Кэтрин Стэдмен – Нечто в воде (страница 54)

Теперь я различаю лицо Марка, угрюмое и решительное. Наверное, он гадает, где я. Страшно ли ему? Он неплохо это скрывает, но меня не обмануть: я слишком хорошо его знаю. Ему требуется вся сила воли, чтобы сохранить присутствие духа. Может, у него есть план. Я помню, как всего несколько недель назад он дурачил администраторшу в отеле «Четыре сезона», как отлично сыграл своего персонажа. Марк умен, он наверняка что-то придумал. Боже, я на это очень надеюсь!

Оглядываю поляну, отчаянно пытаясь придумать собственный план, да что я могу? Пистолета у меня нет. Не выскочишь же к ним вот так, с бухты-барахты, с голыми руками. Они нас убьют. Надо что-то сделать. Вмешаться, пока они не нашли флешку: ведь после этого Марк станет им не нужен. И пока не явился Патрик, если он действительно где-то здесь. Мы с мужем справимся, нужно только что-то придумать.

Я решаю подобраться ближе к флешке. До сих пор темнота хорошо меня скрывала, но с каждой минутой становится светлее, и скоро меня обнаружат. Неуклюже сползаю ниже и двигаюсь к дереву, под которым вчера закопала флешку. Голоса затихают. Молю бога, чтобы моя догадка оказалась верной и этот тип ничего не сделал Марку, пока они не найдут флешку. Я обнаруживаю неприметную сырую ложбинку за тем самым деревом. Отличный вид на нужное мне место.

Теперь слышно какое-то движение, хруст веточек под приближающимися шагами. Я вжимаюсь в холодную твердую землю; мужчины идут ко второй точке координат, в мою сторону. Опускаются на землю и молча продолжают поиски. Марк теперь совсем близко. Хочется закричать: «Беги, Марк, беги!» – однако понимаю, что от меня зависят обе наши жизни и я не имею права делать глупости. Что он задумал? Я теряюсь в догадках: что предпринять? Это я во всем виновата. Господи, Марк, наверное, страшно беспокоится обо мне. Что он теперь думает? Боится, что меня схватили? Убили? Он так близко, я могу до него дотронуться. Протянуть руку, обнаружить свое присутствие…

И в этот момент Марк находит флешку. Я вижу происходящее, словно в замедленной съемке. Он прячет ее в ладонь и оглядывается через плечо на высокого мужчину, который продолжает искать, ни о чем не подозревая.

«Молодец, любимый, – думаю я. – А теперь спрячь ее в карман, выиграй нам немного времени. Бей его, пока он не смотрит».

Нет, что это? Дальнейшие действия Марка потрясают меня до глубины души. Вместо того чтобы спрятать флешку в карман, он смеется и поднимает ее вверх! Как ребенок, нашедший сокровище. Он искренне и радостно улыбается. Встает, стряхивает с коленей листья и грязь. Что это значит? Его долговязый спутник кивает. На его лице проступает натянутая улыбка, он бросает мой сотовый на листья под ногами Марка. Телефон ему больше не нужен, он получил желаемое. Марк поднимает мобильный.

Длинный сует руку в карман, и я напрягаю глаза, пытаясь увидеть, что он вытащит – только бы не пистолет.

– Копий файлов нет? – спрашивает он у Марка.

Меня бьет дрожь: листья вокруг ладоней едва слышно шуршат.

– Нет, – качает головой Марк, пряча мой телефон в карман.

Притворяется? Я не понимаю. Совершенно не понимаю, что происходит.

Его спутник удовлетворенно кивает.

Что у Марка с голосом? Не понимаю. Он не напуган. И, похоже, даже не волнуется. Что он делает? Разве не осознает, что его сейчас убьют?

Господи! Кажется, Марк намерен завершить сделку. Как ему удалось? Что случилось до моего появления, что я пропустила? Зачем они с ним договариваются, имея на руках все козыри?

Мужчина разговаривает по телефону на непонятном мне языке отрывистым и резким тоном и наконец, удовлетворенный ответом, нажимает отбой.

– Готово. Проверь счет, – бросает он Марку.

Тот достает свой мобильный, медленно, демонстративно, показывая, что это не оружие. Он спокоен и деловит. Бизнесмен до мозга костей. Ни намека на страх. И у меня появляется неприятная мысль. Они очень похожи – этот длинный тип и Марк. Одной породы.

Незнакомец невидящим взглядом смотрит на границу леса.

– Где она? Твоя жена? – словно между делом спрашивает он.

У меня перехватывает дыхание. «Осторожней, Марк. Не верь ему». Этот тип отлично знает, где я: там, где меня оставил Патрик. Марк ведь понятия не имеет, что они со мной сделали. Даже не догадывается, что Патрик на меня напал и забрал все самое ценное. Хотя знает, что мой мобильный у них. Вот почему он здесь: ведь он отслеживал мой телефон. Марк поймет, что вопрос с подвохом. «Не попадись в ловушку, милый».

Муж прокручивает что-то на экране мобильного, постукивает пальцем. Поднимает на секунду голову.

– Она ничего не знает. Не беспокойтесь, я о ней позаботился, она больше не помешает, – скучающим тоном говорит он и возвращается к телефону.

