Кэтрин Коултер – Объятия дьявола (страница 4)

— Касс, я не сомневался, что ты хотя бы что-то надеваешь, когда плаваешь!

— Она была подобна Венере, выходящей из пены морской. Признаться, зрелище было прелестное.

— На мне была сорочка, — сухо процедила Касси, переводя взгляд с недовольного лица брата на Эдварда, и поднялась, грациозно поправляя юбки. — Теперь, когда ты знаешь все подробности дерзкого поведения лорда Линдхерста, Эллиот, предоставляю тебе объясниться с ним. Не позволяй ему ускользнуть, братец, иначе мне придется собрать осколки разрушенной добродетели и удалиться в монастырь.

После ухода Касси Эллиот смущенно обернулся к Эдварду:

— Она ужасно прямолинейна и откровенна до глупости, но, конечно, ты это знаешь. — Он нервно поправил воротник. — Ты не.., то есть Касси не…

Эдвард, удивленно моргнув, насмешливо объяснил:

— На ней была сорочка, Эллиот, мокрая, но вполне скромная. Ты ведь понимаешь, мои намерения благородны, и нет нужды вызывать меня на дуэль. Я хочу жениться на Касси, но, право, не знаю, что делать с ее лондонским сезоном. Она наотрез отказывается ехать в столицу. Что же касается прямолинейности.., она просто своевольна.

— Упряма, как мул, и делает все, что в голову взбредет.

— Верно. Но все же, если ты настаиваешь на том, чтобы она провела зиму в Лондоне.., вероятно, вдвоем мы сможем ее уговорить.

— Она всегда была верна тебе, Эдвард, хотя раньше я считал, что ее чувства — не больше чем детское поклонение храброму герою, сражающемуся в чужой стране. Если хочешь жениться на ней сейчас, я возражать не стану.

— И скорее всего в награду за такую поддержку Касси назовет первого сына в твою честь.

— Касси — мать! — ошеломленно тряхнул головой Эллиот. — Кажется, только вчера она сама была ребенком, мечтавшим научиться правильно насаживать на крючок червяка. Помню, как-то раз моя лошадь налетела на забор, а я сломал ногу. Она вела себя, как наседка, ухаживала за мной и силком заставляла пить совершенно омерзительные снадобья.

— Я рад, что не вернулся в Англию, когда меня ранило в плечо, — мягко улыбнулся Эдвард все еще потрясенному Эллиоту. — Шурин, не назначить ли нам свадьбу, скажем, через два месяца?

— Вижу, что капитан Линдхерст умеет атаковать быстро и без предупреждения! Короче говоря, не вижу препятствий. Бекки все возьмет в свои руки, так что беспокоиться не о чем. Кстати, насчет мисс Питершем.., лучше я сам с ней поговорю.

— Как хочешь, Эллиот. Ну а теперь, мой друг, нам о многом нужно потолковать. Каково живется Эллиоту Броуму, ставшему четвертым бароном Тинсдейлом?

Глава 3

Эллиот Броум добродушно улыбался взбудораженной мисс Питершем.

— Да что вы, Бекки! Эдвард Линдхерст — один из лучших моих друзей и к тому же человек чести. Если Кассандра любит его, я не стану вмешиваться и поднимать шум.

— Ей только что исполнилось восемнадцать, Эллиот! Она еще девочка и сама не знает, что делает. Ее неотразимый виконт примчался домой с неисчерпаемым запасом волнующих историй о своих похождениях и теперь молит Кассандру упасть в его объятия!

— Вот тут вы не правы, Бекки. Насколько я знаю Касси, именно она скорее всего поощряла Эдварда пасть в ее объятия! Но правда и то, что Эдвард — не какой-то незнакомец, взявшийся невесь откуда, — в конце концов последние три года они регулярно обменивались письмами.

— Что-о-о-о?! — возмущенно выдохнула мисс Питершем.

Эллиот смущенно потупился.

— Ну что ж… Бекки.., по правде говоря, мы с Касси решили вам ничего не рассказывать, зная, как вы станете сердиться..

— Лучше уж признайтесь, что именно Касси взбрело в голову все скрыть от меня, а вы, несчастный, поддались на ее уговоры! Вы на четыре года старше сестры и к тому же после смерти отца стали ее опекуном.

Мисс Питершем застонала и нервно заметалась по комнате.

— Обещайте, Эллиот, что разрешите эту свадьбу только после лондонского сезона. Но Эллиот покачал головой:

— Не понимаю, почему вы так противитесь, чтобы Касси вышла замуж по любви! Господу одному известно — в наше время подобные браки крайне редки! И вы должны признать, Бекки, она неизменно проявляет полнейшее безразличие к молодым щенкам, которые увиваются вокруг нее, как пчелы возле горшка с медом! Осмелюсь сказать, в Лондоне она найдет то же самое общество! Я уже дал свое позволение, и они собираются обвенчаться через два месяца.

— Два месяца!

— Но, Бекки, вы же не собираетесь навеки отдать Касси воздыхателю, живущему на краю земли, — поспешил утешить Эллиот. — Делфорд-Мэнор всего в двух милях отсюда, и думаю, мало что изменится после свадьбы.

Мисс Питершем глубоко вздохнула.

