульвара Вентура, что протянулся с востока на запад по всей долине. Отец жил в другом штате. Пусть он и заботился обо мне, но появлялся в жизни лишь изредка, пока не перебрался в Лос-Анджелес, когда мне было уже тринадцать.
Мы с мамой переезжали слишком часто, поэтому мне было сложно заводить друзей. Почти все раннее детство у меня был уединенный и сидячий образ жизни. Когда я пошел в школу, учителя часто говорили маме, что у меня удивительные способности к математике и правописанию, и я на несколько лет опережаю свой возраст. Однако я был неугомонным мальчишкой, и мне было сложно сидеть на месте.
Пока я рос, мама трижды выходила замуж и сменила еще несколько мужчин. Один из них меня обижал, другой, работавший в какой-то правоохранительной организации, пытался совратить. Мама, в отличие от других матерей, о которых мне доводилось читать, никогда не закрывала на это глаза. Как только она узнавала, что меня обижают или даже грубо разговаривают, любовники собирали манатки и исчезали. Оправдываться не буду, но могли ли эти жестокие мужчины оказать какое-то влияние на мою взрослую жизнь, через которую красной нитью прошло неповиновение авторитетам?
Моей любимой порой года было лето, особенно когда у мамы был перерыв между сменами в середине дня. Мне очень нравилось ходить с ней на чудесный пляж Санта-Моника. Мама любила лежать на песке, загорать, расслабляться и смотреть, как я плескался в прибое: волна сшибала меня, а я выныривал с хохотом из воды. Плавать я научился в лагере YMCA (Христианской ассоциации молодых людей), где несколько лет отдыхал летом. На самом деле меня раздражало там абсолютно все, кроме прогулок на пляж.
В детстве у меня не было проблем с физкультурой, я с удовольствием играл в Малой бейсбольной лиге [2], нередко проводя свободное время за тренировками с битой. Однако страсть, которая определила ход моей жизни, началась лет в десять. У наших соседей была дочка примерно моего возраста. Она мне очень нравилась и отвечала взаимностью. Признаюсь, она даже танцевала передо мной голышом. Однако в те годы меня интересовала не ее прелесть, а то, что мог мне дать ее отец, – волшебство.
Этот дядя был успешным фокусником. Его трюки с картами, монетками и масштабные иллюзии страшно занимали меня. Но что гораздо важнее, я увидел, как его зрители – то один, то трое, то целый зал – получали удовольствие от того, что их обманывают. Тогда эта мысль не была осознанной. Однако позже я понял, насколько людям нравится покупаться на фокусы. Это ошеломляющее открытие изменило всю мою жизнь.
Лавка волшебника, расположенная от нас на расстоянии всего лишь краткой велосипедной прогулки, стала моим прибежищем, где я проводил все свободное время. Именно магия научила меня обманывать людей.
Иногда я ездил туда не на велосипеде, а на автобусе. Прошло пару лет и однажды Боб Аркоу, водитель автобуса, заметил, что я надел футболку с надписью “CBers Do It on the Air”[3]. Он рассказал мне, что недавно нашел полицейскую рацию фирмы Motorola.
Я предположил, что через нее Боб теперь может прослушивать переговоры на закрытых полицейских частотах, а это, конечно же, было очень круто. Оказалось, водитель просто пошутил. Однако он был заядлым радиолюбителем и своим энтузиазмом заразил меня. Боб научил, как, используя радиочастоты, бесплатно звонить по телефону с помощью службы, которая называлась «автопатч». Поддерживали ее такие же любители, как он сам. Бесплатные телефонные звонки! Невозможно передать, как это меня впечатлило. Я просто подсел на радиосвязь.
Несколько недель я ходил в вечернюю школу. Там вдумчиво изучал схемы и нормы любительского радио, чтобы сдать письменный экзамен. Освоил и азбуку Морзе, по крайней мере столько, чтобы соответствовать требованиям. Вскоре почтальон принес конверт из Федеральной комиссии по связи. Там лежала моя лицензия на любительские занятия радиосвязью. Немногие дети в 12 лет могли похвастаться таким документом. Меня охватило чувство огромного удовлетворения.
Обманывать людей фокусами было клево. Однако разбираться в том, как работают телефонные системы, оказалось гораздо круче. Я хотел досконально знать всю внутреннюю кухню телефонных операторов. В начальной и средней школе, где-то до седьмого класса, я учился очень хорошо. Примерно в восьмом или девятом классе начал прогуливать уроки и зависать в Henry Radio – любительском радиомагазине на западе Лос-Анджелеса. Я часами читал книги по теории радиосвязи. Наведаться туда для меня было, как съездить в Диснейленд. Кроме того, мои навыки пригождались людям. Какое-то время я подрабатывал по выходным и осуществлял техническую поддержку радиосвязи в местном отделении Красного Креста. Однажды летом я целую неделю занимался подобной работой на олимпиаде для спортсменов с особенностями развития.
Катаясь на автобусах, я словно был туристом на каникулах – наслаждался красотами города, хотя многие из них видел не раз. Это было в Южной Калифорнии. Погода там практически всегда великолепная, если, конечно, не висит смог. В те годы ситуация со смогом была гораздо хуже, чем сейчас. Билет на автобус стоил 25 центов, еще 10 центов приходилось платить за пересадку. На летних каникулах, пока мама работала, я иногда катался на автобусе целыми днями. Мне тогда было 12, но я уже любил замышлять неладное. В один прекрасный день я осознал, что