«Правильно, Марк. Отлично сыграно». Боже, мой муж и вправду актер от бога. Он смотрит на экран в ожидании поступления денег на счет. Спокойный, собранный.

Стоп. Что-то тут не так. Почему они, напав на меня, чтобы выяснить координаты тайника с флешкой, все равно платят Марку? За что? Если получили все, что хотели, то зачем платить? Марк же не наставил на него пистолет?

Внезапно на меня накатывает глубинная тоска, оставляя после себя пустоту, какой я никогда не знала. Все происходящее вдруг обретает зловещий смысл.

Марк явился не затем, чтобы меня спасать. Он приехал, чтобы помешать мне заключить сделку и провести ее самому. Ему безразлично, что со мной сделали. Ему вообще на меня плевать. И теперь он договаривается с ними за моей спиной. Боже! Марк решил провернуть все это в одиночку.

Хочется завопить от потрясения, и я зажимаю рот ладонью. Там, на поляне, стоит не Марк. Это чужой, незнакомый мне человек.

Я лихорадочно соображаю. За кого я вышла замуж? Как давно Марк мне лжет? Каким образом все осуществил? Мысленно возвращаюсь ко всему, что произошло за последний месяц. Когда это началось? Марк был единственным, кто видел самолет изнутри. Что он обнаружил в обломках? Он пустил преступников по следу Шарпов. Отправил меня открывать банковский счет и послал на встречу с Чарльзом. Уверял, что ни нас, ни сумку никто не ищет. Уговаривал выбросить бриллианты. Чтобы потом самому их продать? Скрыл от меня голосовые сообщения насчет флешки. Спрятал ее. Потому что хотел получить все сам. Заметал свои следы с момента нашего отлета с Бора-Бора, подстраивал так, чтобы я оказалась на виду, а сам он получил полный доступ к деньгам без меня.

Цепенею от ужаса, не в силах поверить в собственную глупость. Я ни разу не заметила ничего подозрительного. Ничегошеньки. Любила его, доверяла, он – мой муж, мы должны быть всегда вместе. Я и вправду плохо разбираюсь в людях, верно? А он всегда был хорошим психологом. Дурочка. Глупышка Эрин. Сердце стучит где-то у горла, когда осознаю, что совершенно его не знаю. Человека, в которого я влюбилась, за которого вышла замуж, на самом деле никогда не существовало.

– Платеж прошел, – кивает Марк и прячет телефон в карман.

Деньги упали на наш швейцарский счет.

Марк протягивает высокому типу флешку.

– Ты не против, если я тоже проверю? – спрашивает незнакомец.

Хочет убедиться, что Марк не подсунул ему фальшивку, не доверяет. Правильно, я и сама теперь ему не доверяю, а он, между прочим, мой муж.

Длинный отходит, не поворачиваясь спиной, и направляется к черной брезентовой сумке, оставленной на краю поляны. Он нагибается, достает тонкий серебристый ноутбук и, держа его на согнутой руке, вставляет флешку в порт. Оба молча ждут, пока она загрузится; над лесом встает солнце.

Мужчина наконец поднимает взгляд.

– Насколько я вижу, ее открывали, но расшифровать файлы не пытались. Разумно. Это все упрощает, верно? – Он улыбается Марку, однако в его улыбке нет ни тени веселья.

Мой муж ухмыляется. Значит, и в этом соврал. Он тоже не расшифровывал файлы и знает не больше, чем я. Ему известно только, что информация на флешке стоит два миллиона евро.

– Не мое дело. Зачем мне чужие секреты? – отвечает Марк.

Его собеседник на миг отвлекается, вглядываясь в экран. Интересно, что он там видит. Как выглядят секреты, которые стоят два миллиона евро? Видимо, я этого никогда не узнаю.

– Все в порядке? – спрашивает Марк.

Похоже, обмен подходит к завершению.

– Да.

Незнакомец кладет ноутбук и флешку обратно в сумку.

В этот момент я понимаю, что никогда больше не увижу Марка. Не прикоснусь к нему, не поцелую, не усну рядом с ним. Мы не увидим, как растут наши дети, не переедем за город и не заведем большую собаку, не посмотрим вместе фильм и не выйдем куда-нибудь в бар. Мы не состаримся вместе. Все хорошее, что я когда-то с ним чувствовала, оказалось ложью. Выхода нет. Он отнял у меня нашу совместную жизнь. Теперь собирается отнять и остальное. Это сейчас не так важно, но у него есть доступ к нашему швейцарскому счету. Я уже много дней его не проверяла. Марк вполне мог снять оттуда деньги и перевести на другой. На тот, куда только что были перечислены два миллиона евро.

А что он делал вчера в Нью-Йорке? Флешку не взял, значит, планировать обмен с русскими не мог. Искал новое место? Чтобы начать новую жизнь? Я задумываюсь, чем он на самом деле занимался последние три недели.

Ответа у меня нет. Следовало поступать осмотрительнее. Нельзя быть такой доверчивой. Поздно. Марк исчезнет, а я останусь одна в пустом доме, который не могу себе позволить. Возможно, он даже решит убить меня. Чтобы не оставлять незаконченных дел. Как долго он все это планировал?