— Ну.., что сделано, то сделано. Жаль, конечно, что я не узнала обо всем раньше Эллиот нежно погладил ее по пухлой руке — Вы лучше меня знаете: когда Касс закусит удила, ее не остановить. Только вы сможете так блестяще подготовиться к свадьбе, и уверен, все пройдет как по маслу, словно у нас впереди не два месяца, а целых шесть.

Эллиот расплылся в улыбке, искренне радуясь, что сумел так ловко переложить груз ответственности на надежные плечи мисс Питершем.

Компаньонка едва заметно скривила губы. Как часто она размышляла о несправедливости судьбы — именно Эллиоту следовало родиться девочкой, а Касси — мальчиком! Касси с младых ногтей отличалась упорством, силой воли и легко добивалась желаемого, тогда как Эллиот был бесхитростным, добрым и податливым — настоящей глиной в умелых ручках сестрицы.

— Розги пожалеешь — ребенка испортишь, — пробормотала она двусмысленно и, поправив кружевной чепец, быстро пошла к двери, громко шелестя черными юбками.

Эллиот облегченно вздохнул и заметил, что сестра осторожно заглядывает в комнату.

— Все в порядке? Ты сказал ей, Эллиот?

— Да, плутовка, и уверяю, она не слишком обрадовалась.

— Знаю. Я слышала, как шуршат ее юбки, и поскорее спряталась за урной [2], пока она не поднялась наверх.

Касси крепко обняла брата.

— Спасибо, любовь моя, за то, что не побоялся схватки со львом. Надеюсь, ты не веришь, что мисс Питершем в самом деле мечтала выдать меня за пузатого немецкого герцога?

— Бог знает. Может, ей самой хотелось побывать в Лондоне, — вздохнул Эллиот и, виновато потупившись, сообщил:

— К несчастью, я проговорился, что вы с Эдвардом последние три года переписывались.

Касси дернула себя за длинный густой локон, ниспадающий на плечо.

— Ничего, придется немного постоять под дождем упреков, только и всего. Потом мы пошлем за капитаном Линдхерстом, он тут же пустит в ход свое обаяние, и Бекки перестанет дуться.

— Только не упоминай при ней слово “капитан”. Бекки уверена, что Эдвард покорил тебя рассказами о своих военных приключениях.

— Я объясню, как вместо того чтобы покорять меня, Эдвард наотрез отказывается поведать о своих подвигах.

Эллиот вспомнил о некоторых наиболее отвратительных историях, подробно изложенных Эдвардом, но мудро промолчал. Касси по детской привычке задумчиво кусала нижнюю губку.

— Знаешь, — объявила она, — у меня достаточно времени убедить его, что наши сыновья созданы для флота Его Величества, а не для армии! По мне — это куда более волнующая карьера. Можешь представить, что кто-то предпочтет землю морю?

Эллиот расхохотался и слегка потрепал ее по плечу:

— Осторожнее, Касс! Эдвард — человек твердых принципов и еще более строгих понятий о том, как подобает себя вести молодым англичанкам из приличных семей. Он вполне способен навсегда пришвартовать к берегу твою шлюпку и прищемить твой русалочий хвост.

— Вздор, Эллиот! — воскликнула Касси, надменно вскинув голову. — Эдвард знает мою любовь к морю, и, кроме того, не могу представить, чтобы после свадьбы он начал мной командовать.

Эллиот улыбнулся и сказал скорее себе, чем сестре:

— Думаю, Бекки захочет жить с тобой в Делфорд-Мэнор.

— Если только ты не слишком станешь скучать по ней, Эллиот. За эти годы она стала нам второй матерью. Представить невозможно, что она не сидит напротив меня за столом и не наставляет, как лучше чинить простыни и сколько окороков должно висеть в кладовой.

— Я потеряю вас с Бекки. Хемпхилл-Холл уже никогда не будет прежним, — с печальной улыбкой смирившегося человека вздохнул Эллиот.

— Мне тоже не будет хватать тебя, дорогой, но не думай, что, как только я стану жить в Делфорд-Мэнор, никогда в жизни не омрачу этот дом своим присутствием!

Она снова обняла брата и шепнула:

— О, Эллиот, я так счастлива! И не только из-за Эдварда! Теперь мы снова все вместе, и даже наши дети будут расти рядом.

— Виконт Делфорд, милорд! — объявил Менкл. Брат с сестрой поспешно обернулись. Эдвард Линдхерст ступил в гостиную и несколько мгновений стоял неподвижно, не сводя глаз с Касси, зачарованный не столько ее лицом и фигурой, сколько ослепительным счастьем, загоревшимся у нее в глазах при виде жениха. Девушка поспешно шагнула к нему, стараясь поскорее оказаться рядом. Эллиот громко откашлялся.

— Господи, Эдвард, да у тебя впереди целая жизнь — еще успеешь наглядеться!

— Негодный! Не слушай Эллиота, Эдвард, у него на уме только постоянные насмешки над сестрой!

— Входи, Эдвард. Мы с Касс только что обсуждали преимущества флотской карьеры над армейской. Вероятно, вы хотели бы побыть вдвоем, поэтому я удаляюсь.

— Неужто ты собираешься нанести визит мисс Пеннуорти, Эллиот?

— Не понимаю, что тут странного? Пока вы с Эдвардом уставились друг на друга бараньими глазами, я вполне могу заняться тем же самым!