Кэтрин Коулc – Пепел тебя (страница 23)

— А как насчет той, что предложила устроить вам всем впятером?

У меня отвисла челюсть. Она серьезно?

Роан поморщился, потом наклонился и коснулся губами ее губ.

— Ты ведь знаешь, что единственная, кого я хочу утащить в постель, — это ты.

Острая боль полоснула меня при виде их нежности, их близости. Танец эмоций между ними был виден невооруженным глазом: забота, любовь, уважение, желание.

Каково это — почувствовать хотя бы одно из этих чувств? А все сразу?

Аспен поцеловала его в ответ и одарила строгим взглядом:

— Тут дети и гости, Роан.

Он только ухмыльнулся:

— Для этого всегда есть сарай.

У меня вспыхнули щеки от намека.

Она легонько стукнула его в живот:

— Ты неисправим.

— И ты меня такого любишь.

Аспен покачала головой, выбралась из его объятий и подошла ко мне.

— Прости его.

— Я не против! — крикнул Роан, помогая детям перелезть через ограждение, чтобы они могли поздороваться с животными.

Я сжала губы, чтобы не расхохотаться.

— Он кажется… милым.

— Мило — это точно не про Роана. Он слишком прямодушный для такого слова.

Я посмотрела на Аспен:

— Прямота — это хорошо. Гораздо лучше, чем «милость».

Люди нередко прячутся за милостью. Она может быть фальшивой. А вот искренняя доброта, которую я увидела в его отношении к Кэйди и Аспен, стоит всего.

— Согласна, — сказала она.

— Аспен, — раздался за нами глубокий голос.

Я не услышала шагов, даже по гравию. Слишком была поглощена сценой между Аспен и Роуном. Я дернулась, резко обернулась, сердце бухнуло под ребра.

Мужчина замедлил шаг, увидев мою реакцию. Я тут же опустила голову, смущенная. За пять минут — уже второй раз. Именно поэтому мои дружбы долго не держались. Люди просто не знали, что со мной делать.

Аспен мягко положила ладонь мне на поясницу.

— Хэлли, это наш ветеринар и друг, Дэмиен Миллер. Дэмиен, знакомься: Хэлли, новая няня Лоусона. Она недавно приехала в Сидар-Ридж.

Мне не хотелось поднимать взгляд. Я бы отдала миллион, лишь бы не поднимать. Но иначе выглядела бы еще страннее. Пришлось заставить себя посмотреть на мужчину в нескольких шагах. В его взгляде была настороженность, но и доброта тоже. Он даже не попытался приблизиться, хотя дистанция была странной.

— Привет, Хэлли. Рад знакомству.

Я кивнула:

— И я.

Ладони были мокрыми, сердце гулко билось. Слишком много нового, слишком быстро. Сложно было сдержаться.

Дэмиен повернулся к Аспен:

— Я закончил с прививками. Ты знаешь порядок: усталость и расстройство желудка — норма. Но если кто-то будет совсем не в своей тарелке, звони.

Она не убрала руку с моей спины — будто давала понять, что рядом.

— Спасибо, Дэмиен. Очень выручила твоя помощь.

Он чуть наклонил голову:

— Всегда. — Его взгляд мелькнул на мне. — Добро пожаловать в Сидар-Ридж, Хэлли.

У меня во рту пересохло так, что язык прилип к небу.

— Спасибо. Очень приятно, — выдавила я.

Звучало механически, будто я робот. Но хоть что-то.

Дэмиен помахал нам и ушел к машине. Когда его дверь закрылась, я выдохнула. И только тогда Аспен убрала руку.

Я ожидала, что она что-то скажет, спросит, все ли со мной в порядке. Но она не произнесла ни слова. Просто повернулась к ограде и начала показывать мне животных.

За глазами давило. Раздражение. Отчаяние. Злость.

Я хотела только одного — нормальности. Простого, спокойного «как у всех». Но я не знала, будет ли оно когда-нибудь моим.

Все из-за него.

Он украл у меня этот шанс. Из всех шрамов, что он оставил, из всей боли, что причинил, это было самое жестокое.

11

ХЭЛЛИ

— И потом Эммалин попыталась съесть твои волосы! — Чарли едва не подпрыгивал в своем детском кресле.

Я улыбнулась в ответ. Чарли невозможно не любить: в нем столько жизни и доброты. Он легко принимает меня и любого, кто оказывается рядом.

— Наверное, она очень проголодалась. Или эму правда едят волосы.

Чарли расхохотался, покачав головой.

— Хорошо, что у нас были угощения.

— Хорошо, — подтвердила я, выезжая на Мейн-стрит и направляясь к школе. Я была благодарна за то, что Сидар-Ридж такой небольшой. И за то, что улицы здесь складывались в простую, легко запоминающуюся сетку.

Но дело было не только в этом. В маленьком городе мне проще было расширять границы и пробовать новое.

— Жаль, что мы не остались дольше, — протянул Чарли, глядя в окно.

— Уверена, Эммалин тоже хотелось бы, чтобы вы остались.

Это было лучшее, что я могла сказать: после второго за день приступа паники мне хотелось только бежать в свою избушку и спрятаться.

Щеки вспыхнули при одном лишь воспоминании. Доброе отношение Аспен многое говорило о ней, но я была уверена, что она ломала голову, что со мной не так. Да и все вокруг думали так же. Я их не виню. Обычно это шло не от злого умысла, но от этого я чувствовала себя выродком.

Чарли тяжело вздохнул, плечи у него поднялись и опустились.

— Хотелось бы, чтобы папа разрешил нам завести щенка или котенка.

Я бросила взгляд в зеркало заднего вида.