Кэтрин Коин – Свободное падение (страница 17)

Почему я с готовностью подставляю этот израненный кусок для новых ран? Кому будет лучше от неравноценного обмена? Не нахожу пока ответы на свои вопросы, но эти жертвы нужны мне. Я обязана довести до конца нашу ненормальную игру, покончить с фальшивой жизнью, захлопнуть все коробки с прошлым и сжечь их, чтобы освободить себя и внутри себя место для других людей, будущих светлых и радостных воспоминаний.

Наверное, пора отключать чувства и включать мозг, иначе Давид снова сделает из меня куклу, которой можно поиграть и в любой момент закинуть в кучу к другим таким же. И опять, прощая ему все на свете, буду ждать, когда он захочет меня, лишь бы видеть свое счастливое отражение в его глазах.

Прежде мне с легкостью удавалось строить из себя холодную стерву. И сейчас смогу. По сути, парень в точности, как и все остальные мои прошлые партнеры по «полетам»: эгоистичный, нагловатый, дерзкий, думающий, что весь мир крутится вокруг него; что стоит только сделать вид веселого, милого, понимающего парня, и я потеряю голову. Но никому из них не разрешалось то, на что согласилась: одна кровать, полный доступ к моему телу и… к моей душе. Посмотреть бы в глаза тому, кто закинул меня в этот ад. Кто тот человек, которому захотелось увидеть, как я мучаюсь и ломаю себя? Я обязательно это выясню, а пока играем. Чем раньше Давид сдастся, тем скорее закончится пытка. Я вернусь к своему одиночеству, а он – в свою идеальную жизнь с прекрасной женой и сыном.

Упираюсь взглядом в бокал с вином. Думаю, мне хватит. Тело затекло от длительного нахождения на твердой поверхности, а из приоткрытого окна дует прохладный ветер. Не знаю, от него или мыслей о человеке, с которым мне предстоит засыпать и просыпаться вместе, но становится холодно.

– Напиваешься в одиночку? Попахивает алкоголизмом, – слышу голос Давида, а через пару секунд, не дождавшись от меня ответа, хмыкнув, с легкой обидой в голосе добавляет: – Или тебе настолько противно ложиться со мной в одну постель, что ты решила сначала напиться?

Слегка вздрагиваю и посильнее зарываюсь в плед. Не считаю нужным отвечать на слова парня. Не могу смотреть на него, но безумно бесит, что он чувствует себя здесь как дома: когда хочет, тогда и нарушает мое уединение, шутит и ведет себя так, будто мы среднестатистическая парочка в ссоре.

Боже, что обо мне подумала сестра?! Наверное, и Злату смутило подобное поведение Давида, если она ушла спать, даже не поужинав.

– Иди к черту, Давид! Ты и так выставил меня перед сестрой полной идиоткой, – говорю, не поворачиваясь в его сторону.

– Фокс, не думаю, что ей есть дело до того, с кем ты спишь… или не спишь. – Парень подходит и кладет свою руку на мои согнутые в коленях ноги. – Пойдем в твою классную кровать. Уже поздно.

– Будь моя воля, ты бы спал на коврике.

– Будь моя воля, ты бы еще долго не спала, – произносит с самодовольной усмешкой в голосе.

– На уме только одно, да? – начинаю злиться. Ну конечно, о чем еще можно думать, лежа в МОЕЙ постели?!

– Ты из-за этого не идешь в кровать? – сквозь смех говорит. – Фокс, мы просто поспим. И я даже рад, что у твоей сестры проблемы: мне не придется больше терпеть тот кошмарный диван.

Давид дотрагивается ладонью до моей щеки и легонько берет за подбородок, вынуждая повернуться. Встречаемся взглядами, и неосознанно пробегаюсь глазами по парню: опять с привычным беспорядком в волосах, сонными глазами, без футболки, в одних боксерах – Давид в доработанной версии двухлетней давности. Такой же милый, опасно притягательный и до невозможности любимый.

– Серьезно, слезай. Ты вся замерзла, – проводит руками по моим плечам и спине.

– Обязательно. У тебя забыла совета спросить.

Парень отступает в сторону и с серьезным видом смотрит на меня.

– Мне тебя на руках отнести, или ты сама дойдешь?

– Не думай, что я пьяная и беспомощная. – Спускаюсь с подоконника и понимаю, насколько прав сейчас Давид: я действительно замерзла, и, судя по всему, последний бокал вина был лишним. – Это не твое решение, мне нужно… в ванную.

Он просто стоит и улыбается, а я не могу заставить себя сдвинуться с места, потому что тело затекло, голова кружится. И мне жизненно необходимо оказаться в любимой кровати и под теплым одеялом.

Давид уходит в спальню. Жду пару секунд и иду следом, выключая по пути свет. Парень сразу же забирается под одеяло, а я не могу решиться переступить порог комнаты. Вокруг темно, и единственное яркое пятно во всей квартире – это небольшой ночник, который, видимо, отрыл Давид в моем шкафу.

– Давай, Фокси, места много. У тебя тут целая взлетно-посадочная полоса.

Лучшего сравнения и не придумаешь! Я с тобой точно снова начну взлетать и жестко приземляться.

Сейчас главное – аккуратно добраться до кровати и как можно скорее отключиться.

