Кэтрин Мэй – Зима не будет вечной. Искусство восстановления после ударов судьбы (страница 34)
Вот так и мы все, беспрестанно стараемся настроиться на позитив, стирая всю грязную оборотную сторону жизни. Эти предложения кажутся мне жестокими, ведь они не предлагают никакого решения. Бывают такие дни, когда я с уверенностью могу сказать: у меня нет сил идти дальше. А если я просто не могу «держаться там», что тогда? С таким же успехом все эти люди могли бы встать напротив меня и скандировать: «Борись! Борись! Борись!», распыляя в воздухе какой-нибудь парфюм. Подтекст их посылов понятен: «Уныние – не выход. Нужно сохранять веселое лицо из любви к толпе. И хотя мы больше не считаем депрессию твоим личным промахом, мы все же ждем, что ты как можно скорее повернешь ее в какое-нибудь полезное русло. А если не получится, то лучше вообще на время исчезнуть. Ты портишь всем настроение
Это что угодно, только не забота. В отличие от других людей, я никогда не считала, что все подробности личной жизни и все дружеские отношения в соцсетях – выдумки, но этого пространства уж точно стоит остерегаться. У людей в сети включается менталитет коллекционера, и наша социальная ценность там измеряется сухими цифрами. Нужно быть очень осторожным, не давать этим цифрам себя одурачить. Оценивать нужно прежде всего качество отношений, их индивидуальное значение для нас и то, что они могут нам дать. Как и в реальной жизни, многие из этих друзей испарятся при первом признаке опасности. Разница лишь в том, что в сети цифры больше и ослабление связей нагляднее.
Все чаще мне кажется, что несчастье – простейшая и обыденнейшая вещь в нашей жизни, и если уж не удается проникнуться этой простой, базовой эмоцией, то нужно, по крайней мере, научиться ее уважать. Я ни в коем случае не стану призывать всех погрузиться в уныние или ничего не делать, чтобы облегчить боль, но я считаю, что несчастье может научить нас чему-то новому – например, указать нам на наши ошибки. Если мы откажем себе в банальной честности – проникнуться собственным горем, – то пропустим важную стадию адаптации. В наше время отовсюду слышатся призывы быть счастливыми, но депрессию никто не отменял. Нам велят перестать тревожиться из-за мелочей, но мы все равно испытываем хроническое беспокойство. Я часто думаю: может быть, это нормально, что все эти эмоции только обостряются, когда пытаешься их заглушить?
В жизни многое будет идти не по плану, будут дни душевного и физического подъема и дни, когда мы едва ли сможем встать с постели. И то и другое – нормально.
В обоих случаях нужно уметь взглянуть на ситуацию со стороны.
Иногда лучший ответ на наши тревожные стенания – честность. Нам нужны друзья, которые вместе с нами будут морщиться от боли, которые снисходительно отнесутся к нашему плохому настроению и позволят нам быть слабыми, пока мы не сможем снова встать на ноги. Нам нужны люди, которые поймут, что нельзя постоянно радоваться жизни. Что иногда все идет прахом. Иными словами, нужно самим научиться все это делать: давать самим себе передышку, когда это нужно, и быть к себе добрее. Найти в себе храбрость, пусть для этого и нужно время.
Приступая к написанию этой книги, я планировала объездить весь мир в поисках зимы. Побывать в самых экзотических для меня местах. Пообщаться с людьми, у которых, по моему мнению, был опыт экстремальной зимовки. Я была уверена, что в этом путешествии мне откроется некая особая мудрость, которую не встретить у себя на участке. И еще я думала, что смогу улучить минутку и написать о зиме в перерыве между своими зимами. Считала, что заряда белой полосы жизни мне хватит для того, чтобы найти в себе силы и взглянуть непредвзято на черную.
А тем временем жизнь продолжалась. Словно откликнувшись на мой нечаянный призыв, на меня обрушилось сразу несколько зим. Мой мир рухнул в прямом и переносном смысле. Моим надеждам не суждено было оправдаться. Я не стала такой, какой хотела: веселой, энергичной, солнечной. Моя жизнь была борьбой. Меня то и дело накрывала волна депрессии, снедала тревога. Порой мне даже казалось, что я никогда не напишу этих строк, что я для этого совсем не гожусь. Казалось, что если я все-таки это сделаю, то меня постигнет катастрофический стыд за то, что вообще посмела думать, что имею право высказываться на эту тему. Иногда меня накрывало на целый сезон, так что я оправлялась лишь спустя год или два, встряхивала головой и начинала все с начала.
