Кэтрин Коин – Знак Бесконечности (страница 57)

— Добрый день, Егор!

— Добрый. Какие-то новости? Мне сейчас не совсем удобно разговаривать.

— Да, есть новости, нужно, чтобы Вы подъехали в отдел.

— Хорошо, подъеду, только ближе к обеду.

— Жду.

Засунув телефон в карман, я уверенным шагом направляюсь ко входу в больницу. Зайдя внутрь, подхожу к регистратуре и обращаюсь к молодой медсестре.

— Здравствуйте, могу я увидеть Маевскую Инессу? Она вчера легла на обследование.

— Здравствуйте, — улыбается мне, — она в 78 палате, пойдемте я Вас провожу.

Дойдя до палаты, она просит подождать и заглядывает внутрь. Спустя секунд десять разрешает зайти в палату. Пройдя через двери, сразу же вижу Инну, и тепло расплывается в душе от ее улыбки. И только потом я замечаю соседку по палате.

— Ой! Привет! — радостно кричит Ксюша. — А медсестра сказала, что ты к Инне, перепутала, наверное, — смеется, — какой красивый букет!

Перевожу взгляд с Ксюши на Инну, потом обратно на Ксюшу, а затем на букет цветов, которые я держу в руках.

— Вы знакомы? — спрашивает Инна, непонимающе смотря то на меня, то на Ксюшу.

— Я действительно к Инне, — говорю рыжеволосой девушке, — я не знал, что ты в этой больнице лежишь.

Не знаю почему, но мне становится неловко перед девушками, наверное, от того, что Инна может снова все неправильно понять. Ксюше явно стало обидно, что я пришел не к ней, потому что она поднялась с кровати и вышла из палаты, оставив нас с Инной наедине.

— Прости, что не звонил, я…

— Я знаю, — перебивает меня, — Ксюша рассказала все в подробностях. Как ты?

— Это не важно, — подсаживаюсь к ней и отдаю букет, — главное — твое здоровье и наш малыш, — беру ее за руку и накрываю ладонью.

— Алла проболталась?

— Конечно, — улыбаюсь, — наверное, не хотела, чтобы я так же, как Стас, не знал о своем ребенке.

Согласно кивает и проводит пальцем по моей еще не до конца зажившей губе.

— Не переживай, все нормально, — успокаиваю я, и взяв за руку, подношу ее к губам и нежно целую.

— Когда это уже закончится? — спрашивает Инна, смахивая со щеки слезу.

— Скоро, милая. Звонил следователь, сказал, что есть новости и попросил подъехать в отдел. Надеюсь, он узнал что-нибудь серьезное.

— Я хочу с тобой поехать, мне нет смысла здесь лежать, причину уже узнала, — внимательно смотрит на меня, и когда я ей улыбаюсь, уголки ее губ следуют моему примеру.

— Я переживаю за твою безопасность. Здесь с тобой ничего не случится, а по дороге в отделение неизвестно, что может с нами произойти.

— Пока мы были вместе, все было хорошо, но как только разошлись… вот к чему мы пришли, — указывает на мое лицо.

— Ты уверена, что сможешь ехать? Как ты себя чувствуешь?

— Я смогу, все хорошо. Пойду, поговорю с врачом, а ты пока — с Ксюшей. Она возлагала на тебя большие надежды, — после этих слов Инна закатывает глаза и поднимается с кровати.

Когда она уходит, я остаюсь ждать в палате. Нелепое стечение обстоятельств, но с другой стороны, я рад, что не пришлось объяснять Инне, почему я не звонил и откуда знаком с Ксюшей. Остается только надеяться, что она не приукрасила события тех трех дней, которые мы провели вместе.

В дверях появляется Ксюша с трехлитровой банкой в руках.

— Я принесла банку для цветов, — говорит она.

— Спасибо, — дарю ей улыбку и ставлю цветы в банку.

— Так значит, у тебя есть девушка?

Согласно киваю.

— Почему не сказал?

— Ты не спрашивала, — пожимаю плечами. Не понимаю, к чему этот допрос.

— Можем ехать, — в палату заходит Инна, спасая положение, — договорилась с врачом, только придется заехать в аптеку.

— Без проблем, жду тебя за дверью, — поднимаюсь с кровати, прощаюсь с Ксюшей и выхожу.

Инна не заставляет себя долго ждать, поэтому через несколько минут выходит с сумкой. Сразу же забираю ее.

— Тебе нельзя поднимать тяжести, — говорю ей.

— Она же легкая, — смеется.

— Это не важно, — целую ее в висок и беру за руку. Как же я рад слышать ее смех.

— Ты забыла цветы, — замечаю я.

— Я решила оставить их Ксюше.

На выходе из больницы прощается с медсестрой, которая сопровождала меня до палаты, и покидаем здание.

Глава 59

Инесса

Невозможно передать словами, как я счастлива, что Егор приехал ко мне в больницу. Я даже не злюсь на Аллу, что она этому поспособствовала, потому что она избавила от переживаний, которые терзали меня все время, проведенное в разлуке с любимым человеком.

— Что нужно купить в аптеке? — спрашивает Егор, останавливаясь возле аптеки.

Протягиваю ему список, который написал врач.

— Посиди в машине, я схожу, — нежно целует меня в губы и выходит из машины.

Я даже не подозревала, насколько сильно скучала по его прикосновениям и поцелуям. Надеюсь, что теперь у нас с ним все получится и ничто не будет нам препятствовать.

— Держи, — Егор садится в машину и дает мне пакет с лекарствами, — по списку все купил.

— Спасибо, — улыбаюсь ему, — теперь в отделение?

— Да.

Спустя полчаса мы останавливаемся возле отделения полиции. Егор выходит из машины, обходит ее вокруг и открывает для меня дверь. После нашего воссоединения он чуть ли пылинки с меня не сдувает. Все с такой заботой и нежностью делает, что я не могу сдержать улыбку. Наверное, мы выглядим как сумасшедшие (кто приезжает в полицию с улыбкой от уха до уха?), но я ничего не могу с собой поделать.

Зайдя в здание, как обычно, говорим дежурному, к кому мы пришли, он выходит и провожает нас. Двигаемся в другом направлении от кабинета Сергея Владимировича.

— Он на допросе, — объясняет дежурный, — просил привести вас, когда приедете.

Дойдя до допросной, дежурный стучит, и в коридор выходит следователь, прикрывая за собой дверь.

— Здравствуйте, — кивает мне и жмет руку Егору, — вы как раз вовремя.

— Вы нас обрадуете? — спрашивает Егор.

— Сейчас узнаем, — отвечает Сергей Владимирович, — пройдемте сюда.

Указывает на соседнюю дверь и открывает ее перед нами. Мы оказываемся в слабоосвещенной комнате с большим диваном и стеклянной стенкой. Повернувшись лицом к «окну» в соседнюю комнату, я увидела по ту сторону трех мужчин, сидящих за столом. Двое — напротив одного. Когда я посмотрела на человека в наручниках, у меня чуть не подкосились ноги. Егор прижал меня к себе, отвернув от стены.

— Он главный подозреваемый в нашем деле, всё указывает на него, — говорит следователь.

— Он признался, зачем все устроил? — спрашивает Егор.