Кевин Андерсон – Песчаные черви Дюны (страница 26)
Он остановился перед дверью каюты Джессики. «Я встречу свой страх лицом к лицу». Кажется, это часть литании, которую так часто повторяют ведьмы. В своем нынешнем воплощении Джессика и Юэ были достаточно близки для того, чтобы считать себя друзьями. Но теперь, когда он действительно стал доктором Веллингтоном Юэ, все изменилось.
«Сейчас у меня появился второй шанс, – подумал он. – Но мой путь к искуплению будет долог и тернист».
Джессика открыла дверь на сигнал.
– О, привет, Веллингтон. Мы с внуком как раз читаем голографическую книгу о молодых годах Пола, один из тех томов, которые бесконечно писала принцесса Ирулан. – Она пригласила Юэ в каюту, где на покрытом ковром полу, скрестив ноги, сидел Лето II. Лето был одиночкой, однако много времени проводил со своей «бабушкой».
Юэ нервно вздрогнул, когда Джессика закрыла дверь. Путь к отступлению был отрезан, и Юэ ощутил обреченность. Он опустил глаза и, тяжело вздохнув, произнес:
– Я хочу просить у вас прощения, миледи. Хотя и понимаю, что вы никогда не сможете меня простить.
Джессика положила ладонь на его плечо.
– Мы уже прошли через это. Ты не можешь чувствовать вину за то, что ты совершил так давно. Да к тому же на самом деле это был вовсе не ты.
– Нет, это был я, потому что я все очень хорошо помню. Мы, гхола, были созданы с одной определенной целью, и должны принять на себя груз последствий.
Джессика нетерпеливо посмотрела на него.
– Мы все знаем, что ты сделал, Веллингтон. Я приняла это и давно простила тебя.
– Но простите ли вы меня после того, как
– Для нас это пока неизведанная территория, белое пятно, но подозреваю, что у каждого из нас есть вина, которую надо загладить. – Она изо всех сил старалась его утешить, но он чувствовал, что не заслуживает этого.
Лето остановил демонстрацию фильма, в глазах его сверкнуло понимание.
– Лично я собираюсь отвечать только за то, что совершу в своей второй жизни.
Джессика ласково провела пальцем по щеке Юэ.
– Я не могу себе представить, через что тебе пришлось пройти, чтобы восстановить память. Но скоро, наверное, узнаю. Но тебе надо думать, о том, каким ты должен стать, а не о том, каким ты боишься стать.
Она произнесла это очень просто и обыденно, но, несмотря на все свои усилия, Юэ так и не смог успокоиться.
– Но что, если и во второй жизни я сделаю что-то постыдное?
Выражение лица Джессики стало жестким.
– Тогда никто не сможет тебе помочь.
Волны бились о черные рифы Баззелла, поднимая в воздух тучи мелких брызг. Рядом с бывшей опальной сестрой Командующая Мать Мурбелла стояла на краю маленькой бухточки, наблюдая за веселыми играми фибий в воде. Они резвились – амфибии с гладкой, лоснящейся, как у дельфинов, кожей, – ныряя под высокие волны, а потом выпрыгивая на поверхность.
– Они любят свою свободу, – сказала Користа.
«Как дельфины морей древней Земли», – подумала Мурбелла, восхищаясь их совершенной формой. Они люди, но как разительно все же отличаются от нас.
– Мне было бы интереснее наблюдать, как они собирают камни су. – Она подставила лицо соленому ветру. На небе скапливались серые тучи, но влажный воздух оставался теплым.
– Наши долги из-за войны достигли астрономических сумм, кредит превзошел всякие разумные границы, некоторые из наших поставщиков согласны теперь принимать только твердую валюту – такую, как камни су.
Покинув несколько месяцев назад Окулиат, Мурбелла посетила множество планет, изучая готовность их населения к обороне. Осознав грозившую опасность, местные цари, короли, президенты и военные диктаторы были готовы предоставить свои боевые корабли в дополнение к поставкам Гильдии, которая продавала Мурбелле корабли, построенные на верфях Джанкшн. Все правительства, все союзы и федерации планет лезли из кожи вон, чтобы изобрести или купить новое вооружение, чтобы использовать его против Врага, но пока никакое оружие не оказалось эффективным. Иксианцы продолжали испытания своих облитераторов, производить которые оказалось труднее, чем ожидалось. Мурбелла продолжала требовать работы, материалов и жертв, каковых все равно оказывалось недостаточно.
Война между тем продолжалась. Смертоносные болезни не переставали собирать свою жатву. Машинные флотилии уничтожали все населенные планеты на своем пути. Недалеко от зоны боевых действий три подставные Шианы пытались поднять на борьбу людей, буквально зажатых между молотом и наковальней, но без успеха. Пока же, с начала наступления Омниуса, Мурбелла не могла припомнить ни одной одержанной над машинами победы.