Но я все еще здесь – как и эти строки. С единственной разницей – той, что и заставила меня наконец их дописать, – теперь у меня был опыт. Я признала зиму. Я почувствовала ее приближение (теперь я чувствую ее за версту) и посмотрела ей в глаза. Я поприветствовала ее и пригласила войти. Теперь у меня в рукаве есть парочка трюков. И знание их досталось мне нелегко. Едва уловив поступь зимы, я стала обращаться с собой как с желанным ребенком: с теплом и любовью. Я решила, что мои потребности вполне разумны, а мои чувства сигнализируют мне о чем-то важном. Я старалась хорошо питаться и высыпаться. Гуляла на свежем воздухе и подолгу занималась тем, что меня успокаивало. Я спрашивала себя: с чем связана эта зима? Спрашивала себя: какие перемены грядут?
Природа учит нас, что умение выживать приходит с практикой. Иногда она расцветает гирляндами на листьях, сочащимися медом, а иногда возвращается к истокам своего существования, чтобы вновь найти в себе силы жить дальше. Зимы приходят циклично, год за годом, до скончания веков. И природа проходит регулярные циклы.
Для растений и животных зима – это часть их работы. И человек не исключение.
Для того чтобы научиться лучше преодолевать зиму, нам нужно разобраться со своим ощущением времени. Мы привыкли представлять свою жизнь как нечто линейное, но на самом деле она циклична. Разумеется, я не стану даже пытаться отрицать, что все мы постепенно стареем, но в процессе этого мы проходим через множество фаз здоровья и болезни, оптимизма и сомнений, свободы и ограничений. Бывают времена, когда все нам кажется легко, а бывает, что все дается с невероятным трудом. Чтобы взять ситуацию под контроль, нужно просто помнить, что настоящее однажды станет прошлым, а будущее – настоящим. Мы знаем это, потому что так уже было. То, что мы оставляем позади, однажды вновь возникает у нас на пути. То, что нас беспокоит, в один прекрасный день канет в историю. Преодолев очередной цикл, мы поднимаемся на ступеньку выше. Мы учимся на ошибках прошлого и с каждым разом совершенствуемся. Мы придумываем хитрости и трюки, помогающие нам решить очередную задачу. Так достигается прогресс. Но одно остается неизменным: в жизни всегда будет место новым тревогам. Нужно просто стиснуть зубы и идти вперед.
Пока мы можем справиться лишь с тем, что видим перед собой в этот самый момент. Для этого мы делаем необходимый шаг, а за ним – еще один. В какой-то момент этот шаг вновь принесет нам радость.
Спустя год после своего увольнения я наконец разобрала все книги, что принесла с работы домой. Поначалу они просто лежали молчаливым напоминанием о том, кем мне больше уже не быть, о том ускользающем образе, что мне так и не удалось воплотить в жизнь. Вскоре я попросту забыла о них, они стали частью общего бардака моего кабинета.
К тому моменту, когда я наконец-то заметила их по-настоящему, они утратили часть своей силы. У меня образовался некий участок отмирания ткани, своего рода барьер, вроде того, что возникает между листом и деревом, чтобы облегчить процесс отделения отжившего и ненужного. Мое прежнее
Но были среди них такие, которым нашлось место на моих полках, среди томов личной коллекции. Для этого мне пришлось перебрать все свои стеллажи и переставить книги, утрамбовывая их так, чтобы освободить побольше пространства. Однажды мне понадобится целая бибилиотека, но пока хватит полок до тех пор, пока не начну снова покупать книги. Впрочем, решимости не делать этого хватит ненадолго: я знаю, что на будущий год и в тот, что придет за ним, мне придется вновь начать раздавать свои книги. И эта мысль мне нравится. Сейчас у меня множество таких изданий, которые я держу у себя лишь для того, чтобы Берт мог их прочесть, когда немного подрастет, прежде чем он начнет собирать свою собственную коллекцию. Но наступит такой момент, когда цепляться за них будет бессмысленно, и я смогу спокойно отдать их ради того, что мне по-настоящему дорого. Как сезонная смена кожи. Весенняя уборка – это естественная реакция на окончание зимы.
Вот и валлийский праздник Имболк проходит в первый день февраля и ассоциируется с уборкой паутины, которая заплела уголки дома в самые темные месяцы. В современной Ирландии этот день до сих пор нередко называют днем святой Бригиты – христианский вариант имени древней богини Бригид, которая и по сей день царствует как полноправная владычица. Бригид – это обещание жизни, преисполненное готовности к переменам. После зимы она просыпается вновь, полная сил и энергии, как после хорошего сна.