Кевин Андерсон – Леди Каладана (страница 31)
Пола учили филигранно владеть оружием, правильно вести себя в поединке, пользоваться силовыми щитами и противостоять хорошо обученным противникам. Но таверна стала ареной боя быстрее, чем он смог понять, кто на какой стороне. Посетители «Песни моря» заранее знали, кто чей союзник. Бармен призывал успокоиться, но его никто не слушал.
Пол вскочил на ноги, желая вмешаться и остановить драку, но не успел вовремя увернуться, и брошенный кем-то стул задел его голову. Юноша прижал ладонь к темени.
– Гарни, мы должны их остановить. Надо защитить их.
– Защитить кого, парень?
Он слышал крики, звон разбиваемой посуды, стук ударов. Гарни схватил Пола за руку, прикрыв его своим массивным телом.
– Ты можешь решить, кого здесь защищать? – Продолжая держать молодого человека за руку, Гарни ринулся к выходу, силой пробивая путь. – К выходу, как можно скорее!
– Гарни, мы не можем просто сбежать. Я должен…
– Мое дело обеспечить твою безопасность; ты не должен в это вмешиваться.
Гарни потащил Пола вперед как раз в тот момент, когда одна из толстух отпрянула назад и локтем угодила ему в глаз. Взревев, она изготовилась к следующему удару, но ловкая подсечка Гарни свалила ее на спину.
– Живо к двери!
Гарни силком вытащил Пола за дверь. Они вывалились наружу и смогли отдышаться на относительно спокойной улице. Внутри таверны продолжала неистовствовать драка.
Гарни повлек Пола за собой.
– Нас не должны здесь увидеть.
Голова и глаз Пола горели от неожиданных неуклюжих ударов.
– Мы не имеем права вмешиваться в эти дурацкие драки. – Гарни кипел от гнева и тревоги. – Ты под моей защитой, парень. Наследник Дома Атрейдесов не должен погибнуть от случайного удара ножом в спину.
Пол остановился и выдернул руку из хватки трубадура.
– Ты Гарни Холлик. Ты мог бы собственноручно унять здесь любого.
– Так точно. Я мог бы убить любого в этой таверне – и это бы все изменило. Ты способен быстро, на месте решить, кто там прав, а кто виноват?
До Пола дошла справедливость этих слов. Теперь они пошли обычным шагом; Пол держался за подбитый глаз.
Гарни между тем продолжал:
– Мы не можем и не должны вмешиваться ни в какую драку. Да, они получат несколько синяков, кому-то поломают кости. Эти мужчина и женщина разберутся в своих делах… или не разберутся. В некоторых случаях люди должны сами решать свои проблемы, предоставив герцогу более важные задачи.
Секретами, даже самыми тягостными, нельзя делиться с друзьями. Секрет всегда могут обратить против тебя.
Джессика подняла голову. Она стояла на коленях на мягкой земле неподалеку от входа в один из спальных корпусов. Сестра Ксора, улыбаясь, подошла к ней, сверкали кошачьими синими глазами. Как и Джессика, она надела простую черную накидку.
– Тебе помочь?
Джессика перестала копать землю лопаткой. Она до сих пор оставалась под приятным впечатлением от разговора в оранжерее.
– Это здорово – разговаривать с кем-нибудь, тем более с человеком, находящимся в таком же положении. – Она посмотрела на здание. – Я жила в этом доме с семилетнего возраста до двенадцати лет, когда преподобная Мать Мохайем перевела меня в новый. – Она посмотрела на лопатку и на выкопанную в цветочной клумбе ямку. – Летом я посадила здесь целый сад, но зимний мороз убил растения.
Ксора опустилась на колени рядом с Джессикой и помогла выполоть омертвевшие растения. Мимо, болтая, прошли послушницы. Несколько девушек уставились на Джессику, а затем двинулись дальше, а она продолжала отбрасывать землю, углубляя ямку. Руки ее погрузились уже до локтей.
Ксора не смогла сдержать любопытство.
– Ты очень глубоко копаешь. Что-то ищешь?
Джессика костяшками пальцев отбросила с глаз прядь бронзовых волос.
– Я сажала здесь помидоры и кое-что зарыла под их корнями. Это случилось больше двадцати пяти лет назад, и вот, рассматривая план сада, я вспомнила…
Ксора принялась помогать Джессике копать.
– И что это было?
Джессика непроизвольно напряглась.
– Глупая безделушка из столярной мастерской, сделанная из кружевного дерева. Эта статуэтка стала причиной неприятностей с моими учителями.
Ксора заинтересовалась еще сильнее.