В моменты глубокого отчаяния шансы на победу в войне казались Мурбелле призрачными, а трудности и препятствия непреодолимыми. Тысячелетия назад человечество уже было в такой невозможной ситуации, и люди устояли только потому, что смирились с невероятной ценой, которую пришлось заплатить за победу в Батлерианском джихаде. Люди использовали атомные заряды, с помощью которых они уничтожили машины, но одновременно погубили и триллионы душ, томившихся в рабстве у мыслящих машин. Это была пиррова победа, оставившая неизгладимое пятно на совести человечества.
И вот теперь, после принесения неисчислимых жертв, Омниус вернулся как сорняк, корни которого так и не были уничтожены. Если наступление машин будет продолжаться в том же темпе, то через год-два человечеству придется дать последнее в своей истории сражение.
Как только иксианским промышленникам удастся запустить в серию облитераторы, все военные силы обитаемой Вселенной должны будут образовать единый фронт в космосе. Но, как понимала Мурбелла, сделать это можно будет очень и очень не скоро.
– За истекшие два года добыча камней су возрастала каждый месяц, – рассказывая, Користа не отрывала взгляд от забав водяных созданий. – Фибии стали трудиться более производительно с тех пор, как их перестали мучить и притеснять Досточтимые Матроны. Они никогда так не резвились в воде раньше. Теперь они считают воды Баззелла своим домом, а не тюрьмой.
Користа, бывшая Преподобная Мать и селекционная наставница, была изгнана из Ордена за то, что пыталась сохранить у себя рожденного ею ребенка, теперь она стала надзирательницей за добычей камней су. Она следила за добычей, очисткой и фасовкой перламутровых гемм, которые регулярно продавались посредникам из КАНИКТ.
– Пусть так, но нам нужно еще больше камней су.
– Я поговорю с фибиями, Командующая Мать. Я объясню им, как велика наша потребность, расскажу, что Враг подходит к нашим пределам. Ради меня они будут трудиться еще усерднее. – Користа улыбнулась загадочной улыбкой. – Я попрошу их об одолжении.
– И это поможет?
Сестра Користа пожала плечами. Фибии высоко выпрыгивали из воды, а потом с плеском, поднимая брызги, падали назад, а Користа, смеясь, приветливо махала им рукой. Они, казалось, знали, что она смотрит на них. На воде плясали солнечные блики. Может быть, фибии специально устроили это представление?
Внезапно вблизи от беззаботно плещущихся в воде созданий из глубин вынырнула какая-то змееподобная тень. Над волнами возникла безглазая голова с раскрытой пастью, усаженной рядом сверкающих кристаллических зубов. Голова поворачивалась из стороны в сторону, стремясь уловить, откуда исходит вибрация, вызванная ударами перепончатых ласт по воде. Так ориентировались в воде и древние морские змеи.
Мурбелла затаила дыхание. К ее изумлению, она узнала в этих ужасных тварях песчаных червей Ракиса, правда, эти монстры были в длину не более десяти метров. Черви, живущие в воде? Это невозможно! Что это – морские черви?
Користа стремительно бросилась к берегу и вошла в воду по колено. Фибии уже увидели чудовище и пытались теперь плыть к берегу. Червь бросился за ними, брызги, сверкая, разлетались с его зеленоватых колец.
Из пучины вынырнули еще два чудовища, теперь три червя окружали фибий. Водяные люди образовали строй, чтобы защищаться, самец со шрамом на лбу выхватил широкий плоский нож, которым фибии вскрывали раковины холистер на океанском дне. Другие фибии тоже схватились за оружие, но оно казалось нелепым и смехотворным в схватке с этими змееподобными исполинами.
Стоя по колено в воде, Користа то и дело оскальзывалась на покрытых водорослями камнях. Мурбелла поспешила к ней, не отрывая взгляд от невиданного зрелища.
– Что это за твари?
– Чудовища? Я никогда раньше их не видела.
Самец со шрамом что-то крикнул, с громким шлепком ударил ластом по поверхности воды, и все фибии, сомкнувшись, как рыбья стая, кинулись к берегу – некоторые плыли под водой, некоторые по поверхности, стремительно приближаясь к берегу, рассекая волны.
Несмотря на то что у чудовищ не было глаз, они прекрасно чувствовали, где находились фибии. Подняв столбы брызг, чудовища, извиваясь своими длинными телами, понеслись за фибиями, гоня тех к скалистому берегу.
Мурбелла и Користа видели, как самый большой червь рванулся вперед и, накрыв одного из людей-дельфинов, мгновенно отправил его в свою мокрую глотку. Другие черви атаковали, как стая осатаневших акул.