Кэтрин Литтлвуд – Пекарня Чудсов. Рецепт чудес (страница 10)

Тим бросил взгляд на часы:

– Семь утра. Скоро придет Чип. Нужно поторопиться. Просто пиши, потом разберемся.

Полчаса спустя Роз, Алфи и Тим вышли из секретного хранилища с точными, слово в слово, копиями пяти рецептов блюд, которые они собирались приготовить за неделю.

Покинув холодильную камеру, в окне над нишей троица сквозь струи дождя заметила, как по подъездной дорожке движется мерцающая фигура.

– Кто это? – прошептала Роз.

Дети приоткрыли заднюю дверь и осторожно выглянули наружу. Тетя Лили в лиловых брюках, расшитых пайетками, и топе такого же цвета при помощи серебристого гаечного ключа подтягивала болт на колесе своего мотоцикла. Ее короткие черные волосы блестели от дождя.

– Чем она занята в такую рань?

Братья ничего не ответили Роз и выскочили во двор пожелать тете Лили доброго утра. Роз осталась в дверях, не желая мочить ночную рубашку. Почему же Тим с Алфи никогда не бежали сказать «доброе утро» ей?

Лили отбросила гаечный ключ в сторону, широко раскинула руки и обняла мальчиков:

– Парни! Чего не спится? И почему вы в наушниках?

Тим и Алфи переглянулись. Алфи заулыбался, а Тим стащил гарнитуру с головы.

– Я просто играл с Алфи, – сказал он. – Ерунда, детские забавы.

– А-а, – протянула Лили и в это мгновение заметила в дверном проеме Роз, которая внимательно прислушивалась к разговору. – Доброе утро, Роз!

– Тетя Лили, а вы почему не спите? – спросила Роз.

Лили улыбнулась так широко, что обнажились десны.

– Я всегда просыпаюсь не позже семи. Вот и решила, что утренняя поездка за продуктами будет приятнее, если я прокачу кого-нибудь из вас на малютке Трикси! – Она похлопала по блестящим рукояткам рулевой колонки, похожей на бычью голову. – Ну, кто со мной? Подъемы и спуски куда легче преодолевать на мотоцикле!

Алфи поднял руку и возбужденно запрыгал:

– Я, я, я, я, я!

Тим сохранял выдержку, хотя Роз видела, что ему до смерти хочется прокатиться.

Лили протянула Алфи черный защитный шлем. От восторга Алфи подскочил на добрых полметра, застегнул шлем под подбородком и плюхнулся на заднее сиденье мотоцикла.

– Ты следующий, – подмигнула Тиму Лили.

– Ага, договорились. Круто. – Он вразвалочку двинулся к задней двери. – Пропусти-ка меня, ми эрмана.

Роз не сдвинулась с места.

– В чем дело, сестренка?

Роз подалась вперед и заглянула прямо в прекрасные серые глаза старшего брата:

– Что-то темнит эта тетя Лили. Зачем возиться с мотоциклом в несусветную рань да еще под дождем? И как вышло, что она приехала улаживать двухсотлетнюю семейную вражду именно в то время, когда наших родителей нет в городе?

Тим отпихнул Роз с дороги:

– Не выдумывай. Ты просто завидуешь, что у тебя нет мотоцикла и ты не роскошная красотка ростом метр восемьдесят.

Роз пока не доросла до того, чтобы называться «роскошной», однако слова брата ее все равно уязвили. Она знала, что даже в будущем вряд ли станет такой же роскошной, как тетя Лили, и уж точно не нуждалась в лишних напоминаниях об этом.

– Пойду переоденусь во что-нибудь поприличнее, – сказал Тим и, шаркая, направился к лестнице.

Роз вздохнула. «Скорее всего, я и вправду завидую, – подумала она. – Завидую чудесному смеху Лили, ее чудесным нарядам и чудесной жизни». Она поплелась к холодильной камере, прошла по темному коридору, отвернула гобелен и подергала ручку дверцы, ведущей в библиотеку, – просто удостовериться, что та заперта.

Уже на пороге кухни, закрывая камеру, она вдруг заметила на полу сверкающую точку и наклонилась, чтобы получше ее рассмотреть. Блестючка оказалась лиловой пайеткой, одной из тех, которыми были расшиты брюки тети Лили.

Вывод напрашивался сам собой: этим утром в холодильную камеру заходила тетя Лили.

Глава 6

Рецепт первый: «Любовные маффины»

Часом позже Роз рывком распахнула дверь комнаты братьев, отчего табличка «Приемные часы» слетела на пол. Тим как раз задергивал белую простынь, разделявшую комнату на две половины.

