Кевин Андерсон – Герцог Каладана (страница 83)
Мрачно рокочущее море выглядело мирным и безмятежным по сравнению с той напряженной, безмолвной враждебностью, что поселилась в Каладанском замке, с той холодностью, что разделяла теперь мать и отца. Пол не понимал, в чем дело, но видел, что отношения их были необратимо разрушены.
По утреннему холодку Пол забрался на скалы, возвышавшиеся над основанием утеса под наблюдательной башней замка, потом пролез под проволочной изгородью, поставленной для того, чтобы преградить особо отчаянным сорвиголовам путь на утес. Протиснувшись в узкое отверстие, он направился дальше вверх по скользким, покрытым мхом камням. Надо было направить энергию на что-то реальное, на препятствие, которое он смог бы преодолеть, чтобы отвлечься от мрачных мыслей.
Склон не был таким же неприступным, как скала Аронди на севере, но пропасть под утесом замка тоже внушала ужас слабым духом. Это нелегкое физическое упражнение поможет избавиться от ощущения беспомощности.
Он и раньше совершал восхождения на эти скалы во время отлива, но никогда еще не выбирал такой маршрут. Склон был неимоверно крут, а камни не служили надежной опорой. Внизу виднелось подножие кольцевой стены, окружавшей сторожевую башню, над которой реял флаг Дома Атрейдесов. Пол размял пальцы, запястья и приготовился к восхождению.
Однажды, еще до того, как была установлена эта проволочная изгородь, какой-то чужеземный искатель приключений забрался на скалу, преодолел половину пути, но сорвался и погиб. Пол хорошо запомнил тот день. Услышав приглушенный крик этого человека, мальчик бросился на балкон и увидел мертвое тело, распростертое в воде, оставшейся после отлива. Вскоре двое рыбаков, подогретые вином, полезли на скалу и тоже погибли. Тогда герцог Лето распорядился поставить здесь проволочную изгородь.
Несмотря на сумятицу, царившую в мыслях Пола, он отнесся к задуманному со всей серьезностью, решив непременно взять скалу. Подобный осознанный риск при полном контроле над собой позволит сфокусировать мышление, как лазерный луч.
Отец и мать постоянно отговаривали сына от попытки залезть на скалу, но Пол знал, что герцог Лето и сам часто рискует, и каждое из таких восхождений делало его лучше – и как правителя, и как человека. В это время родители рисковали своими отношениями, и Пол почти физически чувствовал, как между ними разверзается пропасть. Надо было как-то избавиться от тревоги и досаждавших ему тяжелых мыслей. Пол сжал рукоятку клина, взглянул вверх и наметил маршрут – по трещинам, выступам и бугоркам. Он начал подъем, вставил обутую в тяжелый сапог ногу в расщелину и, подтянувшись на руках, поднялся на следующий уступ. Так он и продвигался дальше, отталкиваясь по очереди ногами и подтягиваясь на руках.
Жизнь без риска – это не жизнь. Пол хотел познать в жизни все – и радости, и опасности. Он не желал сидеть в тепле и уюте и слушать дразнящие рассказы других о пережитых ими приключениях, но не искать их самому. Если Пола предостерегали от опасности, он мог либо избежать ее, либо найти лучший способ ее преодоления, укрепляя себя ментально и физически, становясь сильнее в ходе этого преодоления.
Лицом он ощущал холодок морского бриза. Подняв голову и окинув взглядом крутой склон, он увидел стену замка, а на ней – маленький балкон его спальни, сравнительно безопасное место.
Если родители заметят его сейчас, то не миновать ему трепки за такую бесшабашность.
Ухватившись за следующий камень, Пол подтянулся и нащупал ногами опору. Он всем своим существом чувствовал, что для продвижения вверх ему придется рисковать. Он забирался все выше и выше, не теряя веры в свои способности – духовные и физические.
Дункан учил его владению мечом, умению пользоваться щитом, учил драться, рискуя умереть или получить тяжелую рану, а также добиваться превосходства в схватке. Вероятно, лучше, чем все остальные наставники Пола, Дункан понимал необходимость постоянно подталкивать себя, но эта отвесная и скользкая стена не была тренировочной площадкой с гарантированной безопасностью. Это было нечто совсем другое.
Дункан бы не понял внутреннего смятения Пола из-за размолвки родителей. Айдахо редко вспоминал о своих родителях, которых убил жестокий Раббан, когда сам Дункан был еще ребенком. Эмоциональное смятение Пола было раной совсем иного рода, и все же ссора отца и матери причинила ему боль.
Проведя почти всю жизнь на Каладане со своим народом, Лето отправлялся на Кайтэйн, чтобы вмешаться в имперские политические игры во благо Дома Атрейдесов. Герцог утверждал, что делает это ради своего сына, но ведь он никогда не интересовался, чего хочет сам Пол.
В то же время мать Пола, призванная Верховной Матерью Бинэ Гессерит, собиралась лететь на Уаллах IX. Вернется ли она? Пол не понимал, что вызвало взаимное отчуждение родителей, но понимал, что между ними вдруг пролегла непреодолимая пропасть.