– Кружевное дерево устойчиво к гниению; наверное, статуэтка до сих пор здесь.
Теперь женщины работали плечом к плечу. Джессика рыла лопаткой, а Ксора – голыми руками. Когда кончик лопатки уткнулся в твердое, Джессика принялась обкапывать обнаруженный предмет пальцами и обнаружила что-то светлое. Кружевное дерево?
Она выдернула предмет из ямки и стряхнула с него землю. Вспомнила, с каким старанием и с каким трудом работала над этой статуэткой и как ее наказали – не за дурное художественное исполнение, а за воплощенную в поделке идею. Орден сестер считал мечты опасными для верных адептов ордена Бинэ Гессерит.
Джессика, тогда двенадцатилетняя девочка, вырезала группу из трех фигурок – мать, отца, а между ними – ребенка. Традиционная семья, только такую представляла себе Джессика. Теперь она держала в руках свое произведение и чувствовала, как ее охватывают ностальгические воспоминания и боль от того, как наказали ее за эту скульптуру Мохайем и другие прокторы!
Отряхнув землю, Джессика подняла фигурку.
– Образцовая послушница не должна мечтать о полной нормальной семье.
Она вгляделась в грубо вырезанные лица, сохранившееся в кружевном дереве. Вырезая фигурки, она хотела запечатлеть у ребенка свои черты рядом с лицами воображаемых родителей. Джессику воспитывали здесь с младенчества. Найденыш ли она? Бросила ли ее мать? Или она дочь какой-нибудь опальной сестры?
Ксора широко раскрыла глаза, поняв, что видит.
– Орден сестер – вот наша семья.
– Преподобная Мать Мохайем приказала мне уничтожить фигурку, но я не послушалась и закопала ее здесь. – Джессика повертела скульптуру в руках, вспомнив, как серьезно отнеслась она к работе и какой обидой стало наказание. – Мне пришлось сделать другую, лучшую работу, чтобы отвязаться от этого дела.
– И что ты теперь собираешься с ней делать? – заговорщически спросила Ксора, понизив голос.
– Я ее сохраню. Меня за нее уже наказали, и к тому же у Ордена теперь масса других проблем. – Она счистила грязь с деревянных лиц. – Я сейчас думаю о своих наивных притязаниях и о том, что дела не всегда идут так, как себе воображаешь.
Ксора принялась ссыпать в ямку вынутую землю. Закончив, она утрамбовала ее.
– Ты мне напомнила о случившемся со мной. – Она вздрогнула, начав рассказ. – Орден воспитывает сына, с которым меня разлучили. Я несколько раз мельком видела его здесь вместе с другими молодыми людьми. Его имя – Бром. Учитывая мою генеалогическую линию и происхождение его отца сардаукара, Преподобные Матери решили, что он может стать потенциальным кандидатом на роль Квизац Хадерача. Они вообще склонны к авантюрам…
– Мы похожи больше, чем я предполагала, – прошептала Джессика.
Ксора, погрузившись в мысли, казалось, не услышала Джессику.
– Брому сейчас семнадцать лет, и скоро его отошлют в Империю. Я уверена, он не знает, что я его мать.
Джессика еще раз посмотрела на испачканную черной землей скульптуру – мать, отец, дитя… ее Лето, ее Пол?
– Я точно так же тоскую по моему сыну и по моему герцогу. Моя вина в том, что я сумела сохранить человеческое сердце, что я оказалась способной на любовь. Теперь, если они прислушаются к бреду Лезии, они разлучат меня с Полом навсегда.
Они поднялись, отряхнули черные одежды от земли и направились к окованной железом деревянной двери главного здания собраний.
– Мы можем составить друг другу компанию, – предложила Ксора.
Джессика всегда отличалась способностью верно судить о человеческих характерах. Ксора понравилась ей. По каменным лицам других сестер Джессика понимала, что никто из них не сможет понять ее внутреннее смятение.
– Верховная Мать Харишка слышала дикие измышления Лезии насчет меня и моего сына, но есть в этом деле и еще кое-что. Я всегда… всегда думала, что в Поле есть что-то особенное – неважно, признает ли это Бинэ Гессерит или нет. Они одновременно желают и страшатся того, кем он может оказаться. Сомневаюсь, что я скажу об этом Верховной Матери.
– Я благодарный слушатель, – успокоила Ксора, – если хочешь, можешь говорить со мной.
Джессика задумалась, насколько откровенно можно говорить с Ксорой.
– У Пола странные сновидения, с предзнанием. Он видит то, что иногда сбывается.
Ксора была заинтригована.
– Всегда можно приписать значение смутному сновидению, особенно задним числом.