– Хьюстон, у нас проблемы, – неосознанно вылетает из меня, и хихикаю.

Скидываю плед, демонстрирую, насколько сильно замерзла, отсутствие белья под нежно-розовой тонкой майкой и коротенькие шорты, а Давид с довольной ухмылкой на лице наблюдает за моими действиями. И что там можно разглядеть в полумраке?

– Фокс, тебе надо больше есть.

Игнорирую его реплику. Максимально отодвинувшись, ложусь под одеяло. На заметку: купить еще одно одеяло.

– Иди сюда. Я не кусаюсь. Согрею.

– Смотри не перегрейся.

Давид испускает смешок и притягивает меня к себе.

– Ты холодная, Фокс. Будешь охлаждать.

Я оказываюсь прижатой к его груди. Тепло, но от контраста температур начинаю дрожать. Вдыхаю глубже и чувствую запах моря. И моего Давида. Сложно сопротивляться этому сочетанию, да и я не хочу. Руки парня крепко держат, и мне становится трудно дышать, голова идет кругом. Слишком тесный контакт. Слишком много Давида. Слишком много эмоций. Перебор. Ненавижу чувствовать себя настолько беспомощной. Я обязана что-то сделать. И делаю. Пусть ему будет так же нелегко, как и мне.

Выворачиваюсь из захвата парня, приподнимаюсь повыше на локтях и действую так, как всегда делала перед сном: запускаю руку в его кудряшки и пропускают их сквозь пальцы, провожу тыльной стороной ладони вдоль скул к подбородку.

– Ты колючий, – буквально выдыхаю напротив его рта и застываю на месте. Вглядываюсь в широко распахнутые глаза и перевожу взгляд на закушенную нижнюю губу. Я не против сама так сделать.

– А ты пьяная, – улыбаясь, отвечает. – Не делай того, о чем завтра будешь жалеть.

Моя рука продолжает путешествовать от лица к шее, вниз по торсу парня.

– Я не жалею, – говорю, скорее, себе, чем ему.

Понимаю, что зашла на опасную территорию, убираю руки и резко опускаю голову обратно на подушку.

Блин, завтра мне будет плохо… и стыдно.

– Фокс… – на выдохе шепчет Давид, – ты меня убьешь, но… – и чувствую его руки под своей майкой, прямо под грудью и на животе. Мучительно медленно и нежно касается моей кожи, рисуя одному ему понятный узор. Внутри все замирает от желания. Бессознательно задерживаю дыхание. Вероятнее всего, это скрытая защитная реакция, чтобы не выпустить наружу эмоции. Сама бы я давно уже сдалась.

Пальцы на моем теле прекращают свои томительно неторопливые движения.

– Дыши, солнышко, – шепчет на ухо.

Из меня вырывается полувздох-полустон.

– Черт, Фокс. Давай спать.

– Угу, – удается произнести.

Парень ложится на бок и теснее придвигается ко мне. Поворачиваюсь спиной к Давиду, кладу голову на его руку. Сил никаких не осталось. Неконтролируемые желания высосали из меня их до последней капли. Наконец, расслабляюсь и уплываю в мир снов под ласковое «засыпай».

***

Первое, что чувствую, когда просыпаюсь, – чью-то тяжелую руку на своей талии. Жарко. Пытаюсь выбраться и отодвинуться, но не получается.

– Перестань вертеться, – слышу сонный хриплый голос, – не переоценивай мою выдержку.

– Ты горячий.

– Я знаю.

Закатываю глаза. Да уж, самооценку этот парень явно свистнул с самой высокой горы.

– Боже, твое эго растет быстрее, чем… – успеваю вовремя себя остановить, хотя фильтр в мозгу после сна еще не включился.

– Будешь дальше ерзать, увидишь, насколько оно… высокое.

Кажется, кто-то окончательно проснулся, раз хватает ума отвечать в своей неповторимой манере.

– Фу, что за пошлость, Давид, – морщусь, а самой трудно сдерживать смех. – И вообще, держи его подальше от меня. Как говорится, кто рано встал, тому никто не дал.

Не успевает открыть и рта, как на всю комнату начинает звонить телефон. Судя по мелодии, явно не мой смартфон. Давид спешит подняться с кровати. Смотрит на дисплей, кидает на меня странный взгляд и сбрасывает вызов. Не говоря больше ни слова, достает футболку из шкафа и берет шорты. На ходу бросив «поговорим позже», парень выходит из комнаты, хлопнув дверью.

Супер! Прекрасное начало дня.

Решаю еще немного поваляться и не замечаю, как обратно погружаюсь в сон.

Будит меня настойчивая трель уже моего телефона. Тянусь к тумбочке, приоткрываю один глаз и с улыбкой – что для меня редкость, когда выдергивают из сна – отвечаю подруге.

– Привет, крошка.

– Привет, крошка! Я в Москве. Сегодня отдыхаем. – Как же я рада слышать Лару!

– В «Туман», ежик?

– Ого, – хохочет подруга в трубку, – неожиданно. У кого-то была тяжелая неделя? Как там, кстати, твой кудрявый красавчик? – Лариса прерывает свою речь и уже серьезным тоном добавляет: – Я хочу поговорить с тобой по поводу контракта. Во что ты вляпалась, Ринка?