И вот теперь Пол был здесь один, на крутом склоне скалы. Он продолжал взбираться вверх, сосредоточенно выбирая надежные точки опоры.
Откуда-то сверху, как будто из другого мира, прозвучал приглушенный голос, окликнувший его.
– Пол!
Он поднял голову и увидел Дункана, стоявшего на площадке на вершине скалы. Он бросил вниз веревку с завязанными по всей длине узлами.
– Ухватись за веревку!
Пол продолжал карабкаться вверх параллельно спасительному канату, но не притрагивался к нему, продолжая выискивать взглядом трещины и выступы.
Черный камень дрогнул и зашатался, как гнилой зуб. Пол слишком сильно надавил на него. Потеряв равновесие, он скользнул на несколько дюймов вниз, но, нащупав ногой выступ, уперся в него и остановился, стараясь отдышаться.
Дункан встревоженно продолжал что-то кричать, но Пол не отвечал, чтобы не отвлекаться от главного. Он переместился в сторону от веревки, продвигаясь по дюйму за один раз, пробуя каждую опору на прочность, прижимая ноги к выступам, чтобы определить, насколько они надежны Поднявшись чуть выше, он шагнул еще в сторону, переступил через расщелину, нащупал крошечную площадку и снова подтянулся вверх.
Дункан переместил веревку ближе к Полу.
– Пол, хватайся за канат! Не упрямься!
Мальчик перевел дух и прокричал в ответ:
– Это всего лишь еще один урок. Ты же сам говорил, что в реальной жизни риск не поддается контролю, но этот риск я выбрал сам. Таково мое решение. Я испытываю себя на прочность.
Он продолжал медленно и осторожно подниматься по скале. Спустя несколько мгновений рядом с ним оказалась вторая веревка, но Дункан не стал требовать, чтобы Пол за нее ухватился, он сам соскользнул вниз, оказавшись рядом с мальчиком.
– Я поплачусь головой, если твой отец узнает, что ты творишь!
– Мой отец улетает на Кайтэйн, а мать собирается на Уаллах IX. Я остаюсь здесь наедине со своими трудностями. Но я знаю, как я с ними справлюсь. Самостоятельно.
Дункан сделал вид, что все понял.
– Я знаю об их ссоре.
– Думаю, что это что-то большее, чем ссора. Думаю, между ними произошло нечто непоправимое. Что, если эта пропасть навсегда? – Он крякнул, подтянувшись еще немного вверх. Он чувствовал, что руки и ноги его начали дрожать. Пальцы болели и кровоточили. – Восхождение помогает мне сосредоточиться. Мне недосуг беспокоиться за будущее. Все происходит только здесь и сейчас.
– Я понимаю, что тебе нужен риск, чтобы проверить, на что ты способен, но хотя бы для страховки возьмись за веревку. Это глупо – рисковать сильнее, чем необходимо.
Пол упрямо мотнул головой, взглянув на Дункана, стоявшего на выступе рядом с ним.
– Чему я научусь, если буду знать, что нахожусь в безопасности?
Голос мастера фехтования стал суровым.
– В прошлом году здесь погибли три человека. – Балансируя на выступе, он отпустил свою веревку и встал ближе к Полу. – Если вы упадете, молодой господин, мне придется броситься вслед за вами. Моя жизнь и честь погибнут, если я дам вам умереть, особенно так глупо.
– Я могу сам о себе позаботиться.
– Твой отец считает иначе, и ты прекрасно это знаешь.
Найдя равновесие, Пол внимательно посмотрел на друга. Ветер свистел, обдувая их, а внизу дразнила бездонная пустота.
– Значит, выходит, что я держу твою жизнь в руках так же, как свою собственную?
– Да, и этот факт невозможно отрицать, мой юный друг. – Дункан поймал конец первой веревки и протянул ее Полу. – В один прекрасный день ты станешь герцогом, и твой отец делает все, что в его силах, чтобы как можно лучше тебя к этому подготовить. Какой был самый важный урок? Что герцог Лето Справедливый считает своей главной обязанностью?
Пол задумался, с необычайной отчетливостью вспомнив эти слова.
– Первая обязанность герцога – безопасность его народа.
– И ты знаешь, что я должен спуститься сюда, чтобы защитить тебя, неважно, насколько опасна эта скала и насколько глупо это твое восхождение. – Дункан продолжал протягивать веревку Полу. – Здесь у меня нет выбора. Моя жизнь в твоих руках.
Пол понял, что имел в виду мастер фехтования.
– Я подвергаю твою жизнь ненужному риску.
– Знаешь, мне не доставляет никакого удовольствия болтаться здесь между небом и землей; поверь, есть масса вещей, которыми я предпочел бы сейчас заняться. – Дункан сунул ногу глубже в расщелину и прижался к скале всем телом, чтобы сохранить равновесие. – Подготовка к встрече с риском – это одно, молодой мастер. Безрассудство – совсем другое. Когда ты столкнешься с политикой и интригами в Империи, тебе не придется искать опасность, она сама тебя отыщет.