Кэтрин Коултер – Сезон солнца (страница 5)

— Теперь ты видишь, что я могу доставить тебе удовольствие?

— Это был всего лишь поцелуй, и ничего больше. Я ответила бы любому мужчине на такой поцелуй.

Магнус снова стал целовать ее, и поцелуи его становились все более жаркими и требовательными. Наконец викинг добился того, что не только губы, но и все ее гибкое тело ответило ему. Он выпустил Зарабет, на этот раз она промолчала, глядя ему в глаза с мольбой о новой ласке, чувствуя, что его сильные, большие и теплые ладони могут доставить ей безграничное наслаждение и дать надежную защиту.

— Доброе утро, Зарабет, — сказал он наконец. — Я рад, что ты пришла пораньше и ждала меня здесь. Мне нравится вкус твоих нежных губ. Ты скоро научишься раскрывать их навстречу моему поцелую без напоминания.

Она молча кивнула, потому что комок в горле не давал ей сказать ни слова. Магнус наклонился и с улыбкой поцеловал ее в кончик носа. По всему было видно, что он больше не сомневался в согласии девушки стать его женой.

— Ты говорила с отчимом?

Беззаботная улыбка Зарабет мгновенно растаяла. Она вспомнила о том, что целовалась с человеком, которого впервые увидела только вчера, и отрицательно покачала головой.

— Олав спросил меня, не случилось ли чего, — ответила она, глядя в сторону Больших ворот, главной улицы Йорка.

— Почему?

— Ему показалось, что я изменилась. Наверное, заметил мое смущение.

— Это вполне естественно, — заметил Магнус самоуверенно, чем вызвал у нее улыбку. — Тогда почему же ты не рассказала обо мне?

— Я говорила ему о тебе, но не в том смысле… Я не была до конца уверена в том, что тебе действительно это нужно. То есть я нужна. Ты мог и передумать.

— Я же сказал тебе, что не лгу. Ты мне не просто нравишься, Зарабет, я хочу, чтобы ты стала моей женой. Так что ты спокойно могла сообщить Олаву о своем выборе. Сейчас я пойду к нему в лавку. У меня есть дела, а твой отчим не хуже и не лучше прочих здешних торговцев. Я поговорю о мехах и о тебе.

В порыве панического страха девушка схватила Магнуса за рукав:

— Подожди, пожалуйста. Ты должен кое-что узнать о моем отчиме. Он очень ревниво относится к мужчинам, которые обращают на меня внимание. Не знаю почему, но это правда. И это очень пугает меня. — Зарабет нервно теребила край накидки, разозлившись на себя за откровенность.

Однако это только умилило и глубоко растрогало викинга. Он улыбнулся и погладил ее по щеке кончиками пальцев.

— Не волнуйся, малышка, я договорюсь с Олавом Гордым.

— Я не малышка.

— Для меня малышка. — Его взгляд невольно скользнул по ее груди. — Я хочу увидеть тебя без одежды, Зарабет. Я хочу целовать твою грудь, ощутить твое тело под собой и раздвинуть тебе ноги коленом. Ради этого я готов на все.

У нее перехватило дыхание. Зарабет уже казалось, что она понемногу привыкает к нему, но Магнус снова заставил ее покраснеть до корней волос.

Она отвернулась и стала разглядывать мутный ручеек у своих ног. Вокруг колодца было очень грязно. На этом пятачке всегда собиралось слишком много людей и животных. В воздухе витали запахи человеческой и звериной плоти и, казалось, нечем было дышать.

— А в той долине, где ты живешь, Магнус… там чисто? — спросила она неожиданно.

— Воздух там такой прозрачный, какой ты и представить себе не можешь… Каждый год в долину приезжают новые люди, потому что там плодородная земля. Я даю им работу. Там нет такой грязи, как в твоем городе, Зарабет.

Она молчала и теребила накидку.

— Когда-нибудь я возьму тебя с собой в Киев. Воздух там чистый, холодный и резкий, так что даже дышать трудно. А когда начинаются дожди или снегопады, ты словно умираешь от ощущения, что это никогда не кончится. Если приплыть в Киев до снегопадов, есть риск не выбраться оттуда до весны. Река замерзает, и ты оказываешься у нее в плену на целых полгода.

Зарабет взглянула на него, и Магнус увидел в ее глазах такую тоску, что был поражен до глубины души. И еще понял, что перед мысленным взором девушки предстает все то, о чем он столь живописно рассказывает.

— А степи, Зарабет… Бесконечные мили выжженной солнцем травы, которые сменяются жалкими клочками бесплодной земли. Ровное пространство до самого горизонта. Ни деревьев, ни кустарника. Ничего! Только дикая пустошь, где мало кто способен выжить, хотя в степи есть и своя примитивная красота.

Люди там жестоки и беспощадны. Но принимать их надо такими, какие они есть.

— Ты правда покажешь мне все эти места?

