Кэтрин Дойл – Проклятые короны (страница 19)
Солдаты стояли повсюду: по двое у каждого дверного проема, в ответвляющихся от атриума проходах, скрывались в нишах. Их волки бродили по атриуму, а самый крупный свернулся калачиком на ковре под пианино.
– Тор! – закричала Рен в порыве отчаяния. – Тор Иверсен!
Она вглядывалась в лица солдат, но ни один из них не нарушил каменного спокойствия и не взглянул в ее сторону. Если Тор и был где-то во дворце Гринстад, то точно не здесь. Это не помешало Рен выкрикивать его имя все громче и громче, пока ее тащили через атриум, подталкивая мечом. Ее голос эхом отражался от стеклянного купола, где поблескивали серебряные вершины гор Фоварр.
Солдаты вывели Рен из задней части атриума во внутренний двор, обнесенный стеной. Они отбросили сумку Рен в сторону, затем подтолкнули ее вперед.
Сердце Рен бешено заколотилось во внезапной тишине. Она нервно огляделась. Видар и Марит попятились назад и захлопнули ворота, тем самым заперев ее.
По периметру собралось еще больше солдат. Некоторые взобрались на высокую стену и смотрели на нее сверху вниз. Рен обзавелась аудиторией, но у нее появилось предчувствие, что настоящее представление еще не началось. Затем она заметила железный люк справа от себя. Она сделала осторожный шаг, затем еще один, пока не оказалась достаточно близко, чтобы услышать рычание, доносящееся сзади.
Это не внутренний двор – это арена, построенная для зверей, а не людей.
Рен попыталась выбраться, но ворота располагались слишком высоко. Девушка сунула руку под плащ и нащупала пригоршню песка. Она кинула его на себя, быстро восстановив внешний вид с помощью заклинания. Солдаты разразились криками, когда ее волосы распустились медово-каштановыми волнами, зубы выпрямились, а глаза снова загорелись изумрудно-зеленым. Она расправила плечи, сбрасывая пальто Марино, и объявила о себе:
– Я Рен Гринрок, королева Эаны, требую аудиенции с вашим королем.
– Ведьма! – раздался голос. – Она пытается обмануть нас!
– Поднимай люк, Видар!
Рен приготовила песок, когда ревущий снежный барс выпрыгнул из открытого люка и бросился к ней. Он широко раскрыл пасть и явно жаждал крови.
Барс настиг Рен в три прыжка. Она отпрянула, но недостаточно быстро. Зверь врезался в Рен, она перевернулась и перебросила песок через плечо. Рен произнесла заклинание, когда зверь набросился на нее. Барс открыл пасть, обнажив длинный розовый язык и острые зубы, но его рев замер в горле. Он рухнул на землю и тут же захрапел.
Рен выбралась из-под зверя. Ее пальто расстегнулось во время драки и осталось лежать под спящим зверем. Она выдернула свой мешочек и схватила еще одну пригоршню песка.
– Я королева Эаны! – закричала она, когда люк снова открылся. – Выпустите меня!
– Очередная ловушка! – закричала Марит. – Не слушай ее, Видар!
Рен попятилась от люка, улышав новое рычание: три барса и пять волков – восемь зверей, которым некуда бежать. Как, черт возьми, ей зачаровать всех одновре– менно?
Она ломала голову в поисках другого заклинания – чего-нибудь, чтобы выиграть время, – но не было ничего достаточно сильного, чтобы обмануть эту смерть. Ничто не могло спасти ее от судьбы, которую обещала ей Селеста. Рен рисковала всем ради спасения бабушки и сейчас погибнет на бойцовском дворе, где никто из тех, кого она любила, не услышит ее крик.
Первый барс прыгнул. Рен заставила его уснуть. Следующий сбил девушку с ног. Ее голова с глухим стуком ударилась о землю. Звезды взорвались в голове, когда над ней нависла пасть, полная клыков. Рен ударила по нему кулаком, зашипев, когда кожа на ее руке лопнула.
Ей удалось подняться на ноги перед следующей атакой. Она вытащила пальто из-под спящего барса и набросила на рычащего волка, чтобы на мгновение ослепить его. Она бросилась бежать к воротам, но еще три волка встали у нее на пути, готовые наброситься. Сзади подбирались все ближе барсы. Не в первый раз Рен пожалела, что не была бурей, наделенной силой ветра, который мог бы унести их всех прочь.
На высокой стене толпились солдаты, которые оставили свои посты, чтобы понаблюдать за зрелищной смертью. Другой волк прыгнул на Рен и опрокинул ее на спину. Он стоял у нее на груди, вдавливая в землю.
Рен закрыла лицо руками и закричала в последний раз, отправляя имя Тора в зимнее небо.
На этот раз Тор взревел в ответ. Рен услышала его голос в хаосе своей паники и была уверена, что ей это почудилось. Но снова раздался безумный крик человека. Ворота распахнулись, и волчица спрыгнула с девушки, когда команда Тора раздалась подобно раскату грома.
