Кэтрин МакКензи – Я никогда не скажу (страница 30)

— Она была хорошим человеком, — сказал Шон.

— Я не была с ней знакома.

— Она была хорошей. И это принадлежало ей.

Шон подошел к Мэри почти вплотную. От нее несло запахами сарая, сена, лошадей, навоза. Кому-то эти запахи могли показаться неприятными, но только не Шону. Однако что-то внезапно поразило его, словно неожиданный удар в живот.

От нее исходил страх.

Глава 23. Бинго

— Райан наконец встал, — сказала Кейт примерно через полчаса после того, как утром отзвонил колокольчик.

Лидди отвлеклась от своего занятия и прислушалась. Оказалось, Кейт была права — сквозь потолочную решетку до них отчетливо доносилось невнятное бормотание Райана.

— С кем он разговаривает?

— Скорее всего, с Кэрри.

Лидди подошла к столу, на котором лежал телефон. Осторожно подняла его. Вот что было плохо в мобильниках — попробуй-ка подслушать чей-нибудь разговор, если у тебя нет параллельного стационарного телефона.

— Лидди!

— Тс-с-с!

Кейт резко провела рукой по горлу, а затем одними губами произнесла: «Отключись». Лидди, так же беззвучно, спросила: «А в чем дело?» Кейт взяла телефон из ее руки и осторожно сунула его в чехол.

— Зачем ты это сделала? Теперь мы не узнаем, о чем он говорит с Кэрри.

— Нам и не нужно этого знать. Это ведь личный разговор.

— Ой, я тебя умоляю!

— Нам надо отсюда выбираться.

— Но мы ведь так и не нашли то, что искали!

— Мне кажется, что я нашла, — сказала Кейт. Она подошла к коробке, с которой не спускала глаз, и вытащила оттуда папку, набитую газетными вырезками, многие из которых были снабжены цветными наклейками — так их отец помечал важные моменты.

— Тут вся информация об Аманде. О нас тут тоже немало, но главным образом — об Аманде.

— И почему ты до сих пор об этом молчала?

— Просто не было времени. Но давай в самом деле уйдем отсюда, хорошо? Что-то у меня сейчас нет настроения общаться с Райаном.

Лидди не могла не улыбнуться.

— Ты что, боишься его?

— Не совсем так.

— Боишься-боишься.

Кейт схватила Лидди за руку и потянула ее к выходу — все то, что было час назад, произошло с точностью до наоборот. Они поменялись ролями, хорошо это было или плохо.

— Мне же больно!

Но Кейт тащила и тащила ее, так что у Лидди не оставалось многообразия в выборе — то ли следовать за сестрой, то ли вывернуться, использовав один из приемчиков, которые она освоила в секции самообороны. Подобный приемчик она уже применила на этих выходных; пожалуй, два раза за два дня — это уже чересчур.

Когда они оказались снаружи, Кейт отпустила ее. Было уже намного жарче, чем час назад — словно бабье лето одним махом решило вступить в права. Кстати о правах — а все ли насчет них было решено? Лидди не помнила, да и плевать ей на это было.

— Если бы я знала, что ты такая боевая, то чаще бы обращалась к тебе.

— Обращалась? Для чего?

Что-то привлекло внимание Лидди. Она подняла глаза. В окне наверху стоял Райан, на котором не было даже рубашки, и взирал на них сверху вниз. Она инстинктивно махнула рукой, но тут же опустила.

— Пойдем, надо убираться отсюда.

Они направились к лавке ремесленных изделий, но остановились и спрятались за деревом, увидев, как из него вышел Шон, а затем, несколько мгновений спустя, появилась Мэри с совершенно потрясенным видом.

— И что ты обо всем этом думаешь? — прошептала Кейт ей на ухо.

— Без понятия.

— А зачем мы прячемся?

— Не хочу с ними связываться.

Они молчали, наблюдая, как Шон идет к пляжу, а Мэри — на веранду. Когда их уже никто не мог заметить, они поспешили в лавку. Лидди казалось, что вернулись те времена, когда они были детьми, и она после окончания смены тащила куда-то Кейт, чтобы устроить свою очередную заумную авантюру. Своим родителям и полиции они тогда только и твердили о том, что работают над проектом для вышеупомянутой лавки, однако правдой эти слова и не пахли.

