Кэтрин Кэски – Как соблазнить графа (страница 17)
— Прощу прощения, милорд, я не знал, что вы тоже захотите поехать на Беркли-сквер. Мне следовало бы спросить о ваших намерениях. Еще раз приношу свои извинения.
Лэрд искоса посмотрел на дворецкого:
— Вы хотите сказать, что моя мать сейчас на Беркли-сквер?
— Да, милорд. Она уехала вскоре после того, как сэр Ламли Лиливайт нанес ей визит сегодня днем.
— Лиливайт?
— Да, милорд. Леди МакЛарен поехала именно на Беркли-сквер. Так… она говорила.
— Что вы хотите сказать этим, Фестидиус? Есть какая-нибудь причина, по которой вы сомневаетесь в этом?
— Нет, милорд, конечно, нет. Только странно — она взяла с собой дорожную сумку, набитую вещами, и вместе с ней на Беркли-сквер поехала ее горничная.
— Между прочим, Фестидиус, а вы не в курсе, собиралась ли она нанести визит мисс Анне Ройл?
— Кажется, она упоминала мисс Ройл, да, милорд. — Дворецкий смотрел куда-то сквозь Лэрда. — Мне вызвать кэб, милорд?
— Что за черт! — Лэрд взъерошил волосы. — Нет времени. Приведите мою лошадь. Да побыстрей! — Ни при каких обстоятельствах он не мог позволить матери остаться наедине с Анной. Слишком много секретов могло быть выболтано — секретов, о которых всего лишь день назад он понятия не имел.
Случилось то, чего больше всего опасался молодой граф: ни Анны, ни матери не было. В гостиной находились мисс Элизабет и миссис Уинкс, вечно спящая тетя сестер Ройл, в окружении леди Аппертон и троих Старых Повес.
— Они уже уехали, дорогой мальчик, — пробубнил Лотариан, и губы его изогнулись в едва заметной улыбке. — Час назад. Погода чудесная, дороги сухие. Уверен, они уже проехали половину пути в Сент-Олбанс. Вы теперь не сможете их догнать.
— Я не понимаю, — Лэрд повернул свою блестящую шляпу полями наверх. — Вы знаете, что наша помолвка была не чем иным, как обманом. Если она проведет некоторое время наедине с моей умеющей разгадывать тайны матерью, настоящая причина, по которой Анна оказалась в моей спальне, станет известна — а это всем нам повредит. Возможно, уже слишком поздно. — Лэрд нервно расхаживал перед дверью гостиной. — Почему вы разрешили Анне поехать с ней?
— Никто
Лэрд посмотрел на сэра Ламли.
— Но я еще не упомянул…
— О письмах? — вмешалась Элизабет. — Да, мы уже знаем о ваших безуспешных поисках. Подозреваю, мы знали об этом прежде, чем узнали вы. — Мисс Элизабет прошла по гостиной и, взяв Лэрда за локоть, повела его к тому месту, где они сидели вместе с леди Аппертон.
— Но как вы узнали об этом? — недоумевал Лэрд. Он ожидал, что Элизабет займет место на другом стуле, но она осталась стоять неподвижно перед ним.
— Это миссис Полкшэнк, наша кухарка. По нашей просьбе она завела… новое знакомство на Кокспер-Стрит.
— О, продолжайте, Элизабет, и скажите все, — пожаловался Лотариан. — Я заплатил миссис Полкшэнк и заверил, что будет послано сообщение в Мэрилебонский клуб Старых Повес, если письма найдете вы или кто-то из ваших слуг.
— Но письма не были найдены, — припомнила Элизабет.
— Да, поиски, которые вы организовали, были безуспешными. Но они очень помогли нам, на самом деле. И за это мы благодарны вам, милорд.
Леди Аппертон погладила Лэрда по руке в манере, свойственной пожилым леди.
— Так как писем не оказалось в вашей резиденции на Кокспер-Стрит, мы пришли к заключению, что, вероятно, ваш отец спрятал их где-либо в МакЛарен-Холле.
Лиливайт поправил отвороты на своем камзоле. Улыбка заиграла на его губах, он был весьма горд собой.
— Клянусь, мне не стоило труда убедить вашу мать взять Анну и отвезти ее в МакЛарен-Холл немедленно.
— Итак, причиной вашего визита на Кокспер-Стрит стало желание убедить мою мать взять Анну с собой в Сент-Олбанс? — Лэрд покачал головой. Ему не нужен был ответ Лиливайта. Конечно, все было и так ясно.
— Дело в том, что во время нашего восхитительного разговора о предстоящей свадьбе я вскользь упомянул, что девушка недостаточно обучена правилам этикета и что я был бы очень благодарен леди МакЛарен за ту помощь, которую она могла бы оказать Анне. В конце концов, думаю, леди вообразила, что это — ее собственная идея.