– Назад!
Звери разом отступили.
Над Рен нависло лицо: челюсть, отвисшая от шока, глаза цвета грозовых туч. Внезапно весь остальной мир растаял: звери, солдаты и матовые окна дворца Гринстад – все померкло, превратившись в ничто, когда Рен устави– лась на Тора, благодаря звезды за этот момент и эту пере– дышку.
– Рен… – ее имя едва слышно слетело с его губ, как будто Тор не мог поверить в то, что видел, не мог произнести правду об этом вслух.
Девушка судорожно вздохнула – боль и облегчение смешались воедино, когда она увидела его, такого реального и близкого. Ее губы задрожали, когда она потянулась к нему и прошептала:
– Привет, незнакомец!
Тор в ужасе смотрел на нее. Когда он произнес следующие слова, они были острыми, как стекло.
– Что, ледяной черт, ты здесь делаешь?!
– Ты знаешь, почему я здесь, – сев, ответила Рен.
Его лицо потемнело, серебряные прожилки сверкнули в его глазах.
– Я не могу отвести тебя к бабушке, Рен!
– Хорошо, тогда отведи меня к королю Аларику.
Глава 14
На следующее утро Роза проснулась, чувствуя себя отдохнувшей. Пели птицы, солнце заливало комнату золотистым теплом. Это вселяло надежду по поводу тура и Рен. Если повезет, сестра скоро присоединится к ней и они вместе проедут по бескрайним просторам своей страны, очаровывая ее жителей магией и обая– нием.
Роза приняла ванну и надела ярко-розовое платье, отделанное кружевом цвета слоновой кости, дополнив наряд любимыми белыми туфлями. Затем она села за стол – на завтрак подали свежий хлеб с яйцами пашот и тонкие ломтики ветчины. В это время Агнес заплетала ее волосы в длинную косу, перевитую красивой виноградной лозой.
– Вы само воплощение элегантности, Роза, – сказала служанка, нежно надевая королевскую корону ей на голову. Навык, который она отточила за последние несколько недель. – Жители Эллендейла будут из кожи вон лезть, только чтобы пожать вам руку. Я уверена в этом.
– Признаюсь, Агнес, у меня хорошее предчувствие по поводу сегодняшнего дня. – Роза ласково улыбну– лась ей.
– И у меня, королева Роза, и у меня.
Роза жестоко ошибалась. Несмотря на то что они покинули Миллис в сопровождении шумной толпы доброжелателей, поездка в Эллендейл выдалась мрачной и тихой. Вдоль дороги не было знамен, да и вообще никаких признаков того, что южный город ожидает королевский тур.
Когда они приблизились к внешней стене Эллендейла, у Розы все внутри сжалось: она не слышала радостных возгласов. Она вообще ничего не слышала, кроме стука копыт и скрежета колес кареты. Она отдернула занавеску и обнаружила, что Шен хмуро смотрит на что-то через плечо.
– В чем дело? – нервно спросила она.
– Я думаю, снова тот всадник, – ответил он, глядя вдаль.
– Забудь о нем, – резко сказала Роза. – Что там впереди? Я никого не слышу.
Шен повернулся, приподнимаясь на лошади, чтобы посмотреть поверх полка солдат, и еще сильнее нахмурился.
– Потому что там никого нет.
Роза вспыхнула. Неужели жители Эллендейла не хотят поприветствовать ее или хотя бы помахать из окон? Если, конечно, прибытие в Эллендейл не было запланировано на сегодня. Возможно, королевский тур просто опережал график…
– Что-то не так, – пробормотал Шен, – город не просто тих – он
Роза согласилась. По крайней мере, это избавит ее от необходимости расхаживать по пустым улицам, приветствуя собственное отражение в витринах магазинов. Но команда капитана Деверса пошла напролом.
– Что делает этот надутый шут? – выругался Шен.
Прежде чем Роза успела сказать хоть что-то, Шен подстегнул Шторм и галопом направился к капитану Деверсу. Роза откинулась на сиденье. Эльске, лежащая у нее в ногах, очнулась ото сна и поднялась на четвереньки, прижав уши, как будто тоже почувствовала что-то странное. Прошло совсем немного времени, и Роза услышала спор Шена с капитаном Деверсом. Когда все так же резко прекратилось, она высунулась из окна, вытянув шею, чтобы мельком увидеть их. Шен скакал впереди колонны по пустым улицам Эллендейла, без сомнения, пытаясь понять, что происходит, в то время как капитан Деверс вел процессию вперед, совершенно не обращая внимания на призрачный город.
– Что ж, я не буду махать просто так, – пробормотала Роза. – Я должна сохранять хоть
Она держала занавеску открытой, разглядывая окна, пока они проезжали по главной улице. Время от времени за одним из них она замечала чье-то лицо.
Желудок Розы так сжался, что ее затошнило. Что, черт возьми, происходит?
Процессия неожиданно замедлила ход, карета со скрежетом остановилась. Впереди Роза услышала голоса.