В лавке было прохладно; на потолке горела одинокая лампочка без абажура. Лидди вздрогнула. Словно призрак прошел по ее будущей могиле — так они когда-то описывали подобное чувство. Но никаких призраков в реальности не существовало. Было только то, от чего вы не могли отказаться.

— Все нормально? — спросила Кейт.

— Порядок. Давай займемся этим.

— А что это?

Она посмотрела на коробку, которую Кейт поставила на пол. Газетные вырезки, фотографии, цветные пометки, солидные документы явно официального вида. С чего же тут начать?

— Папа любил искать во всем взаимосвязи. Может быть, если мы сумеем со всем этим разобраться, то поймем, что он обнаружил?

— Вроде как в сериале «Место преступления»?

— А у тебя что, есть идея получше?

— Нет.

— Значит, будем действовать по моему плану.

Лидди начала расчищать пространство на стене, сбрасывая на пол рисунки, сделанные пальцами, и замысловато сплетенные ловцы снов. Все это висело там со времен их детства, а теперь все это богатство оставило после себя выцветшие следы на обоях.

Может, здесь действительно водились призраки?

— Попробуй поискать, может, найдешь канцелярские кнопки? — попросила она Кейт. Та стояла перед книжной полкой. Когда они были детьми, то называли ее «Полка утраченных книг» — видимо, потому, что на ней хранились все книжки, забытые детьми перед отъездом из лагеря за все эти годы. А еще они в свое время любили говорить: «Ничто не ново. И каждый оставляет свои следы. Характер хозяина отражается в забытой им вещи».

Если бы Лидди решила написать мемуары по мотивам своего детства, то наверняка назвала бы их «То, что мне никогда не принадлежало».

Кейт наконец-то нашла разноцветную коробку с кнопками, и они начали как попало прикреплять к стене разнокалиберные газетные вырезки. Как и говорила Кейт, здесь была информация не только об Аманде — это было вполне очевидно. Тут было полным-полно сведений обо всех них. Пока Кейт рылась в коробке, Лидди успела потихоньку сунуть в карман пару вырезок, которые ее просто поразили. Но она решила, что пусть дальнейшую судьбу этих сведений определит время.

— Глянь-ка, — сказала Кейт и прикрепила к стене заметку, где говорилось об Оуэне.

— Вот он, Оуэн.

— Ты что, собираешься выйти замуж за рок-звезду?

— А кто его знает. Может, и выйду.

— Но какое отношение он имеет ко всему этому?

— Скорее всего, никакого. Он даже не появлялся в лагере до следующего после инцидента лета.

Лидди познакомилась с Оуэном, когда им было по тринадцать лет. В те времена она просто преследовала его, как шпионка, словно уже тогда понимала, что в нем скрыто что-то волнующее. Как если бы он был посланцем из будущего, думала она, хотя убила бы любого, кто осмелился бы произнести нечто подобное вслух, включая себя. Видимо, эта мысль и послужила причиной того, что последующие три лета она с ним не разговаривала, думая — а вдруг во время случайной беседы она слишком разоткровенничается о самой себе, или о Кейт, или, что еще хуже, о Марго или Мэри — этого она бы просто не вытерпела бы. Так что, сознательно отдалившись, она тешила себя надеждой о том, что он даже не подозревает об ее существовании.

Однажды летом он проработал садовником целую смену, а потом уехал. Что ж, так тому и быть, подумала тогда Лидди, наблюдая, как отъезжает автобус, и выбросила его из своей памяти.

В следующий раз они повстречались в национальном парке «Гранд-Тетон». Вообще тот день был каким-то странным. Сначала два незнакомца, собиравшие манатки, предложили ей остатки своей еды — сыр, чесночное масло, майонез. Потом явилась какая-то леди и завела с ней разговор. Затем какой-то жуткого вида парень, который управлял трейлером стоимостью по меньшей мере в 120 000 долларов, всучил ей флакон жидкости для зарядки зажигалок. Принимать все эти непонятные подарки ей было непривычно — она же, в конце концов, не в коммуне? Но она все равно брала то, что ей предлагали — похоже, так и нужно было поступать. А потом, когда она сидела у озера Джексон, глядя сквозь наполненный запахом тающего снега воздух на самый удивительный вид, который она когда-либо видела в своей жизни, она услышала, как кто-то зовет ее по имени.