Кэтрин Райдер – Поцелуй меня в Нью-Йорке (страница 8)
– Не волнуйся об этом, – раздается голос Эн-тони.
Я смотрю на Энтони и вижу на его лице напряженную улыбку. Он, скорее всего, был бы довольно красив, если бы улыбался по-настоящему. Но пока мне не удалось подтвердить свое предположение: Энтони, похоже, не из тех, кто много улыбается.
– Сто шестьдесят пять долларов! За джинсы!
– Не волнуйся об этом, – повторяет парень.
Я достаю из сумки книгу и пролистываю ее.
– Что ты делаешь? – спрашивает Энтони.
Я останавливаюсь на втором шаге и говорю ему:
– Ищу, где в этой книге говорится, что нет ничего страшного в магазинной краже. Но нет, тут такого не написано!
И теперь Энтони улыбается по-настоящему, и я вижу, что была совершенно права – он очень красив, когда не напряжен.
– Я не это имел в виду. У меня есть кредитная карта «Мэйсис». Поэтому, что бы мы ни купили сегодня, я смогу вернуть это после праздников. Бесплатное преображение.
Покупать одежду всего на один день – на несколько часов! – не похоже на меня. Но я не могу сопротивляться: купить что-то дорогое, не заботясь о деньгах, довольно приятно. Я уже собираюсь согласно кивнуть, но тут же съеживаюсь от новой мысли, пришедшей мне в голову.
– Здесь, должно быть, очень строгие правила возврата. А на улице холодно и снег. Мы не сможем сохранить вещи в идеальном состоянии.
Энтони в ответ лишь закатывает глаза:
– Хватит вести себя как настоящая британка! Ньюйоркцы не всегда следуют правилам. Тебе придется смириться с этим, если ты хочешь быть одной из нас. – Энтони идет мимо меня к эскалатору. – Я пойду на пятый этаж, чтобы быстренько выбрать что-нибудь для себя. Встретимся тут минут через десять?
Но кое-что в книге привлекает мое внимание, и я поворачиваюсь и иду вслед за ним к эскалатору, не давая парню спуститься.
– Нет, на пятый этаж пойду я.
– Почему?
– Потому что… – Я показываю ему текст, который поясняет второй шаг. – «
Энтони делает шаг и встает прямо передо мной. На секунду мне кажется, что он собирается оттащить меня за руку от эскалатора.
– Ну уж нет, это ужасная идея, – говорит он. – Посмотри на меня. Я ничего не смыслю в моде.
Я пытаюсь не пялиться на рубашку в желто-кремовую клетку, которая совершенно точно не подходит к коричневой парке, не желая показать, что полностью с ним согласна.
– Это будет несложно, – говорю я. – Просто выберешь то, в чем хотел бы меня увидеть.
Ох, это прозвучало как-то неправильно. Я краснею? Кажется, я краснею! Я быстро разворачиваюсь к Энтони спиной и начинаю спускаться по эскалатору, бросая через плечо, что сделаю для него то же самое.
Ох да, я определенно краснею.
Я вполне уверена в вещах, которые выбрала для нового образа Энтони. Но по выражению его лица, когда он спускается на эскалаторе на пятый этаж, сразу становится понятно, что он в своем выборе совсем не уверен. Он прижимает к груди стопку вещей, словно младенца, которого боится уронить.
– Ну что, ты готова?
– Ты выглядишь так, словно мы должны обменяться деньгами и наркотиками, а вовсе не одеждой, – шучу я.
Улыбка озаряет лицо Энтони, и его глаза загораются. Он изображает из себя полицейского:
– У меня здесь все твои вещи, девочка, но тебе лучше поспешить, пока эти свиньи не заняли все свободные кабинки.
Я опускаю взгляд в пол, чтобы парень не заметил глупой улыбки у меня на лице. Затем мы как можно более незаметно обмениваемся одеждой, и оба разражаемся смехом. Жаль, я не слишком хороша в импровизации, иначе мы смогли бы и дальше продолжить нашу веселую ролевую игру.
Но у меня с этим делом все совсем худо. Я с трудом получила четыре с минусом, занимаясь в драмкружке.
Я вижу знаки, указывающие на то, что женские и мужские примерочные находятся в противоположных сторонах.
– Встретимся здесь? – предлагаю я.
Энтони кивает:
– Да, давай.
Мы бросаем друг на друга прощальный взгляд, словно мы собираемся спрыгнуть с обрыва или что-то в этом роде. Молча смотреть друг на друга довольно неловко, поэтому я отворачиваюсь от Энтони и иду в сторону женских примерочных, стараясь не думать о том, что мы занимаемся какой-то ерундой.
Только в примерочной я наконец раскладываю вещи и рассматриваю то, что Энтони выбрал для меня. Узкие, слегка потрепанные черные джинсы, черная футболка с черепом, синий шарф и… черная кожаная куртка.
