Кэтрин Коулc – Пепел тебя (страница 79)

Я с трудом сдерживалась, пока он дразнил меня. С губ сорвался прерывистый выдох.

— Нравится, маленькая бестия?

— Да. — Это было скорее дыхание, чем слово.

— Скажи, чего ты хочешь.

Голос стал ниже, шершавым, как наждак.

— Тебя. — Проще некуда.

— Конкретнее.

— Чтобы ты растягивал меня. Заполнял.

С того самого момента, как я провела рукой по его члену и почувствовала его толщину в пальцах, мне хотелось знать, каково это — принять его всего. Я мечтала об этом.

Пальцы Лоусона скользнули внутрь меня.

Я судорожно вдохнула.

— Ты меня убиваешь, — хрипло сказал он. — Но спешить нельзя.

— Пожалуйста, — пробормотала я. Я и сама не знала, о чем именно прошу. Просто еще. Еще его.

Большой палец Лоусона описал круг по клитору, когда он добавил третий палец.

— Ты на таблетках?

— Ммм? — Я так утонула в ощущениях, что едва расслышала вопрос.

Он прикусил мочку моего уха.

— Мне нужно знать, ты принимаешь таблетки.

Его пальцы ласкали меня изнутри, заставляя ноги дрожать.

— При-ни-ма-ю. — Волна чувств накрыла так сильно, что слова дались с трудом.

Мои веки дрогнули и закрылись, когда он начал ласкать меня, и на губах появилась улыбка. Но она тут же сорвалась в стон, когда пальцы Лоусона изогнулись внутри меня.

— Скажи, что ты уже близко, — хрипло прошептал он мне на ухо.

Ноги задрожали, низ живота сжался.

— Близко.

Его пальцы исчезли в тот же миг.

— Что…?

Лоусон накрыл мои губы жадным поцелуем.

— Хочу, чтобы ты кончила на моем члене, а не на пальцах, маленькая бестия. Хочу чувствовать, как ты пульсируешь вокруг меня. Хочу видеть, как загораются твои глаза, когда я беру тебя.

Меня снова свело изнутри — тело жаждало всего, что он обещал.

Лоусон отпустил меня и с невероятной скоростью избавился от одежды. В другой ситуации это выглядело бы смешно, если бы я не сходила с ума от желания снова его коснуться. В следующий миг он уже был рядом, направляя меня к кровати.

— Я проверялся. Никогда бы не рисковал с тобой, — прошептал он.

Горло сжалось.

— Я тоже.

— Мне нужно знать, что ты со мной. На каждом шаге.

Я кивнула.

— Я всегда была.

Во мне не было ни тени страха — только желание. Потребность. Я обхватила лицо Лоусона ладонями.

— Возьми меня, Блю. Покажи, как это может быть.

Этого ему хватило. Лоусон в одно мгновение уложил меня на матрас.

— Ноги вокруг меня, — скомандовал он.

Тело послушалось само, пятки зацепились, дыхание участилось.

Головка коснулась входа — жесткая, мучительная дразнящая. Его взгляд приковался к моему.

— Это ты и я. Всегда ты и я.

В горле запекло.

— Ты и я.

Он вошел. Растяжение было таким сильным, что у меня перехватило дыхание, и Лоусон опустил лоб к моему.

— Дыши, — сказал он, проводя большим пальцем по клитору, превращая боль в сладкое жжение.

— Блю, — его прозвище сорвалось с губ, наполовину молитва, наполовину выдох.

— Вот так, моя девочка.

— Еще, — взмолилась я.

Лоусон подчинился. Его движения сначала были мягкими, осторожными, будто проверяющими. Но мои пятки впились в его ягодицы, безмолвно прося большего.

— Хэлли, — предупредил он.

Мои пальцы сжались на его плечах.

— Всего тебя. Я хочу всего тебя.

В его глазах вспыхнула та самая синева, и Лоусон сдался.

Он выгнулся, входя глубже, мышцы напрягались и перекатывались. Это было искусство — смотреть, как он пишет шедевр моим телом.

Губы приоткрылись, когда он нашел точку, от которой перед глазами заплясали огни. Цветные искры.

Мои бедра рванулись навстречу его, в отчаянной, жадной мольбе. Я хотела, чтобы он был во мне так глубоко, чтобы его невозможно было вырвать.

Лоусон издал глухой, звериный звук.

— Со мной, Хэлли. Мне нужно, чтобы ты была со мной.

Его большой палец надавил на клитор, движения стали резче — и я рассыпалась. Вихрь ощущений.

— Смотри на меня, — приказал Лоусон. — Я не хочу потерять эти глаза.

Я изо всех сил цеплялась за реальность, не отрывая взгляда от этой глубокой синевы, пока тело катилось по волне.

Лоусон вдавился в меня еще глубже, невозможным образом, когда его накрыло. Мои стенки сжались вокруг него в жестком, жадном спазме. Он выругался, опуская лоб к моему.

— Хэлли… — выдохнул он. — Я никогда не был так счастлив, оказавшись полностью разрушенным.