Кэтрин Харт – Ослепление (страница 21)

– Превосходно, – беззаботно рассмеялась Андреа его шутке.

– Вы опять болтаете слишком много глупостей, юный негодяй! – возмутилась Мэдди, хотя в уголках ее губ затаилась лукавая улыбка. – Смотрите за своими манерами, да получше, а не то никакие поцелуи Андреа не помогут вам превратиться из лягушонка обратно в принца!

Сегодня суета и толкотня на выставке были еще больше, ведь наступила суббота, и многие местные жители, занятые на службе в обычные дни, могли нынче присоединиться к экскурсантам. Для многих это вообще была единственная возможность посетить выставку, поскольку в воскресные дни она закрывалась из религиозных соображений.

И снова их заворожило окружавшее великолепие. По единодушному соглашению, возглавляемая Мэдди группа закончила свою прогулку в Главном павильоне, восхитившись хрустальным блеском фонтана и чудесной музыкой, исполнявшейся на колоссальном органе. Они разглядывали грандиозные скульптуры и барельефы, выполненные в самых различных стилях и из разных материалов. Они ознакомились с мебелью разных эпох и предназначений, с работой ткацких станков, производивших любые виды ткани: от тончайшего шелка до драпа. Здесь находилась даже выставка недавно изобретенных фонтанов, чьи струи испускали тончайшие ароматы всем знакомых цветов.

По некоторой иронии судьбы, Брента сильно заинтересовала небольшая экспозиция полицейского оборудования и вооружения: наручники, свистки, револьверы, дубинки, кокарды и прочее. В то же время Андреа с трудом пришла в себя от созерцания нового электрического сигнального звонка. Многие из жертв Андреа, по вполне понятным причинам, увидав такую полезную вещь, загорелись желанием оборудовать ею свои дома: ведь подумай они об этом раньше, их бы не обокрали так запросто. Андреа оставалось утешаться лишь тем, что к тому времени, как грозная новинка встанет на охране многих дверей и окон, у нее уже не будет нужды проникать в низ без спроса. Она покончит со своей отвратительной обязанностью и будет входить в дома через парадные двери, приветствуемая улыбками хозяев.

Сделав короткий перерыв на ленч в Павильоне отдыха, они направились в зал механики. Там их воображение поразила гидротурбина Корлисса. Она весила семьдесят тонн и производила всю энергию, которая питала множество более мелких машин, расставленных в огромном зале. После чего группа разделилась. Тогда как мужская ее часть предпочла поглазеть на чудеса артиллерии, пиротехники, оборудование для сельского хозяйства и для офисов, дамы направились в тот зал, где их ждали новые изобретения по части производства одежды и тканей.

Эта временная разлука с Брентом дала Андреа возможность вплотную заняться своими делишками, хотя в данном павильоне ей пришлось ограничиться лишь тем, что она смогла снять с незадачливых посетителей, ведь вряд ли Ральф позарится на мотки шелка и челноки. Однако она сделала все возможное в этих условиях и могла теперь считать, что нынешний день не прошел даром для дела освобождения Стиви.

Брент также не тратил времени зря, собирая урожай другого рода. Каким бы удивительным это ни казалось при таком сумасшедшем столпотворении, три грации, искавшие его расположения этим утром, оказались подле него, словно материализовавшись из воздуха. С неприязнью обнаружив сей факт, Андреа вдруг вспомнила сказку о волшебной флейте. Может быть, это хорошо поставленный голос Брента околдовывает девиц? Или он посыпает их металлическими стружками, а сам прячет в кармане магнит, который притягивает его поклонниц, как свеча – мотыльков? Или во всем повинно его обаяние, перед которым не способна устоять ни одна нормальная женщина – в том числе и она сама?

Прежде чем присоединиться к Андреа и ее компании, Брент поверг в разочарование свой импровизированный гарем, предоставив им восвояси отправиться своей дорогой, хотя все три дамы явно не желали терять его общество во второй раз за этот день. Беззаботно насвистывая, Брент раскланялся с ними и направился к Андреа.

– Ну что, вы довольны тем, как провели время без меня? – осведомилась она, награждая его кислой улыбкой. – Наверное, вам удалось отыскать нечто выдающееся, если, конечно, не считать женского хора, певшего вам славословия?

– Нет, мне не попалось ничего, что понравилось бы лично мне, – отвечал он, стараясь добродушной улыбкой смягчить тяжесть неожиданного упрека. – Зато я видел новую пишущую машинку, которая покажется райским даром Денсингу.

– Денсингу? – переспросила она.

– Наш секретарь, Артур Денсинг. Он проделывает для нашего офиса львиную долю бумажной работы. После того, как мы с отцом и братьями заканчиваем нашу работу над бумагами, мы отдаем ему для перепечатки, правки и подготовки для передачи клиентам.