И кем он решил меня нарядить?
Ну, Энтони, по крайней мере, задумался и о моем комфорте, а не только о «сексуальности». Надо сказать, что Колин как раз судил все, что я ношу, именно по этому критерию. С другой стороны, мы с Энтони «приятели на один день», и вряд ли ему придется показываться со мной перед друзьями и знакомыми. Но вообще, главное не то, что он обо мне думает.
Мое преображение только для меня, а не для Энтони.
И это довольно приятно.
Две минуты спустя я, переодевшись в джинсы и футболку, рассматриваю себя в зеркало. Джинсы немного тесноваты, и я втиснулась в них с трудом, но надо признать, что смотрятся они на мне весьма неплохо. Череп на черной футболке выглядит так, словно уставился на себя в зеркало, ожидая какой-то реакции. Волосы у меня темные, и поэтому странно, что я не выгляжу во всем этом как заядлый гот. Я завершаю образ шарфом и кожаной курткой, ожидая увидеть в зеркале нелепую, совсем не похожую на себя Шарлотту.
Но все оказывается не так уж плохо. Я похожа на… бруклинскую девушку, наверное. Ну, или, по крайней мере, на то, как я их представляю. Довольно сурово. Сурово не как «девушка, которая ввязывается в драки», скорее как «девушка, которой не нужно ввязываться в драки, потому что все и так знают, что к ней лучше не соваться».
И мне нравится эта девушка. Мне интересно, что во мне заставило Энтони выбрать именно этот наряд. И по какой-то причине я думаю о книге «
Зеркала зачастую лгут. А зеркала в нашем сознании – это эмоциональный эквивалент зеркал из комнаты смеха, сделанных из волшебного стекла, которое мы можем изменить всякий раз, когда хотим познать себя. В глазах других мы можем увидеть части себя, которые зачастую сознательно игнорируем.
Не знаю, можно ли засчитать этот шаг как выполненный, но я решаю посмотреть, что будет дальше. Если мне будет комфортно в этом снаряжении, возможно, Энтони и впрямь что-то во мне увидел…
Я кладу свою старую одежду в сумку, выхожу из примерочной и встречаю Энтони там, где мы и договорились. На нем то, что выбрала я: стильные классические клетчатые брюки и синий джемпер. Похоже, ему неловко. Его плечи – моя подруга Амелия называет такой вид «опусгорб» – одновременно опущены и сгорблены. Свой красный рюкзак Энтони держит в руке.
– Тебе очень идет, – говорю я. И я не вру. Парень хорошо выглядит… Если не считать, «опус-горб».
– Это на меня не похоже, – бормочет он.
Я закатываю глаза:
– Ты ведь понимаешь, что значит преображение, правда? Это значит, ты выбираешь для своего образа что-то такое, что тебе несвойственно.
– Ты уверена, что я не похож на ботаника? – спрашивает Энтони, поднимая свободную руку, чтобы потереть затылок.
Я знаю, что он делает так, когда нервничает. Я уже видела это несколько раз за сегодня. И если честно, это необычно для меня. Я зачастую годами не замечаю такие мелочи в повадках своих друзей.
– Ой, да перестань, – говорю я, игриво ударяя Энтони по руке и разворачивая его лицом к зеркалу, которое показывает нас обоих в полный рост. Я встаю рядом с ним, и мы оба разглядываем наши отражения. – Ты выглядишь отлично.
Как и я. Я также замечаю, насколько разные мы выбрали образы друг для друга. Я получилась суровой и решительной, он – классически-стильным.
Мы встречаемся глазами в отражении, вроде как смотрим друг на друга, но в то же время и нет. И такой взгляд кажется даже более волнующим, чем обычный. Словно зеркало – третий человек в нашем разговоре, который в любой момент может оборвать наш зрительный контакт.
– Тебе просто нужно носить эту одежду, как будто это настоящий ты, – говорю я Энтони, кладя одну руку ему на плечо, а другую – на спину, чтобы выпрямить ее. – Уверенный человек может выглядеть прекрасно в любой одежде.
Я задеваю пальцами ремень на брюках Энтони и замираю, радуясь тому, что я больше не смотрю на него в зеркало и не вижу, как он сейчас удивленно рассматривает меня. Слава богу, волосы хоть частично скрывают мое лицо, потому что я уверена на все сто, что краснею.
«
Я внезапно осознаю, что, хотя я уже некоторое время обдумываю свой поступок, касаться я парня не перестала. Поэтому я делаю вид, что обеими руками разглаживаю несуществующие складки на его джемпере.
Я наконец решаюсь посмотреть в зеркало. Эн-тони не смотрит на меня… Он рассматривает новую версию себя, теперь он кажется чуть менее неуверенным.