Кэтрин Коулc – Хрупкий побег (страница 18)

— Ни телефона, ни почты? — Я не знал ни одного человека, у кого не было бы и того, и другого.

Роудс покачала головой:

— Думаю, ей нужен кто-то, кто будет двигаться в ее ритме. Делать все, чтобы ей было комфортно.

В голове пронеслась тысяча версий и ни одна из них не была хорошей. Все они вызывали неприятное, липкое ощущение в животе.

— Шеп? — позвала Роудс.

— Прости, — пробормотал я, выныривая из тяжелых мыслей.

— Ты поможешь ей?

Я сглотнул, пытаясь справиться с комом в горле:

— Конечно.

Но предложить помощь и чтобы Тея ее приняла — две большие разницы. И я не верил, что она скоро впустит меня в свою жизнь. Эта мысль обжигала. Оставляла болезненный след, который я отчаянно хотел залечить. Но первый шаг должна была сделать Тея. А я совсем не был уверен, что она решится.

11

Тея

Раздался громкий грохот, и я вздрогнула, чуть не испортив крем, который как раз окрашивала в нежно-розовый цвет.

Уолтер бросил на меня обеспокоенный взгляд от раковины, где мыл посуду:

— Извини. Все в порядке?

Он просто поставил кастрюлю в мойку — делал так тысячу раз раньше. Но сегодня я едва не устроила себе кремовую маску на лицо.

Неважно, что по дороге домой Саттон рассказала мне о вандалах-подростках и объяснила, что испорченные шины вписываются в их репутацию. Я была на взводе. Постоянно оглядывалась, будто искала угрозу в каждом посетителе. Напряжение не отпускало. Тело отказывалось расслабиться. Мышцы казались не мышцами, а цементом.

Но я все же выдавила улыбку для человека, который всегда относился ко мне как к внучке:

— Все хорошо. Просто плохо спала. Немного не в себе сегодня.

И это было правдой. Я просто не стала озвучивать причины.

Морщинки у глаз Уолтера углубились, когда он прищурился, явно пытаясь меня прочитать:

— Обязательно возьми домой наш травяной чай для сна. Он мне всегда помогает. Только капельку бурбона добавь.

Я усмехнулась, накрывая миску с кремом и ставя ее на станцию украшения Саттон:

— Мне кажется, дело как раз в бурбоне, а не в чае.

Уолтер расплылся в улыбке и вернулся к плите:

— Немного хорошего никогда никому не вредило.

Я уже давно не пила. Хотя жила в Спэрроу-Фоллс почти два года без всяких проблем, я по-прежнему не позволяла себе ничего, что могло бы затормозить мои реакции. Я не имела на это права.

Моей зависимостью были книги. Те, что я находила в комиссионке за пятак или брала в библиотеке по карточке Саттон. Читала все подряд: детективы, фантастику, но особенно обожала истории любви. И у меня было одно жесткое правило — финал должен быть счастливым. В жизни и так достаточно боли. В книгах мне нужно было надеяться.

Поэтому, когда я не могла уснуть прошлой ночью, я взяла роман о ворчливом ковбое-отце-одиночке, который изо всех сил пытался не влюбиться в свою няню. Он был со мной до трех ночи, пока я наконец не провалилась в сон.

Я похлопала Уолтера по плечу, проходя мимо на кассу:

— Всем нам нужно чуточку хорошего.

Он подмигнул:

— Сто процентов, девочка.

Я хихикнула и встала за стойку. Оглядевшись, увидела, что Саттон тонет — бегает от столика к столику, вытирает, убирает, а тем временем у кассы уже стоит очередь из двух человек.

Я подошла и улыбнулась женщине, которая стояла первой — той самой, что болтала с Шепом в день, когда я вывалила на него крем.

— Привет, Мара. Что будем заказывать?

Она улыбнулась в ответ — тепло, по-доброму. Вся ее внешность подходила под это описание. Золотисто-русые волосы, васильковые глаза, аккуратные черты лица, миниатюрная фигура — все в ней вызывало у мужчин желание оберегать.

А рядом с ней я чувствовала себя кем угодно, только не такой. Длинные нескладные конечности, поношенная одежда — я казалась себе неуклюжей великаншей.

— Мне карамельный латте с двойным эспрессо, пожалуйста. И кусочек лимонного кекса с маком.

Я кивнула и выбрала позиции на экране планшета:

— Девять пятьдесят.

Мара приложила карту к терминалу:

— Спасибо.

— Конечно. — Я поспешила приготовить заказ, но краем глаза заметила, как в пекарню вошла Роудс. Ее темные волосы были закручены в небрежный узел на макушке, на ней были футболка Bloom и шорты. Увидев меня, она тут же просияла и помахала рукой.

По спине пробежала нервная дрожь. Я знала, что она собиралась поговорить с Шепом и попросить его помочь мне с протечкой. Часть меня надеялась, что он отказался. Тогда не придется бороться с тревогой из-за чужого человека в моем доме.

Но другая часть — более разумная — молилась, чтобы он согласился. Сегодня утром мне пришлось ехать на кемпинг, чтобы принять душ. А туалеты я сейчас смываю из ведер, набранных в теплице. Мне срочно нужно найти эту утечку.

Саттон метнулась за стойку, выдернув меня из мыслей. Проходя мимо, она сжала мне руку:

— Я сделаю напиток. Что она заказала?

— Карамельный латте с двойным эспрессо.

— Принято.

Я быстро вручила Маре кусочек кекса:

— Вот ваш заказ. Напиток будет готов через минутку.

Я чувствовала на себе ее взгляд. Он был не злой, просто внимательный. Наверное, она вспомнила, как стала свидетельницей ссоры между мной и Шепом. Но мне не нравилось, когда на меня так пристально смотрят. Поэтому я просто проигнорировала это.

— Спасибо, — сказала Мара. Даже голос у нее был мелодичный, нежный.

Я вернулась к кассе и приняла заказ от мужчины, который, судя по всему, провел утро в горах. Он заказал чуть ли не половину меню — лучшее доказательство, что гулял на свежем воздухе.

Когда он ушел, я посмотрела на Роудс.

Она улыбнулась:

— Все больше и больше людей.

Я кивнула, радуясь, что за ней никого нет, и мне не нужно торопиться:

— Туристический сезон в самом разгаре.

— Не поспоришь. — Роудс взглянула на витрину. — Вишневые кексы с колой. Мне срочно нужно попробовать один.

Один уголок моих губ приподнялся:

— Я сначала скептически отнеслась, когда Саттон придумала этот рецепт, но они и правда потрясающие.

Роудс вытащила из кармана небольшой кардхолдер:

— Не сомневаюсь. У Саттон гениальный мозг, когда речь идет о выпечке.