– А я-то думала, что у вас эту работу выполняет женщина, как в большинстве современных фирм, – удивилась Андреа. – Или у вас такая традиция – брать на работу только мужчин?

– Хо! – засмеялся он. – Уж не связался ли я с одной из предводительниц борцов за права женщин, что неизбежно превращает очаровательную леди в сварливую малопривлекательную особу? Нет, вы напрасно опасаетесь, моя милая. Если бы не тот факт, что Денсинг работает на нас еще с тех времен, когда я носил короткие штанишки, я бы с превеликим удовольствием заменил его рожу более привлекательным личиком. Но этот малый просто виртуоз в своем деле, и наблюдать, как он при случае запросто дает сто очков вперед любому коллеге, почти так же приятно, как созерцать прелести особы женского пола.

– Однако, – с самодовольной улыбкой продолжил он, – я уже предвижу, что в будущем меня ждут попреки в том, что я слишком много времени провожу на работе в обществе новой молодой секретарши. И что-то говорит мне, что такой поворот наших отношений продиктован ревностью.

– Не вижу, с какой стати такая мысль могла прийти вам в голову, – презрительно фыркнула Андреа, задрав нос на добрых два дюйма. – Кроме того, вы позволяете себе продолжать фантазировать по поводу того, что мы будем женаты, в то время как я еще не дала положительный ответ на ваше предложение руки и сердца.

– Я неисправимый оптимист, – возразил он, легонько проведя пальцем по гордому носику.

Взяв Андреа под руку, он отправился с нею в павильон декоративных аквариумов, где Андреа пришла в такой восторг, что сразу позабыла об их пикировке.

– Я никогда еще не видела такой красоты! – восклицала она. – Ах! Взгляни на это! Просто поразительно!

Брент не мог не согласиться. Прозрачные кубы аквариумов были размещены между живыми растениями в кадках и декоративными скалами. Вода поступала по искусно проведенным под потолком бесчисленным трубам. Там же, под потолком, находилась огромная сетка, в которой заливались трелями множество канареек. Насколько хватало глаз, повсюду виднелись все новые аквариумы, заполненные диковинными рыбками и растениями.

– Это действительно нечто выдающееся, – заключил Брент. – Пожалуй, я куплю один такой для своей мамы, ведь у нее скоро день рождения, а я вечно не знаю, что ей подарить.

– И сколько же ей исполняется лет? – поинтересовалась Андреа.

– Я не могу сказать с уверенностью, рассмеялся он. – Матушка ни за что не сознается, сколько ей лет. Она просто скажет вам, что ей тридцать девять с хвостиком, а вы уж сами гадайте, сколько лет в этом «хвостике», – и вдруг, внимательно посмотрев на нее, он спросил: – А сколько лет вам?

– Вот, видите? – торжествующе подняла пальчик Андреа. – Я же говорила вам, что мы слишком мало знаем друг о друге, чтобы вести разговоры про свадьбу! – наставительно произнесла она. Но потом милостиво добавила: – К вашему сведению, мне восемнадцать лет.

– Значит, вы на восемь лет моложе меня, – после минутного размышления заключил Брент. – Как я и предполагал, самая подходящая разница в возрасте. Мы просто созданы друг для друга.

– Ну что за нелепица, – заметила она, качая головой. – Боже правый, до чего же вы упрямы.

– Я предпочел бы назвать себя целеустремленным.

– Похоже, в вашем случае между этими понятиями нет разницы, – разгневанно заметила она.

В связи с недавно полученными известиями о поражении армии Кустера в битве при Литтл Бигхорне, павильон, посвященный американским индейцам, был временно закрыт. Опасались, что чересчур патриотически настроенные граждане могут нанести урон экспозиции. Вот почему этот день группа друзей закончила посещением павильона стеклодувов, где выставлены были вещи не менее удивительные, чем в остальных залах. Изящные пресс-папье, яркие разноцветные мозаики, фигурки из дутого и гравированного стекла – чего тут только не было! Брент обратил внимание на совершенно бесподобного ангела, искусно сплетенного из множества тончайших стеклянных нитей. Его крылья были такими тонкими, что казались легче паутины. Молодой человек тут же приобрел его для Андреа.

– Вот ангел для моего ангела, – произнес он, когда дарил безделушку. Его взгляд выражал откровенное восхищение и обожание.

– Я навсегда сохраню его, – заверила она шепотом, не в силах отвести глаз от его светившегося взгляда, не в силах не поддаться его обаянию.

Про себя же она подумала, что стеклянный дьяволенок, также стоявший в витрине, подошел бы больше. По крайней мере он бы гораздо точнее отразил внутреннее содержание той безнравственной особы, в которую она превратилась в последнее время.