– Читать не умеешь? Разве сейчас три часа дня? – Тим порылся в огромной куче носков и футболок и извлек на свет мятые брюки защитного цвета.

– Не сейчас, Тим! – воскликнула Роз. – Смотри, что я нашла в холодильной камере! – Она сунула брату под нос палец, на кончике которого, словно божью коровку, держала лиловую пайетку.

– И что? – Он широко зевнул.

– А то, что этим утром тетя Лили нас подслушивала. Я же говорила, какая-то она подозрительная!

Тим только фыркнул.

– А тебе никогда не приходило в голову, ми эрмана, что ей просто понадобилось молоко для кофе? И надо же, какое совпадение, мы, как все нормальные люди, храним его в холодильнике. – Тим разложил брюки на постели и попытался разгладить мятые складки ладонью.

– Кофе? – тихо переспросила Роз. – Она пила кофе?

– Да. – Тим выпрямился. – Даже кружку оставила во дворе.

Роз выглянула в маленькое белое окошко у изголовья кровати. На гравийной подъездной дорожке одиноко стояла забытая кружка с коричневой жидкостью.

– Ну, может, и так, – сказала Роз и спрятала пайетку в задний карман штанов на случай, если ее подозрения в адрес Лили подтвердятся и нужно будет предъявить полиции доказательства.

– Ты пекарь, а не детектив, Роз, – усмехнулся Тим.

– Ладно, – надулась она. – Тогда идем печь.

Пока Тим прямо поверх шорт натягивал брюки, Роз раскрыла на полу свою записную книжку с красивым мраморным рисунком на обложке.

– Кажется, рецепт любовных маффинов неплох. Вот, гляди. – Она ткнула пальцем в заголовок:

– Зеленоплодные кабачки? – Тим изобразил рвотный позыв.

– Иначе говоря, цукини, – пояснила Роз и зачитала вслух скопированный текст:

И случилось так, что лета 1718-го в английском городе Гусь-Проснись сэр Джаспер Чудс сблизил две несчастнейшие души, вдовца Джеймса Коринфа и портниху Петру Биддльбум, первый из коих был слишком печален, а вторая – слишком робка, чтобы отдаться яркому любовному пламени. Сэр Джаспер доставил оные кабачковые маффины обоим на дом, а затем, удалившись на безопасное расстояние от швейной мастерской Петры Биддльбум, принялся ждать. Минуло два часа, и вдовец Джеймс Коринф постучал в дверь Петры Биддльбум, и она пригласила его на чай. Месяц спустя они обвенчались.

– О-о-о, – насмешливо протянул Тим. – Прямо-таки мистер Бэсстол и мисс Репей из Средневековья.

– Ага, – согласилась Роз. – Знаешь, что нам нужно сделать для проверки рецепта? Испечем два маффина, предложим их мистеру Бэсстолу и мисс Репей и посмотрим, влюбятся они друг в друга или нет!

Тим взглянул на сестру с таким выражением, будто только что съел лимон.

– А нельзя ли свести какую-нибудь парочку посимпатичнее?

Роз застонала от досады:

– Конечно, что же еще ты мог сказать! Послушай, этот тип носит свитшот с лягушками. Ему уже ничего не поможет, кроме волшебства. У нас все ингредиенты есть?

Тим прочел вслух:

И натер сэр Джаспер Чудс один крупный зеленоплодный кабачок, трижды произнеся имена двух одиноких сердец. И просеял сэр Джаспер через железное сито один кулак муки и один кулак сахара. И сбрызнул смесь двумя наперстками отборной ванильной эссенции с острова Таити. И вмешал он в тесто одно яйцо маскового неразлучника Agapornis personata, купленное у тайновидца, который добывал оные яйца в девственных лесах Мадагаскара.

Роз озадаченно посмотрела на Тима:

– И где мы возьмем яйцо маскового неразлучника? Полетим на Мадагаскар?

– Понятия не имею, – с досадой поморщился Тим. – У мамы с папой полно всяких диковинных штук в запасе. Может, даже яйца динозавров завалялись.

Брат и сестра спустились на кухню и вошли в холодильную камеру, решив поискать яйца там. Роз открыла картонную упаковку с надписью: «Птицеферма Горести-Фолз: счастливые куры – счастье на кухне!» В упаковке лежала дюжина обычных белых яиц, снесенных точно не масковыми неразлучниками, какими бы чудны́ми птицами те ни были.

– А это что?! – воскликнул Тим.