— Да, ты поедешь со мной торговать. Но когда мы приплывем в Миклагард, мне придется быть все время начеку, потому что тебя могут похитить. И еще ты покроешь голову, чтобы никто не увидел твоих волос и лица. Живой огонь твоих волос… — он коснулся ее выбившегося из-под капора локона, — и яркая зелень глаз… Мужчины не смогут удержаться от соблазна попытаться отобрать у меня такую красавицу.

— Я хорошо помню Ирландию. Деревья и трава там такие зеленые, каких больше нет нигде на свете. Оттого что там часто идут дожди, все цвета кажутся ярче, иногда они просто ослепительны до боли в глазах. Но там всегда шла война, викинги сражались с ирландцами, ирландцы с викингами, и конца этому не было. Мой отец погиб в таком сражении. — Зарабет помолчала и задумчиво оглядела площадь. — Здесь все по-другому. Я выросла в этом городе, с этим местом связана вся моя жизнь, здесь у меня друзья, но… — Она стала подбирать слова, чтобы выразить свои чувства, но только пожала плечом. — Я глупею на глазах.

— Нет, просто в тебе живет страсть к путешествиям, как и в викингах. Тебе хочется увидеть новые места, узнать мир во всем его разнообразии. Все, что я открываю в тебе, мне нравится. Как только ты выйдешь за меня, для тебя начнется та жизнь, о которой ты мечтаешь.

— Послушаешь тебя, и кажется, что это так легко. Я никогда не жила так, как мне хотелось бы.

— Все впереди. Только ты должна мне полностью довериться.

— Есть еще одна проблема, Магнус. Это моя сестра Лотти. Я ответственна за ее судьбу и хочу, чтобы она оставалась со мной.

— А как же отец? Разве Олаву не нужна дочь?

— Нет. Он ненавидит Лотти.

— Хорошо. Тогда я привезу домой не одну, а двух женщин. А теперь, Зарабет, я пойду и поговорю с Олавом.

— Ты по-прежнему уверен, что желаешь взять меня в жены? — спросила она, поняв наконец, что ей самой этого очень и очень хочется.

— Никогда не сомневайся в том, что я говорю, Зарабет.

С этими словами Магнус Харальдсон поцеловал ее и зашагал прочь.

Глава 4

Сердце Олава замерло в груди, когда викинг переступил порог лавки. Без сомнения, это тот самый человек, о котором говорила Зарабет. Она солгала! Викинг был хорош собой и очень уверен в себе. Зарабет не могла не испытывать влечения к такому мужчине. Он из тех, кто любой ценой берет от жизни то, что хочет. Заносчивый ублюдок!

Да, Зарабет предпочла своему отчиму его. И уйдет с ним без колебаний и сожаления!

Черная ненависть захлестнула Олава. Зарабет такая же шлюха, как и ее мать. Она готова бросить семью и дом ради какого-то красавчика. Наверняка он наобещал девчонке с три короба. Падчерица точь-в-точь как Мара, которая охмурила и совратила Олава, чтобы выйти за него замуж. Но он не позволит Зарабет уйти с этим викингом, как когда-то не дал сбежать ее матери. Олав глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и его лицо тут же стало непроницаемым и абсолютно бесстрастным. Да, он сразу почувствовал, что приезжий представляет серьезную опасность и что такого противника недооценивать нельзя.

Олав отложил шкурку и вышел навстречу викингу, чтобы встретить его с подобающей учтивостью. Они представились друг другу.

Магнус внимательно рассматривал Олава Гордого, который прекрасно выглядел для своих лет. Его одежда была сшита из очень дорогой синей шерсти, а мягкий кожаный пояс был украшен отшлифованным янтарем. На правой руке он носил три серебряных кольца. Магнус подумал, что падчерица торговца одевается гораздо скромнее, и это рассердило его. Но старческий жирок Олав не мог скрыть даже широким поясом, а за бородой, в которой пробивалась седина, виднелся двойной подбородок. При этом, надо отдать должное, спину Олав держал прямо и достоинства ему было не занимать.

Хозяин лавки не понравился Магнусу с первого взгляда, поэтому он решил не тратить времени попусту и сразу приступил к делу:

— Я пришел по двум причинам, Олав. Первая и наиболее важная: я хочу жениться на твоей падчерице Зарабет. Вторая заключается в том, что я хочу торговать с тобой. Я привез прекрасные шкурки бобра и ондатры из долины Гравак в Норвегии. Еще у меня есть бивни моржа, оленьи рога и птичье перо для подушек. Все это с севера, из Лапландии. Если договоримся, ты расплатишься серебром.

— Естественно, — ответил озадаченный Олав.

Королю Гутруму и его жене нужны были перьевые подушки, но никто не мог доставить ему хорошее перо. Торговец, конечно же, заслужит расположение властителя области.

Гордый молодой человек, стоявший перед Олавом, был самоуверен и привлекателен: высок, строен, силен, красив, светловолос и голубоглаз, как большинство норвежцев. Тяжелая нижняя челюсть говорила о его твердом характере и несгибаемой воле. В прежние времена при виде человека с ямочкой на подбородке саксы осеняли себя крестом, считая это дьявольской отметиной.