— Сэр Ламли, я не ставлю под сомнение ваше очарование, но уверен, что моя мать пригласила Анну в МакЛарен-Холл, потому что это входило в ее планы. Она признала, что была в ужасе от того, как поспешно было объявлено о нашей помолвке. Она не сможет вынести еще одного скандала — общество уже не простит. — Лэрд вздохнул и закрыл глаза. Все сейчас стало ясно. — Лучшее, что можно было придумать, — это отвезти Анну за город и там спокойно подготовить ее к тому, что от нее ждут как от моей невесты.
— Это не имеет значения. Анна очень умная женщина. Она сделает все, что ни пожелает ваша мать. Но, будьте уверены, лорд МакЛарен, она там находится только по одной причине — ей надо найти письма. И именно это, молодой человек, она и сделает.
Лэрд вскочил:
— Не могу поверить, что Анна согласилась на это. Она заявила, что притворяться моей невестой выше ее сил.
Элизабет покачала головой:
— Милорд, всего лишь год назад мы верили, что мои сестры и я были оставлены на крыльце доктора какой-то бедной, несчастной женщиной. Анна никогда не знала своей семьи, своей истории.
— Я не понимаю, что вы имеете в виду.
— Когда она была ребенком, таким робким и неловким, ее всегда дразнили и высмеивали другие дети из деревни. Чтобы избежать этого, она научилась оставаться невидимой и избегала всего, что могло бы сделать ее заметной.
— И все же она осталась с моей матерью.
— Только из-за того, что ее желание наконец узнать, кто она, пересилило страх быть замеченной. — Элизабет протянула руку и сжала его ладонь. — Если бы вы только знали, что это значит — быть воспитанной в сиротстве, без уважения к своему истинному происхождению и положению в обществе. Лорд МакЛарен, пожалуйста, не судите ее за то, что вы не можете понять.
Молодой граф был в полном замешательстве. Несколько минут он стоял молча, размышляя, что предпринять дальше. Наконец решение было принято, он откланялся и помчался в Сент-Олбанс.
Элизабет была права в одном: Лэрд не знал, что это значит — жить, не зная своих корней. Ему достаточно было взглянуть на стены в галерее МакЛарен-Холла, чтобы увидеть родословную своего семейства Алланов.
Но одно он знал наверняка — что значит жить без уважения окружающих. И, как это ни печально, он знал, какую боль испытываешь от отчаяния, когда тебя никто не уважает.
Лэрд пришпорил коня — он должен добраться прежде, чем Анна сделает что-либо, о чем позднее будет сожалеть.
— Я говорю вам обоим, что письма, которые мы ищем,
— Что вселяет в вас такую уверенность, милорд? — Элизабет играла с прибором для разлива чая, принадлежавшим леди Аппертон, пока пожилая леди ставила на стол чашки. Неожиданно пробежала струя холодного воздуха — замок на потаенной двери, расположенной в книжных шкафах, шевельнулся, дверь повернулась и открылась.
Лотариан достал носовой платок и вытер тонкий слой масла, которым испачкал пальцы. Лорд, леди Аппертон и Элизабет подождали, пока Лиливайт и Гэллэнтайн, шаркая ногами, прошли по библиотеке и сели на стулья.
— Я только что объяснял Элизабет, что письма находятся в городском доме МакЛаренов на Кокспер-Стрит, и до последнего момента они были именно там. Обыск в доме должен был к чему-нибудь привести.
— Откуда такая уверенность, Лотариан? — леди Аппертон нажала на рычаг, прибор для разлива чая защелкал, и чашки покатились; в нужном месте диковинное устройство остановилось, и с помощью специального приспособления струя ароматного крепкого чая полилась в первую чашку. От удивления глаза Элизабет стали огромными, а рот открылся. Не обращая внимания на происходящее, леди четко продолжала: — МакЛарен обыскал дом, и, каким бы ни был легкомысленным, лгать в сложившейся ситуации он не стал бы. Судя по всему, он не такой человек.
— Да, он не лжец. В этом я уверен, — сказал Лотариан, — но письма были в доме, по крайней мере за неделю до того, как молодой граф МакЛарен открыл его в новом сезоне.
Элизабет села прямо и взяла чашку чая из рук леди Аппертон.
— Помню, Эпсли сказал так много… в тот вечер, когда вас троих нашли спускающимися с крыши дома МакЛарена. — Она тихонько усмехнулась в чашку.
Лиливайт поднял отяжелевшие веки.
— Это не доказывает того, что письма все еще были там. Это лишь доказывает, что мужчины ворвались в дом, полагая, что они являются той же самой командой, что и раньше. Либо они не нашли писем в первый раз, либо никогда и не искали писем. Все газеты в Лондоне написали о том, каким маршрутом будет ехать семейство МакЛарен, возвращаясь в Лондон. Справедливо предположить, что грабители знали: семья пока только на пути в Лондон и в доме наверняка никого нет, в него смело можно влезть.